Чтение онлайн

– Что же?.. – Было видно, что она задает вопрос лишь потому, что он заставил ее сделать это.

– А вот это сюрприз. Правда, я гарантирую, что он тебе понравится. Подожди чуть-чуть и увидишь.

Однако когда Рейчел заметила у широких ворот конюшни грузовичок с прицепом для лошадей, она испуганно вздрогнула.

– Там кто-то есть. Я никого не хочу видеть!

– Что ты, не бойся. Это моя телега.

– Твоя? Не понимаю… – Она, насупившись, посмотрела на него. У Росса появилось ощущение, что ему наконец удалось пробиться сквозь окружающую ее стену скорби.

– Говорю же тебе: сюрприз! – Он сделал жест конюху, и тот вывел из прицепа молодую лошадь. – А вот и то, что я тебе обещал. – Он оглянулся, чтобы увидеть реакцию Рейчел на появление великолепной арабской кобылицы. Юная красавица гордо вскинула голову, и на ее бронзовой шкуре заиграл утренний луч солнца. Рейчел была явно ошеломлена. – Это и есть моя Джуэл, – пояснил Росс. – Та самая. Помнишь?

– Да-да, помню, но зачем ты ее сюда привез? – Она, все еще недоуменно хмурясь, повернулась к нему.

– Я хочу, чтобы она стала твоей.

Рейчел недоверчиво отстранилась от него, но Росс продолжил:

– Я же помню, как сильно ты хотела получить ее, но я сказал тебе, что она не продается, причем сказал вполне серьезно. У нее никогда уже не будет жеребенка от Сирокко, тут уж ничего не поделаешь. Поэтому я отдаю ее тебе просто так. В подарок.

– Нет! – Она отступила от него еще на шаг. На ее лицо набежала черная тень гнева и возмущения.

Удивленный подобной реакцией, Росс взял повод у работника и протянул ей:

– На же, бери.

Однако она затрясла головой и поспешно спрятала руки за спину.

– Я действительно хочу, чтобы она стала твоей, Рейчел. Я знаю, она не заменит тебе Сирокко и… Может быть, я и не в силах загладить свою вину за то, что не остался с тобой после того несчастного случая, но прошу, дай мне хотя бы шанс.

Внутри ее вдруг словно что-то надломилось.

– Почему все без устали дарят мне подарки? – зловеще начала Рейчел. – Ты что, думаешь, что можешь купить меня? – сорвалась она в следующую секунду на крик. – Никакие подарки не возместят мне долгие часы одиночества! Я не ребенок, которому можно дать погремушку и думать, что все его огорчения пройдут сами собой. Больше этому не бывать!

– Да что с тобой, Рейчел? – удивился Росс, для которого эта вспышка гнева была полной неожиданностью. – О чем ты? Не собираюсь я тебя покупать. Я просто…

– Как же еще тогда ты это назовешь? Ты чувствуешь за собой вину, вот и хочешь всучить мне эту кобылу для очистки собственной совести. Да только не нужна она мне! И ты мне не нужен! Забирай свою лошадь и выметайся отсюда! И не вздумай возвращаться! Слышишь? Чтобы я тебя больше не видела! – Ее руки сжались в кулаки, а сама она стояла перед ним, трясясь от гнева, и крупные слезы катились по ее щекам.

– Рейчел, ты не можешь так поступить со мной. Я понимаю, у тебя горе, но все же… – Ошеломленный, Росс никак не мог уразуметь, что вызвало в ней столь резкую перемену. – Ты сама не понимаешь, что говоришь.

– Я отлично отдаю себе отчет в том, что говорю, – отрезала Рейчел голосом, звенящим от гнева и слез. – И если ты в ближайшие пять минут не погрузишь свою лошадь обратно в прицеп, чтобы тотчас убраться отсюда, я вызову шерифа.

Резко повернувшись на месте, Рейчел быстро пошла к конюшне. Последние метры, остававшиеся до ворот, она преодолела бегом.

– Рейчел… – Росс сделал нерешительный шаг следом за ней, еще не веря, что все это происходит не во сне, а наяву.

– Я думаю, это серьезно, – прозвучал за его спиной голос конюха.

И Росс был вынужден с ним согласиться.

Рыдая, Рейчел побежала прямиком туда, где стояли кобылы, и остановилась у стойла, третьего с конца. С лихорадочной поспешностью она отодвинула засов сетчатой калитки и вошла внутрь. Столь же торопливо закрыв за собой калитку, она обвила руками шею серой в яблоках кобылы, уткнувшись мокрым от слез лицом в пепельную гриву.

– Ах, Саймун, Саймун, – зарыдала Рейчел с новой силой. – Ну почему они все заодно? Почему?! Почему то и дело подсовывают мне подарки, когда мне нужно от них только одно – любовь! Никто не любит меня. Никто!

Изливая в слезах боль и горечь, она чувствовала, как осторожно толкает ее головой лошадь, всхрапывая тихо и обеспокоенно.

– Что, неправда, говоришь? Неправда? Ты любишь меня? Ты, хорошая. Ты, красавица моя, – бормотала Рейчел, держа голову лошади обеими руками и заглядывая ей в глаза. Она слабо улыбнулась, когда кобыла, настороженно обнюхав ее заплаканные щеки, слизнула с них мягким языком соленую влагу. – И я тебя люблю, моя Саймун. Ведь ты никогда не предашь меня, правда, никогда?

В соседнем стойле захрустела солома, и старый красный мерин, притиснувшись к перегородке, заржал, требуя, чтобы и ему уделили внимание.

Просунув руку в промежуток между досками, Рейчел почесала ему под седой губой, продолжая другой гладить кобылу.

– Ты тоже любишь меня, Ахмар. Знаю, знаю… Я и о тебе не забываю, – умиротворенно шептала она, хотя боль в душе еще не прошла до конца.

Над головой вращались мощные лопасти вентилятора, разгоняя по конюшне крепкий запах лошадиного пота, сена, навоза и зерна. Рейчел опять повернулась к кобыле и ласково потрепала ее по щеке. Рядом с этой лошадью ей вдруг стало хорошо и спокойно. Так приятно было гладить ее атласную кожу, ощущать тепло ее большого тела, вдыхать ее запах. Ей казалось, что соприкосновение с животным вселяет в нее новую силу, возвращает к жизни.

– С вами все в порядке, мисс Кэнфилд?

Появление двуногого существа сейчас было совсем некстати. Вздрогнув от неожиданности, Рейчел заметила у стойла конюха и тут же спряталась за лошадью, чтобы он не видел ее слез. Ей не нужна была ничья жалость. Пусть оставят свое сочувствие самим себе!

– Да, в порядке, – твердо произнесла она. – Мне просто хочется побыть одной. Прошу вас, уйдите.

– Слушаюсь, мэм.

Ахмар всхрапнул, когда конюх проходил мимо его стойла. Затем мерин снова повернулся к ней. Для Рейчел это был знак, что они опять остались одни.