Чтение онлайн

Где-то кричали его соперники, ревели их драконы, визжали людоедки, и не было конца этому дикому испытанию. Никогда еще на Драконьих играх не было настолько опасных ловушек. Риктор чувствовал, как от крови, сочащейся из мест укусов, намок его камзол. Щека оказалась разодрана, на руках кровоточили полосы от когтей авехендр. Гор тратил силы на попытки уйти от кровожадных чудищ, ярясь все больше.

— Боги, когда это закончится?! — вскричал Илейни, пронзая мечом тело очередной хищницы, и… все стихло.

В небе летели только драконы, озирающиеся шальными взглядами по сторонам, их седоки оглядывались так же дико, ожидая новой напасти, но живых авехендр не осталось, только белые тела исчезали в морской пучине, превращая чистую голубую воду в алую. Вскоре показались острые плавники хищных рыб: они добивали трепыхающиеся тела людоедок, пожирали их и утаскивали на дно.

— Неужели всё? — спросил сам себя Рик, и ответом ему стал далекий мужской крик. — Ноэль!

Трое драконоправов направили своих летунов туда, где кричал умчавшийся с места сражения лорд. Но застали они только его дракона, сиротливо парящего в небе — Ноэля дожирали авехендры, разорвав его тело на части. Дальгард вскинул руку, открывая окно перехода, и одинокий дракон исчез, перенесенный обратно на ристалище.

Заметив троих мужчин, авехендры бросили остатки своей добычи и помчались к новым жертвам.

— Гор! — скомандовал Рик, и струя белого пламени охватила троих из семи оставшихся из той десятки, что помчалась за Ноэлем. Все-таки троих лорд успел убить прежде, чем погиб.

Двух чудовищ перехватили драконы Дальгарда и Давейна, последние две попытались сбежать, но их настигли пульсары Дальгарда. Из всех драконоправов он один обладал даром. Трое лордов огляделись: теперь действительно все закончилось. Утерев пот и убрав клинки, мужчины обменялись мрачными взглядами и направили своих летунов дальше. Игры еще не закончились.

Теперь никто из выживших драконоправов не вырывался вперед, как и не стремился оказаться последним — это оказалось не менее опасным. Жутко было представить, что ждало бы их, если бы Гор не обернулся и не заметил вовремя опасность. Рик склонился, крепко обнимая своего дракона. Тот издал хрипловатый звук, принимая благодарность человека и радуясь, что тот остался жив. Никто не заметил, как расширились зрачки дракона, когда он провожал взглядом осиротевшего собрата. В это мгновение Гор понял, что седока потерять легко, а своего человека он лишиться не хотел. Великан так же трепетно заботился о Рикторе Илейни, считая себя его защитником, как и Рик о драконе. Человек стал его стаей, его семьей, а терять семью Гор не собирался.

Драконоправы выстроили своих летунов в линию и теперь летели над морем, разделив обзор на части. В центре летел Дальгард и смотрел только вперед, Илейни, летевший с правого бока Дальгарда, следил за правой стороной и тем, что творилось под ними. Давейн наблюдал за левой стороной, посматривая наверх. Теперь лорды не были уверены, что им на головы неожиданно не посыплются камни, от которых придется уходить, метаясь из стороны в сторону. После авехендр они уже ничего не исключали.

Говорить вслух о том, что они думают о монархе, мужчины не стали, но обменялись понимающими хмурыми взглядами. Бывало, что на играх гибли то драконы, то драконоправы, или получали ранения и увечья, но это было скорее в ходе борьбы, а не испытаний, суть которых была выявить сильнейшего, но не выжившего! Эти размышления стали причиной единственного обвиняющего взгляда, брошенного Давейном в сторону Риктора, но больше он никак своего негодования не выразил. Теперь соперники стали единственной надеждой друг для друга.

Где-то впереди ждала их одинокая скала, где в пещере был спрятан ларец. В нем хранилась награда для победителя, и за него тоже предстояло бороться. Это было последнее испытание, но оставались еще ловушки на пути к скале. Лорды ждали новой напасти, но вновь над морем воцарились тишина и покой. Это было подозрительно, это тревожило и вселяло неприятное чувство неуверенности в сердца трех мужчин. Напряжение росло, и первым не выдержал Давейн. Он вновь обернулся к Риктору.

— Это все из-за тебя, Илейни! — воскликнул Гальтор. — Если бы ты не вздумал уцепиться за прошлое своего рода, от которого несет пылью и плесенью, ничего бы этого не было! Король не отдаст тебе твои земли запросто, это понятно любому дураку.

— Ты ответишь за свое оскорбление, Давейн, — ледяным тоном ответил Риктор. — Но после. Сейчас подотри сопли, Игры еще не закончились.

— Ты назвал меня нытиком?! — вскричал Гальтор, хватаясь за меч.

— Хватит! — заорал Дальгард, летящий между молодыми лордами. — Что ты собираешься делать, Давейн? Устроить драку сейчас? Ты ведешь себя, как несмышленыш, а не воин. Убери меч, или я буду вынужден применить к тебе Силу.

— Только ко мне? — ядовито спросил Давейн.

— Илейни не обнажает оружия, — ответил ему Дальгард.

Гальтор выругался и со звонким стуком отправил меч в ножны. Дальше они летели молча, продолжая осматриваться в ожидании второго испытания.

— Великий Огонь, — сипло выдохнул Дальгард, глядевший вперед. — Откуда взялось это?!

Риктор и Давейн повернули головы… Густое черное облако надвигалось на них. Слишком большое и неправильное — оно плыло по ясному небу против ветра.

— Ты что-нибудь видишь? — Илейни посмотрел на старшего товарища по Играм.

— Нет, — ответил тот. — Нужно или снижаться, или лететь в облако.

— Снижаемся, — уверенно ответил Рик.

— В облако, — мотнул головой Давейн. — Если мы снизимся, то будем лететь почти над водой. Виллианы знают, что нас ждет в море.

— Да, рискнем влететь в облако, — согласился с ним Дальгард. — Зажгите маячки, чтобы опознать друг друга в тумане.

Трое мужчин одновременно коснулись своей груди, и на их камзолах вспыхнули руны их родов. Драконы занервничали: они не хотели лететь в странное облако, которое уже разрослось почти до самой воды. И как только дракон Гальтора Давейна дернулся в сторону, расширилось и облако. Их не хотели пропускать.

— С нами благоволение Огненных! — воскликнул Гальтор, и вязкая темнота поглотила трех драконов и их седоков.

Это было странное ощущение, словно тебя затягивает болотная топь. Мерзкий липкий холод коснулся обнажившихся местами после нападения авехендр тел, заполз под плотную одежду и кожаные доспехи. Стихли все звуки, и больше не было слышно шума от взмахов драконьих крыльев, только горестный рев летуна Дальгарда пробился сквозь плотную черноту, но звучал так тихо, словно дракон летел где-то далеко-далеко.