Чтение онлайн

У отважных партизан как раз была передышка перед очередными свершениями. Для отдыха они стали в людской деревеньке на границах с Лар’элланом. Именно такие поселения больше всего пострадали в этой войне. Бойцы Аэрталь не спешили их защищать, а каэрцы не видели в колонистах соотечественников и не одобряли их дружбы с эльфами. Вся надежда была на ополченцев, в ряды которых и затесались по истечении срочного контракта наши друзья Най и Ферт. Я и не думала, что так соскучилась по этим охламонам, пока, выйдя из очередного портала, не очутилась в парсо от них!

Местность, в которой мы оказались, была намного ближе к экваториальному поясу, нежели Марони. И если дома мы оставили весну, то здесь встретили лето. Деревня Ясуна, что можно было перевести как «змеиная», утопала в зелени окружавших ее садов. Пастораль. Белые барашки в синем небе, щебет птиц, крытые соломой крыши, над некоторыми из которых вьется легкий дымок, обещая сытный обед…

Стрела с алым оперением воткнулась в утоптанную землю прямо перед нами. Ну, здравствуйте.

– Кармол, – не делая лишних движений, но выставив незримую защиту, представился Сэл. – Друзья.

На всякий случай он повторил это дважды: на каэрро и на саальге.

С клена, раскинувшего зеленые лапы ветвей шагах в двадцати впереди по дороге, соскочил худощавый мальчишка с длинным луком и стрелой в зубах. Стрела тут же легла на тетиву и нацелилась в нашу сторону, а стрелок неспешно двинулся навстречу. Коричневая курточка, кожаные лосины, мягкие полусапожки. По мере приближения лучника стало понятно, что это не мальчишка, а девчонка – девушка лет семнадцати: русые волосы до плеч, светлые, то ли серые, то ли голубые глаза. Не эльфийка, не полукровка, но и не совсем человек.

– Друзья? – насмешливо переспросила она на каэрро с едва уловимым акцентом. – Знаем мы таких друзей.

Направила стрелу на Сэла, всмотрелась в его лицо.

– О как! – Лук тут же оказался за спиной, а стрела нырнула в колчан. – А ведь я тебя точно знаю! Ты Сэллер Буревестник, брат Ная.

– Откуда… А, ну да. – Друг махнул рукой.

– Вы похожи, – все-таки ответила девица. – Только у Ная два глаза.

Хамка.

– Если он Буревестник, – лучница обогнула Сэла и направилась ко мне, – значит, ты Волчица?

– Кто бы говорил, – скопировала я ее дерзкий тон.

– Что?

Давай-давай, хлопни еще пару раз ресничками, девочка.

– Я ошиблась? Должно быть, да, и ты оборачиваешься пушистой зайкой, чтобы погрызть морковки.

Девчонка испуганно икнула. Ну, извини, милая, ты первая начала, да не на тех нарвалась.

– Сэл, кого видишь?

– Оборотня, – как приговор огласил он.

Изменяющаяся, как говорят на Таре. Некоторые предпочитают оперировать понятиями метаморф или перевертыш. Но это не важно. Главное, что врожденная, а не проклятая.

– Оборотень, – подтвердил Сумрак. Сущности он различает не хуже магов.

Лучница схватилась за висевший на груди амулет. Видимо, этот кулон должен был защитить ее тайну.

– У братишки никогда не получались такие вещи, – разочаровал ее Буревестник, как и я, опознавший работу Ная. – Инструментальная магия – дело тонкое. И с чего он взялся ее для тебя мастерить?

– Потому что он разбудил это, – буркнула девчонка, разворачиваясь к деревне. – Давайте за мной.

– В смысле? – Даже под маской было заметно, как Лар свел брови к переносице.

А на Сэла напал внезапный приступ кашля.

– Если способность оборачиваться не проявляется в раннем детстве, – шепотом стала объяснять я мужу, – то обычно она просыпается в период полового созревания или же после первой эм… близости.

– Ясно.

– Надеюсь, у них это несерьезно, – негромко сказал Сэллер, откашлявшись. – Мама, конечно, намекала, что не прочь стать бабушкой, но, думаю, она хотела внучат, а не волчат.

– Не волнуйся. Когда у Ная было что-нибудь всерьез?

Впрочем, я не была уверена в своих словах. Я помнила Найара шалопутным мальчишкой, но ведь все меняются.

За так и не представившейся девицей мы прошли почти до околицы и остановились у деревянного навеса, под которым было свалено ароматное сено.

– Принимайте гостей, – неведомо кому прокричала лучница. – Это к Наю. Брат его.

Не глядя на нас, она развернулась и потопала обратно к клену.

– К Наю? – удивленно, смутно знакомым голосом переспросило сено. – Брат?

Над кипой сухой травы показалась голова: коротко остриженные темные волосы, острые уши, черное от загара лицо. Чуть вытянутые к вискам глаза изумленно расширились, а изо рта вырвалась замысловатая тирада.

– О чем это он? – спросил у меня Сэллер, не слишком хорошо знавший саальге.

– Рад нас видеть, – перевела я, опуская высказанные нам пожелания противоестественной близости с семью рогатыми демонами.

– Сэл! Галла! – С грацией укушенной слепнем козы Фертран Ридо перемахнул через гору сена и толстую деревянную перекладину и выскочил на дорогу: без рубашки, в закатанных до колен штанах – демонстрируя загорелый торс и красные царапины на лодыжках. – Это в самом деле вы?

– И я, – скромно напомнил о себе Лар.

– Вот это да! Каким ветром?

– Ферт, а мы тебя… ни от чего не отвлекли? – с ухмылкой спросил Буревестник, когда с объятиями, рукопожатиями и радостными возгласами было покончено.

– А? – не понял полуголый полуэльф. – А! Тьфу на тебя! Жара жуткая. Потому и… Ну а вы как, надолго к нам?

– Как получится, – ответил Сэл. – Для начала Ная повидать бы. Проведешь? Или ты на посту?

– Да, караул. Но больше почетный. Тут места тихие. К тому же нас там трое.

Из-под навеса уже выглядывали две любопытные мордахи: насколько я рассмотрела, люди – мальчишки лет двадцати.