Чтение онлайн

доклад мичмана.

Кирк крякнул.

– Конечно, я должен был догадаться. Пожалуйста, продолжайте,

доктор.

– Как я говорил, – нетерпеливо продолжал Маккой, – эти иероглифы

кое о чем нам рассказывают. Прежде всего, что в более или менее отдаленном прошлом Домбраату в некотором смысле сосуществовали с этими тварями. Во-вторых, что последние практиковали такие же укусы, что и сейчас. В-третьих, что эти твари были преимущественно стационарны, иначе для чего бы было составлять эту карту? И, в-четвертых, что Домбраату, – даже будучи укушены, – были достаточно сильны, чтобы перейти от места обитания одной твари к другой.

– Разве не могли те, кто были укушены, получить помощь? – спросил капитан. – Разве не могли их друзья перенести их?

Доктор покачал головой.

– Согласно интерпретации Каррас – нет. Похоже, подвергшийся укусу переходил на другое место самостоятельно.

Спок кивнул.

– Я прочел иероглифы так же.

Кирк жестом показал, что сдается.

– Вопрос снимается.

Маккой скривил физиономию.

– Теперь, когда мы это выяснили, я спрашиваю вас: что за радость

была этой штуке вывалиться на сцену, сграбастать домбраату и впрыснуть ему – или ей – эту комбинацию яда и быстро развивающегося органического материала? – Его глаза блеснули. – Хотя стойте, лучше я вам задам более простой и, – тебе это понравится, Спок, – более поэтический вопрос: «Отчего цветы благоухают так весною?»

Капитан невольно улыбнулся.

– Ну, перестаньте, доктор. Полагаю, вы хотите что-то сказать.

Вулканец рассудительно склонил голову набок.

– Вы утверждаете, что органический материал, который

впрыскивается этими созданиями, – собрание гамет? Эквивалент спермы людей или вулканцев?

Маккой закивал головой.

– Именно это я и утверждаю, мистер Спок. Эти создания –

гермафродиты. Они играют роль как мужской особи, вырабатывая этот материал, так и женской – принимая его. Но, конечно, они не могут оплодотворяться сами, иначе все, чем они могли бы быть – раса клонов. Вот почему как только вам ввели этот материал, вы не можете стать «не-больны», используя терминологию Каррас, вернувшись к тому же самому животному. Вам приходится отправляться ко второму животному, – и таким образом способствовать их воспроизводству.

– То есть домбраату, а совсем недавно Спок и Каррас, – были вроде пчел, что переносят пыльцу с одного цветка на другой, – сказал Кирк. – А что же сыворотка? И ее воздействие на метаболизм?

Доктор вернул на монитор изображение гуманоида.

– Помните, мы уже говорили, насколько сильной была эта раса? Что

же, то, что чуть было не стало фатальным для Спока и Каррас, могло быть просто легким недомоганием для среднего домбраату, – немногим более раздражения. – Он откинулся назад. – На самом деле, они, может быть, даже нуждались в таком впрыскивании. Может, их щитовидки, или что там им служило щитовидкой, периодически нужно было подстегивать, что и делали эти животные.

Спок кивнул.

– К несчастью, в течение какого-то времени на планете не было

домбраату. Так что, когда эти животные получили походящую замену…

– Они не стали долго телиться, – сказал Маккой, заканчивая мысль

своими словами.

– Я бы выразился немного по-другому, – заметил вулканец, – но суть

это отражает. – Он на миг задумался. – Интересная теория, доктор. – Она также может объяснить, почему эти животные обращались с нами так грубо. Они не привыкли иметь дело с такими хрупкими носителями.

– И не забывайте, – добавил Маккой, – что вы сопротивлялись.

Домбраату этого могли не делать. Более того, могли пройти сотни лет с тех пор, как они делали что-либо подобное. Они просто могли потерять навык.

Капитан переваривал услышанное. Это была неплохая теория;Боунз превзошел себя.

– Хорошая работа, – сказал он. – В самом деле, очень неплохо.

– Осталось раскрыть еще только одну тайну, – заявил Спок.

Доктор взглянул на него.

– И что же это за тайна?

– Комплекс условий, которые позволили родной планете домбраату, ставших межзвездными путешественниками, остаться дикой и неосвоенной. Конечно, один из возможных ответов более правдоподобен, чем другие.

– И это?… – поторопил его Кирк.

– Возможно, – сказал вулканец, – что Октавиус Четыре не всегда был

девственным местом. Представьте себе общество, разрываемое между более ранними традициями и искушением космических путешествий, как было и с Вулканом в недавнем прошлом. И большая часть населения устремляется к звездам, колонизирует, исследует, а те, кто остаются, намеренно обращаются к древнему образу жизни своей расы. И часть реверсивного культурного процесса стирала следы более современного общества.

Маккой откинулся в кресле и провел рукой по подбородку.

– Могло быть, ага. Тогда иероглифы, выбитые на этих камнях, могут

быть даже моложе, чем некоторые из открытых нами колоний домбраату.

– Это может быть верно, – согласился Спок. – В любом случае, мы это скоро узнаем. Компьютер почти завершил перекрестный анализ записей трикодера мичмана Каррас.

Капитан думал о своем.

– Доктор, если те гаметы, которые доставил по назначению наш

первый офицер, имели нужный биологический эффект… – Он сдержал проказливую улыбку. – Нельзя ли в этом случае назвать мистера Спока папочкой, – образно выражаясь.

Маккой осклабился.

– Уж наверно можно. – Он повернулся к вулканцу. – придется мне

разыскать пищевой процессор и соорудить для тебя, Спок, коробку сигар. Так, на всякий случай, старый ты бладхаунд.

Вулканец взглянул на него.

– Сигар?

– Старый земной обычай, – объяснил Кирк, – давно заброшенный из-за негативного воздействия на здоровье.

Спок переводил взгляд с одного на другого.

– Ясно, – ответил он. – В этом случае, я думаю, я уклонюсь от

следования этой традиции. – Пауза. – Однако, должен сказать: если я способствовал воспроизводству особей этого вида, я не испытываю недовольства. Во время моей второй встречи с ними, когда это животное забирало сыворотку из моей крови, у меня был случай коснуться его сознания. То, что я обнаружил, было по меньшей мере незрелым, и едва ли можно назвать это разумом. Тем не менее, это характеризовалось определенным… – Он искал верного слова и, наконец, нашел его: – Благородством.

– Благородством? – удивился Маккой. – Спок, да ведь это немногим более чем гигантское насекомое.

Кирк повернулся к доктору.

– Не забывай, откуда мы сами произошли, Боунз, склизкое чего-то, выползшее из первичного океана. Где корни благородства людей?

Маккой задумался и кивнул.

– Интересный вопрос, – решил он.

Капитан оттолкнул свой стул, поднимаясь.

– Интересные вопросы повсюду, я бы сказал. Как и интересные ответы. – Он перевел взгляд с одного из своих офицеров на другого. – однако, становится поздно, а у меня кое-какое личное дело.