Шрифт:
Генри Асколд
Маленький огонек свечки был живым. В темноте кабинета он рисовал на стене пламенно желтые фигуры, танцующие в молчаливом одиночестве. Хрустальная люстра сонно покачивалась посреди библиотеки. Она могла лишь ловить редкие световые блики, и пускать матовых зайчиков по корешкам старых книг.
Здесь пахло кожаными переплетами и воском. Небольшая, но крайне любопытная коллекция лорда командующего королевской гвардии, хранила множество трудов, копии которых уже давно потерялись в веках.
Рука перевернула лист. Генри был почти невидим во мраке. Его темно-коричневые волосы граничили по цвету с чернотой ночи. Он снова засиделся за чтением до самого утра.
Дверь открылась, и в проходе показался невысокий оруженосец. Совсем ещё мальчик, а уже помощник командующего. Генри сидел неподвижно, словно уснул за книгой.
– Милорд… Вы спите?
Оруженосец двинулся в глубину кабинета, и чуть было не подпрыгнул, когда Генри повернул голову: – Всё в порядке Итан.
– Охх. Я думал вы спите милорд.
– Я перечитывал «Стратегию обороны» Рандара отступника.
– Автора сказок про древних богов?
– Да, его. Думаю, если бы он тратил поменьше времени на мифы о богах и монстрах, мы бы получили от него гораздо больше мудрости, чем он оставил… Ты отвлек меня. Давай к делу. Какие вести с маяка?
– Они прислали птицу. Корабли уже близко. Наши люди разглядели флаг: ворон в кроваво красном.
– Альфред… – пробормотал Генри: – Сколько у нас времени?
– На море штиль господин. А снаружи залив окружен высокими скалами и подводными камнями. Если врагам неизвестна карта наших вод, они потеряют несколько судов раньше, чем смогут приблизиться к Железным воротам. В самом худшем случае у нас есть час.
– Глупая затея. Альфреду не хуже нас известно, сколько сотен кораблей затоплено в этом заливе. Мачту каждого судна вкопали в землю на северной стороне пристани. Они торчат там, словно копья направленные в сторону моря. Их невозможно не заметить. Будто густой лес из искусственных деревьев. И он собирается это преодолеть?
– Может быть, у него есть шпион, который откроет железные ворота и поможет ему войти в залив? – предположил Итан, зажигая факелы.
Командующий покачал головой: – Я сместил прежнего начальника городской стражи. Теперь обороной командует Ульф Кельский. Он человек, до глубины души преданный короне. Кроме него, никто не может отдать приказ для открытия морских ворот.
– А вы милорд?
Генри посмотрел в глаза оруженосца. «Совсем мал для противоречивых мыслей. Он ведь только что спросил: не могу ли я быть предателем? А сам не понял этого».
– Меня там не будет. Я видел столько нападений со стороны тихих вод, что трудно сосчитать. И со всей уверенностью заявляю: прорваться там невозможно. Даже при помощи магии.
– Если бы я был на вашем месте… – загорелся оруженосец.
Генри остановил его: – Ты мне нравишься Итан. Ты прямолинеен, умен, и предан. Но в оруженосцах обычно ценят не эти качества. Самое важное для тебя: это умение молчать и исполнять, – командующий взял в руки перо и обнаружил, что чернил осталось совсем немного: – А теперь принеси мне чернила.
– Слушаюсь милорд.
– Славный малый. – Асколд повернулся к книге и задумался. «Интересно, как бы отреагировал мой племянник, если бы узнал, что Альфред Арнольский возвращается назад?» Тоской наполнился его взор. «Наверное, он бросил бы всё и поскакал в сторону Риколда, как можно скорее».
Портрет принца Ларса висел на стене. Зажженный факел освящал широкоплечего юношу с золотисто каштановыми волосами. Командующий задумчиво вгляделся в гордые зеленые глаза наследника престола. «Мы не виделись уже больше года. Смерть Кессы Арнольской сделала разрыв между сыном и отцом ещё заметней. Король остался в Риколде. А сын уехал на Черные стены. Они оба справляются с утратой в одиночку…»
Он поднялся с кресла. «Королю не понравится наш сегодняшний гость».
Ричард Арнольский был как всегда пьян. Сидя на троне, в окружении безмолвных статуй стражников, он выглядел как сидячий памятник безразличия. Статный воин, который потерял всё что ему дорого.
Люди теснились в узком проходе, ожидая королевского правосудия. Они восторгались величием и красотой замка, всматриваясь в скелет потолка, вытянувшегося до небес. А Генри плакал в душе, при виде мужа покойной королевы Кессы. Зал светился тысячью свечей. И величественные статуи из драгоценных металлов, протягивали свои мечи над головами знати. А лорд командующий с грустью смотрел на пустой кувшин, в руках служанки.
Если бы можно было изменить прошлое. Предотвратить ту измену, которая произошла по вине брата короля. Тогда, возможно, Альфред Арнольский не был бы изгнан, а королева не стала бы жертвой предательской любви. Но дело было сделано. Принц остался без матери. Король без жены. А королевство без отца, пускай он и сидит на троне.
Беглым взглядом, Генри осмотрел помещение. Латники королевской гвардии в зерцальных доспехах с остроконечными шлемами и длинными щитами стояли полукругом возле трона и позади колонн. Он сосчитал их. «Все на месте».
Знать толпилось в правой и левой стороне зала, ближе к монарху. На высоких деревянных балконах, в абажуре дорогих тканей и перевешанных гербов стояли лорды и леди. Пестрые костюмы, широкие платья и блистающая бронза доспехов королевской гвардии ослепляли взор. Мраморные полы, высокие белые колонны, и бесчисленные мозаики на потолке, делали это место потрясающим. А изгибы стен и открытые окна направляли весь свет к одной единственной фигуре. Грациозному и крылатому трону великого короля Арнола.
С низким поклоном люди просили у Ричарда Арнольского милости, а он смотрел на них сквозь пелену вина.
«И именно сейчас я должен сообщить ему новость». Генри потянуло уйти, но королевский голос остановил его:
– Лорд командующий?
Все взгляды устремились на Генри.
Пускай глаза и молчат, но иной раз, в них можно прочесть слова. Казалось, они изучают его подноготную. Оценивают уверенную фигуру аристократа. Считают возраст. Смотрят на волосы с проседью, и единственный зрячий глаз. А после, взвешивают: таким ли должен быть наш лорд командующий?