Чтение онлайн

Так оно и вышло.

Самое опасное, что есть у тварей Грани, — это разум. Вопрос спорный, но мне довелось послушать разговоры тех, кто ходил за Грань. Не раз и не два эти люди ругались, что слишком умная тварь попалась. Хорошо, если одна.

Ещё хуже то, что разумность, бывало, встречалась нечеловеческая. На самом деле по этому вопросу много споров велось. Я целые талмуды читал, где разбирался этот вопрос, с многочисленными примерами. Как бы там ни было, всё сводилось к тому, что от тварей ждать можно чего угодно. Что сюда перешла стая и разбежалась во все стороны. Что перешло две особи и вторая тварь яйцо пошла высиживать. Или что… Я одёрнул себя на очередной мысли и заткнул внутренний голос, полностью переключившись на происходящее вокруг.

Наш отряд, который состоял из пяти одарённых и двух охотников, добрался до опушки леса, и мы вошли под сень деревьев. Пока всё было хорошо. Наши охотники держали след и показывали отпечатки лап. Меня же волновал вопрос, почему, если твари две, они разделились. Первая обедала нашей коровой. Что делала вторая? Не была голодна? Доедала кого-то другого? Вот это и бесило. Будь это обычная стая, то жрали бы коровью тушу вместе.

Лес мне сразу не понравился. Вроде был здесь, но сейчас-то совсем другими глазами смотрю. Деревья высокие, кроны высоко, листва густая, даром что ещё даже май не начался. Есть нехоженые тропы, но и бурелома, густых кустов и мест, где не то что одна тварь спрячется, а целая армия, хватает. Я шёл так, чтобы держать Савелия в пяти шагах позади себя. На этой дистанции я смогу помочь. Лишь бы успеть среагировать.

Мы удалились, наверное, метров на пятьсот. Выбрались на зелёную полянку. След бы нашёл и слепой. Как и то, что он обрывался прямо посреди поляны. Уточню, что это была поляна, покрытая мхом, а не травой. Видимость следов — отличнейшая.

— Что это значит? — спросил дядя.

Я вспомнил одарённых Тенью и догадался, что это может значить, но озвучивать свои опасения пока не стал. Если прав, попали мы крупно.

— Народ… — обеспокоенно позвал Савелий. — Вон тварь.

Мы все обернулись в указанную сторону. В ту, где осталась деревня, откуда мы пришли. Здоровенная тварь, подобная той, что уже видели, молча стояла среди кустов, смотря на нас чёрными глазами.

— Не хочу показаться трусом, — сказал Кирилл нервно, — но почему у меня такое чувство, что нас пригласили на обед?

— Почему-почему, — ответил я, — потому что так оно и есть.

Тварь, дав себя разглядеть, отступила назад и растворилась. В тенях.

Попали.

Стоим на лесном лугу, до деревни с полкилометра, а где-то рядом кружит тварь, которая нас воспринимает не иначе как обед.

— Господин, что будем делать? — спросил один из охотников.

Они с напарником оба с луками. Один постарше, он и спросил, а второй помоложе. Сын или родственник. Общие черты между ними угадывались.

— Сергей, есть мысли? — спросил дядя.

Как нервничает-то. Перед всеми в который раз признал моё главенство. Что хуже всего для него — перед чужим наследником. Впрочем, сейчас не до этого.

— Хорошая новость в том, что тварь искать не надо, — сказал я. — Плохая в том, что она не спешит нападать. Специально нас на поляну привела, дальше будет играться и выбивать по одному, — озвучил я самый очевидный вариант.

Хотя не был уверен, что всё пойдёт именно так.

— Как-то не так я себе охоту представлял, — нервно хохотнул Кирилл.

Мне от этого смешка сделалось не по себе. Я, если честно, тоже не так вылазку представлял. Фантазировал на тему противостояния с Игорем, в крайнем случае — с тварями, а о том, что необученная толпа людей в экстремальной ситуации сама по себе опасна, не подумал. Ошибка. Причём серьёзная.

— Та-ак, — протянул я недобро. — Быстро все ружья в пол. Не хватало ещё заряд в спину получить от своих.

Дядя пристыженно опустил ружьё. Кирилл, который его непонятно куда в небо направил, тоже.

С другой стороны от того места, где мы видели тварь, хрустнула ветка. Все разом дёрнулись. У меня давно рефлекс выработался, по возможности накидывать точки фокусировки на всё оружие вокруг. Сейчас не исключение. Всем досталось. И Савелию, и подготовленным стрелам на луках. Про Игоря, его отца и дружка и вовсе молчу. Поэтому сейчас, пусть я и не смотрел глазами, но прекрасно ощутил, как братец, разворачиваясь, направил оружие чётко в мою сторону.

На мгновение задержал, держа меня на прицеле, и увёл. Вот же хладнокровная сволочь. Вокруг опасное чудовище бегает, а он мои реакции проверяет. Бросил на него взгляд и улыбнулся во всю ширь, заставляя задуматься, кто в этом лесу главное чудовище, а кто дичь. Игорю настолько не понравился мой взгляд, что он про теневого волка забыл.

А зря.

Я ведь до выхода предупреждал, что нужно смотреть по сторонам. Отряд дружно про это забыл. Почти. Я вот помнил. Поэтому уловил, как теперь уже с третьего направления в кустах задрожали тени и оттуда выскочила тварь. Пронеслась она совершенно бесшумно. Выскочи с другой стороны, и я бы подумал, отвечать или нет, но целью она выбрала брата.

Сила удара Властью зависит от двух факторов. От того, сколько вложишь, и от того, сколько точек фокусировки накинешь. Ещё от того, какую отдачу способен выдержать, но и с этим помогают те же точки фокусировки. Сложность в том, что они не накидываются мгновенно. На каждую уходит где-то по секунде. Сил это не требует, поэтому, куда бы я ни шёл, рефлекторно накидывал две-три на всякое твёрдое. Это помимо контроля оружия. Когда тварь выскочила, я успел накинуть на неё только одну. Удар вышел смазанным, но его хватило, чтобы прикрыть Савелия. Волка толкнуло в сторону, и он, не растерявшись, проскочил мимо нас и скрылся в кустах. Точнее, в тенях, но это вряд ли остальные разглядели.

— Ох ё! — выдал Савелий, который только и успел, что дёрнуться.

— Встали спинами друг к другу! — крикнул я.

В тот же момент где-то рядом раздался пронзительный вой. С другой стороны от того места, куда ускакал волк.

Говоря «пронзительный вой», я имел ввиду, что он буквально пронзал. По ушам ударило, голову прострелило болью, сердце мигом забилось на пределе, и я ощутил страх. Это было точно не рациональное чувство, и, если бы последнюю неделю я внимательно не следил за собой, отмечая, какие изменения в психику вносят Дары, может, и не понял бы. Что уж говорить про остальных. Люди по-разному реагируют на страх. Кто-то замирает, кто-то отвечает агрессией, а кто-то — бежит.