Чтение онлайн

Лицедейство Доминик не уступало его собственному.

— Я поняла… Жаль, что он заделался таким европейцем. Я могла бы столько для тебя сделать.

— Ты и так многое сделала для меня.

Доминик одарила его улыбкой.

— Я спрашивал кое-кого, — неуверенно продолжал он, — и должен признаться, ты не одинока в своем мнении. Если бы покойный Чарльз Деспард был жив…

— Тогда, — сказала Доминик с легчайшим вздохом, — было бы совсем другое дело. — Затем, превосходно изображая озабоченность, добавила:

— Понимаешь, меня беспокоит репутация «Деспардс». Если аукцион пройдет плохо, это может плачевно отразиться на будущем всей фирмы.

— Ты несомненно права, — согласился Николас.

Еще улыбка.

— Я знала, что ты поймешь…

— Да, конечно, конечно, — уверял он ее, прекрасно все понимая. Кейт Деспард ведет с ней борьбу не на жизнь, а на смерть. «А на ее месте в постели могла бы оказаться и Кейт», — вдруг подумал он, улыбаясь.

— Хотелось бы мне побыть в Лондоне подольше, — говорила Доминик. — Но сегодня я должна вернуться в Гонконг.

— О да, твой «Аукцион века». Даже я кое-что слышал о нем.

— Надеюсь, он действительно вызвал большой интерес, — промурлыкала Доминик.

— Я бы хотел присутствовать на нем, — не кривя душой, признался Николас. — Я уверен, это будет замечательное зрелище.

— Ничего подобного ему еще не было, — подтвердила Доминик.

«И тебе тоже», — подумал он. Они вряд ли увидятся еще — Доминик слишком опасна. А к тому же, поняв, что попытка не увенчалась успехом, она бесспорно раз и навсегда вычеркнет его из своего списка.

Николас нехотя поднялся, превосходно изображая сожаление. И в этом она опять оказалась равной ему. Им обоим, вдруг осознал он, хочется расхохотаться над спектаклем, который они устроили. «Да, мы оба доверяем только себе, — думал Николас. — В этом мы похожи, и поэтому Доминик опасна… Но как жаль, в самом деле, как жаль, она так хороша…»

Николас послал Кейт цветы с запиской, в которой выражал сожаление о случившемся и выражал надежду, что они увидятся, когда она выздоровеет. Он не звонил ей, пока не увидел в газете фотографию Доминик в аэропорту Хитроу на пути в Гонконг.

Тогда он позвонил своему высокопоставленному приятелю в Департамент окружающей среды. Никаких изменений не произошло: правительство не решалось брать на себя устройство судьбы Кортланд Парка. Экономические условия не способствовали этому.

Кейт вела очередной пробный аукцион, когда ей передали, что ее хочет видеть Николас Чивли.

— Попросите его подождать, — ответила она и под одобрительные улыбки Дэвида Холмса довела аукцион до конца.

— Очень неплохо, Кейт, — похвалил он. — Вы стали гораздо сильнее. Я предупреждал вас, что здесь нужно много работать, и теперь могу сказать, что вы отлично справляетесь. Я считаю, что аукцион викторианских миниатюр на следующей неделе должны проводить вы сами.

У Кейт перехватило дыхание.

— Вы уверены?

— Совершенно. Теперь вы прекрасно знаете, что и как надо делать.

Войдя в кабинет, Кейт застала Николаса Чивли у окна. Улыбаясь, он обернулся к ней.

— Надеюсь, вы чувствуете себя лучше?

— Гораздо, — искренне призналась Кейт.

— Прекрасно. У меня для вас новость, от которой вы почувствуете себя на вершине мира. Правительство не собирается заниматься Кортланд Парком.

Именно тогда Кейт поняла, что она выиграла. На какие-то секунды она замерла, слыша звон в ушах и чувствуя, что сердце сейчас выскочит из груди.

— Да, — улыбнулся Николас, читая по ее выразительному лицу. — Я уполномочен от имени душеприказчиков покойного Джона Рэндольфа Кортланда просить вас принять содержимое поместья Кортланд Парка к продаже, которая должна состояться не позднее 31 декабря этого года.

Руки Кейт обвились вокруг него и сжали его в объятиях. Николас почувствовал, что ее искренняя радость передалась и ему. «Как удивительно в ней все смешано, — подумал Николас, ощущая странную нежность, чувство, которое он редко испытывал к женщинам. — Такая решительная и уверенная, когда речь идет о работе, такая робкая, когда дело касается ее самой».

Опомнившись, Кейт смущенно произнесла слова благодарности:

— Благодарю. «Деспардс» сделает для вас все возможное.

— Я знаю это.

Немного поколебавшись, Кейт все же задала ему вопрос:

— Что же, в конце концов, убедило вас?

Он понимал, что даже сейчас ей нужны подтверждения.

— Ваша презентация, разумеется. Совершенно блестящая, с новыми идеями, в корне меняющими представление об аукционах. К тому же я уверен, что вы непременно достигнете намеченных вами исходных цен. Кстати, именно это произвело на меня впечатление, когда я в первый раз увидел вас. Помните тот день? Я какое-то время ходил по «Деспардс», чтобы почувствовать атмосферу.

А вы разговаривали с пожилой дамой, хозяйкой вустеровского кофейника…

— Миссис Суон!

— Может быть. Вы произвели на меня впечатление.

Вы безошибочно определили кофейник и назначили цену, которой — я проверил потом — он достиг. Я подумал: ладно, это небольшая вещь, но если так же определяют и более значительные… К тому же вы не пытались обмануть клиентку. Если бы вы сказали ей, что кофейник стоит пятьсот фунтов, она была бы и в этом случае до конца дней вам благодарна и не подумала бы вас проверять. Было очевидно, что она безгранично доверяет вам.

Я изучал работу «Деспардс», и все, что я выяснил, подтверждает мое мнение о том, что именно ваша фирма лучше всех справится с продажей Кортланд Парка.

Они оба хорошо представляли, что стоит за этим решением. Доминик в самом деле пыталась подкупить Николаса, и он поддался ее соблазнам и насладился ими, но своего решения не изменил.

Кейт старалась не выдать своего изумления. Доминик проиграла! Но тут она вспомнила трезвые рассуждения Шарлотты: секс хорош, по мнению Николаса Чивли, но и за него надо платить…