Чтение онлайн

— Он уходит, Джастин.

— Не волнуйся, Арабелла. Далеко ему не убежать. Этот ублюдок был прав — не менее десяти человек ожидают его снаружи.

Она снова попыталась задержать угасающий взгляд на его лице, таком родном и любимом.

— Но, Джастин, — вымолвила она, — я ведь хотела убить его. Его следует убить за то, что он сделал с Элсбет. — Резкая боль пронзила все ее тело, унося ее в черную бездну, откуда — она знала это — ей уже не будет возврата. Но она не хочет, она не может умереть, она не может покинуть его сейчас, когда они наконец снова вместе, не может…

Арабелла внезапно поняла, что лежит на постели. Открыв глаза, она вновь, как сквозь неясную пелену, увидела над собой его побледневшее лицо.

— Все хорошо, Арабелла, все будет хорошо. Пусть Жервез идет — мне нет до него никакого дела. Для меня сейчас важна только ты, ты одна.

Она слышала его слова. Но ей нужно сказать ему еще кое-что, и это сейчас представлялось ей самым главным. Она отчаянно боролась с окутывающей ее чернотой, стремящейся оторвать ее от него, быть может, навеки.

— Джастин, выслушай меня.

— Нет, любовь моя, лежи спокойно, прошу тебя. — Его руки проворно разрывали на ней платье.

Собрав последние силы, она продолжила:

— Я не хочу умирать, но все может случиться, ты же сам понимаешь. Ты должен узнать правду. Джастин, милый, выслушай меня, я тебя прошу. — Ее голос перешел в тихий шепот, дыхание стало хриплым и частым, и он приблизил свое лицо к ее губам, чтобы разобрать слова. — Элсбет — сводная сестра Жервеза. У них одна мать — Магдалена. Я нашла письмо там, в подземелье. Это был отец Жервеза и возлюбленный Магдалены. Мой отец… О Господи, Джастин, должно быть, он убил их обоих.

— Я понял тебя, Арабелла, — ответил граф, и голос его был спокойным, как сама ночь. — Ты можешь мне доверять. Больше ни о чем не волнуйся.

Ну вот, теперь все будет в порядке. Темнота сомкнулась над ней, боль отступила, и она погрузилась в беспамятство.

Граф окончательно разорвал лиф ее платья, потом нижнюю сорочку, чтобы освободить плечо. Пуля прошла прямо над ее левой грудью. Если бы она не бросилась перед ним, мрачно подумал он, пуля пробила бы ему сердце. Его действия были четкими и уверенными — его научили этому годы, проведенные в армии. Сначала надо остановить кровь. Он скомкал свой платок в тугой комок и прижал его к ране. Кровь сразу же просочилась сквозь тонкую ткань и потекла по его пальцам. Все его внимание было сосредоточено на том, чтобы унять кровотечение, — даже когда в коридоре послышались торопливые шаги слуг, он не обернулся и ни на секунду Не ослабил давления на рану.

Он не обернулся и тогда, когда Поттер — человек, которого граф нанял, чтобы тот руководил небольшим вооруженным отрядом, — подошел и стал с ним рядом, тяжело дыша:

— Мы задержали его, милорд. К сожалению, нам пришлось его пристрелить.

Элсбет вскрикнула.

— Он мертв?

— Нет еще, милорд, но вряд ли выживет.

Хотя граф строго-настрого наказывал слугам оставаться внизу сегодня вечером, звук выстрела заставил их ослушаться его приказа, что было сейчас весьма кстати. Запыхавшийся Джайлс возник в дверях:

— О Боже правый, милорд! Что мне нужно делать?

Граф быстро сказал, не отрывая взгляда от лица Арабеллы:

— Джайлс, скачите в Тальгарт-Холл за доктором Брэнионом. Скажите ему, что в графиню стреляли и его помощь нужна немедленно. Идите же скорее. Да, скажите ему еще, что все кончено, — он знает, о чем идет речь.

За спиной Джайлса послышалось знакомое, с присвистом, сопение Краппера.

— Джайлс едет за доктором Брзнионом. Краппер, скажите миссис Такер, пусть разорвет полотно на бинты, и принесите горячей воды. Скорее, нельзя терять ни секунды.

Краппер, казалось, прирос к месту.

— Слушаюсь, милорд, — вымолвил он наконец. — Но позвольте, я сначала прикончу этого проклятого убивца!

— Потом, Краппер. Сначала принесите бинты и горячую воду.

— Да, милорд. Конечно, намного важнее спасти жизнь графини, чем расправиться с этим куском грязи из французского болота.

Граф кивнул головой. С силой прижимая платок к ране, он молча молился, чтобы все обошлось. Внезапно подняв голову, он увидел перед собой Элебет. Она стояла неподвижно, с побелевшим лицом. Теперь он заметил поразительное сходство между ней и Жервезом. Но она никогда не узнает эту страшную тайну — ни он, ни Арабелла ей об этом не скажут.

— Все будет хорошо, Элебет. Поверь, мне очень жаль, что Жервез предал тебя. Но теперь все кончено. Он дорого заплатит за то, что сделал. Нет, не плачь, Элебет, не плачь. Я не желаю ему смерти. Но поверь, милая моя девочка, он заслуживает этого, клянусь Богом.

Элебет без сил опустилась на колени. Слезы потекли у нее из глаз, но она тряхнула головой и отерла щеки.

— Нет, — сказала она, — я не буду плакать. Вы правы, Джастин, он этого не стоит. Но я плакала не из-за него. Прошу вас, скажите, что Арабелла будет жить. Пожалуйста, Джастин, не дайте ей умереть, умоляю вас. Если она умрет, это будет по моей вине.

— Нет, Элебет, она не умрет. И ты ни в чем не виновата. Не смей даже думать об этом! Я клянусь тебе, что Арабелла не умрет. В ней вся моя жизнь. Я не дам ей умереть, ибо без нее я ничто.

Он отвернулся от Элебет и сильнее надавил на рану. Он пристально вгляделся в мертвенно-бледное лицо жены. Слава Богу, она в глубоком обмороке. Остается только молиться, чтобы она и дальше не приходила в сознание, иначе ей не вынести этой боли — пуля застряла у нее в плече, и ее необходимо будет вытащить. Мысленно он желал Жервезу самой мучительной смерти.

Вскоре появился Краппер с тазом горячей воды и полотенцами:

— Я так думаю, не следует больше сюда никого пускать, милорд. Насколько я понимаю, доктор Брэнион скоро будет здесь. Я сказал Грейс, чтобы она отвела мисс Элебет в ее комнату. А, это вы, миссис Такер. Милорд, видит Бог, я не разрешал ей сюда входить.

— Я верю вам, Краппер, — ответил граф.

Миссис Такер была близка к обмороку — еще немного, и она присоединится к Элебет на полу.

— Прошу вас, миссис Такер, — мягко промолвил граф, — проводите мисс Элебет в ее спальню. Грейс о ней позаботится. Благодарю вас, миссис Такер. Краппер, я знаю, что могу на вас положиться, — не впускайте сюда больше никого.