Наследник
Шрифт:
— Ты ищешь неприятностей на свою голову, юная леди? — как бы между прочим спрашивает он.
Я перестаю на нем ерзать.
— Нет. Я пытаюсь поудобнее усесться. С тобой слишком сложно.
— Чертовски верно. Мне тяжело. Твоя аппетитная попка сидит на моем члене.
Я поднимаю глаза из-под ресниц. Иногда я до конца не могу поверить, что у меня есть обычные нормальные отношения с Данте.
— Ты же знаешь, что мы не можем ничего такого делать. К нам могут войти.
Он вздыхает.
— Да, это одна из худших причин жизни во дворце. Персонал каждый-гребаный-человек все время приглядывает за тобой, где бы ты не находился.
Я пожимаю плечами.
— Персонал меня мало беспокоит, меня больше беспокоит, как к тебе относятся люди, я такого не ожидала.
— Чего именно?
— Капитан Андерсон, например. Его отношение к тебе в Риме было как пилота, обращающегося к своему работодателю, но как только мы приземлились, я заметила, что он относится к тебе с большой преданностью и уважением, и это совсем не связано с работодателем.
Он пожимает плечами.
— На самом деле, мне это не приходило в голову, но думаю все потому, что все кругом до конца не признают, что я отказался от титула наследного принца.
Я провожу пальцем по его горлу.
— Ты отказался быть принцем, чтобы стать плейбоем в Риме?
— Не совсем. Наверное, это был своеобразный бунт. Мне хотелось сбежать от всего этого.
— Я не совсем понимаю.
— Мы можем поговорить об этом позже? Уже близится время ужина, а ужин всегда официальное событие, поэтому нам придется переодеться.
— Я взяла с собой кое-что официальное.
— Хорошо. Есть еще кое что, что мне следует тебе сообщить.
— Что именно?
— Протокол во время обеда.
— То есть, я не могу есть горох ножом?
Улыбается.
— Я бы с удовольствием посмотрел, но так как горох подают только в крем-супе…
Я киваю.
— И даже я знаю, что лучше не следует есть суп ножом.
— Ты встретишься с моими родителями за аперитивом. Сначала я познакомлю тебя со своей мачехой. Сделай небольшой реверанс, ей это понравится, но не слишком большой. Кассандра зовет ее Линни, но не называй ее так, пока она не предложит. Обращайся к ней Ваше Величество.
— Как выглядит твоя мачеха?
Он даже не задумывается.
— Холодная. Она очень практичная женщина, без эмоций.
— О. — Я смотрю на него удивленно. — Она тебе не нравится?
— Я ничего о ней не знаю. Меня отправили жить к дяде, буквально меньше, чем через год, когда отец женился на ней.
— Почему тебя отправили жить к дяде?
— Потому что отец не хотел видеть постоянное напоминание в моем лице. Когда он женился на Линнии, она уже была беременна Линусом, думаю, ему хотелось начать все сначала. Он не хотел напоминаний о своей прежней жизни, а я был очень большим напоминанием. У меня такой же цвет глаз и волос, как у мамы.
— А сколько тебе тогда было лет?
— Семь. — И хотя у него на лице не отражается грусть, но я почему-то тут же представляю его тем маленьким мальчиком. Должно быть, это ужасно потерять мать, а потом, ощутить, что ты не нужен отцу. Все богатство и великолепие похоже теперь на фарс.
— Понимаю, — задумчиво отвечаю я. Похоже, в этой семье слишком много секретов и обид.
— Когда ты познакомишься с моим отцом, — продолжает Данте, — просто наклони голову. Не уверен, пожмет ли он тебе руку или нет. Во всяком случае, пусть он сделает первый шаг сам.
— Все это я смогу сделать.
— Также ты познакомишься с моим братом Линусом, он примерно твоего возраста. С ним нет необходимости соблюдать формальности. Он не сторонник традиций, скорее всего просто пожмет тебе руку. Ты уже встречалась с Кассандрой.
Я киваю.
— Она мне понравилась.
— Потом слуга проводит тебя на твое место и поможет сесть. Поблагодари его кивком головы, ничего больше.
— Все просто до сих пор.
— Обычно во время трапезы мы мало говорим. Однако, мои родители могут задать тебе пару вопросов. Отвечай прямо и просто. После того, как трапеза закончится, мы направимся в гостиную, где будет подан кофе. Там могут быть оживленные разговоры, тон которым, как правило, задает Кассандра.
— Хорошо.
— Ничего не хочешь спросить?
— Нет, я, скорее всего, буду смотреть в тарелку и мало говорить.
— Если ты забудешь что-то из того, что я тебе сказал, ничего страшного, хорошо?
— Хорошо.
Раздается стук в дверь, Данте вздыхает.
— Боже, теперь я вспомнил, насколько ненавидел дворцовую жизнь. Нет ни минуты покоя.
— Да? — говорю я.
— Это Эльза. Я пришла помочь вам одеться к ужину... если вы не против.
— Мне собираются помочь одеться? — Шепчу я.
— Не волнуйся, я помогу тебе раздеться, — говорит он с коварной улыбкой.
Я слезаю с его колен.
— Э... конечно, Эльза. Заходи.
Она открывает дверь и входит, неся мою одежду. Она тут делает реверанс, а потом почтительно склоняет голову, как только замечает Данте.
— Я повешу одежду. — С опущенной головой она идет к гардеробной.
Данте разворачивается на диване.
— Я зайду за тобой за несколько минут до восьми вечера, чтобы проводить тебя в столовую.
— Хорошо, увидимся.
Он целует меня в щеку и направляется к двери.
— Все будет хорошо. Вот увидишь.
— Могу я спросить тебя кое о чем, Эльза? — Говорю я, как только она выходит из гардеробной.
— Конечно, мисс Винчестер.
— Как ты собираешься помочь взрослой женщине одеться?
Эльза хихикает, затем закрывает рот рукой.
— Простите меня.
— Эльза. Я не принцесса. Пожалуйста, расслабься и веди себя нормально со мной.
— Моя работа приносить вещи и помогать вам укладывать волосы, — важно говорит она.