Чтение онлайн

Ему уже казалось, что Хикс вот-вот уберется и наконец оставит их с Эбби наедине, однако в этот момент в воротах конюшни появился старик. Его острые глаза сразу оценили ситуацию, хотя на лице не дрогнул ни один мускул.

– Бэбс просила передать, что ужин готов, – бесстрастно сообщил он Эбби.

– Спасибо, Бен. Ты поужинаешь с нами? – повернулась она к Маккрею. В глазах ее светилась надежда.

Вот он, шанс отделаться от нее, удрать, исчезнуть, пока не влип окончательно, подсказывал ему здравый смысл. Hо неожиданно для самого себя Маккрей услышал собственный голос:

– С удовольствием.

Как только они вошли в дом, Эбби оставила его в гостиной – поостыть. Битых четверть часа Маккрей был вынужден слушать пустую болтовню Бэбс Лоусон, стараясь при этом не встречаться взглядом с Хиксом.

Он уже собрался извиниться и уйти, когда наконец появилась Эбби. Все мысли моментально улетучились из его головы. Ее кожа дышала свежестью, влажные еще волосы были собраны в косу. Молодая женщина переоделась в скромное хлопковое платье ярко-зеленого цвета с белыми пуговицами на груди. Она прошла мимо, и Маккрея окутал аромат хорошего мыла и тонких духов.

Они сели рядом, и в течение всей трапезы их бедра соприкасались. Это был, несомненно, самый долгий в его жизни ужин…

– Спасибо, ужин был на славу. – Маккрей отодвинул стул. – Боюсь, мне пора. Ты меня проводишь, Эбби?

– Конечно. – Она незаметно пожала его руку. – Мы проверим, как там жеребенок, – бросила она на ходу, обращаясь к Бену.

Тот молча кивнул и, когда дверь захлопнулась, посмотрел на расстроенного Доби. Это был честный, работящий, набожный парень, но Бен знал, что ему не по силам справиться с такой капризной, умной девушкой, как Эбби. В нем была доброта, но не было упорства. Она легко возьмет верх над ним.

Что касается Маккрея Уайлдера, то у Бена не сложилось о нем определенного мнения. Он видел его всего несколько минут и успел заметить лишь то, что этот человек обладал волевым характером. Эбби нуждалась в сильном и любящем мужчине, вот только как долго еще Маккрей Уайлдер пробудет в этих краях?

– Я, пожалуй, тоже выйду подышать свежим воздухом. – Доби Хикс резко поднялся и направился к двери. Сорвав свою шляпу с вешалки, он остановился.

– Все было очень вкусно, миссис Лоусон. Большое спасибо.

– Ты всегда желанный гость в нашем доме, Доби.

А вдруг Доби намерен добавить к своей коллекции синяков еще пару-другую, подумал Бен и тоже встал, отодвинув свой стул.

– Подожди меня, приятель.

Бок о бок они вышли на крыльцо и остановились. Солнце уже зашло. Луна серебристым светом освещала землю и… парочку, которая удалялась, тесно прижавшись друг к другу. Доби не отрываясь смотрел на них, нервно похлопывая себя шляпой по ноге.

– Может, это не мое дело, но он мне не нравится, Бен. – Доби с силой натянул шляпу на голову.

«Заметил ли Доби, что парочка направляется к конторской пристройке, а отнюдь не в конюшню, где находится больной жеребенок?» – подумалось Бену.

– Она уже взрослая женщина.

– Вот именно. – Доби тяжело спустился с крыльца. – Я, пожалуй, пойду домой. Увидимся завтра утром.

– Спкойной ночи, Доби.

Бен остался на крыльце.

Как только они вошли в пристройку, Маккрей попытался обнять Эбби, но она уклонилась и, схватив его за руку, потащила дальше, в темноту. Он послушно последовал за ней.

– Куда мы идем?

– Сюда. – Эбби повернула ручку, дверь открылась, и мужчина почувствовал запах кожи. – Здесь был кабинет моего отца. – Она ввела его внутрь и выпустила руку. Вокруг них едва угадывались очертания каких-то предметов. – Подожди здесь.

Он услышал ее шаги. Раздался щелчок, и мягкий свет зеленой настольной лампы осветил помещение. Маккрей быстро осмотрелся вокруг, отметив письменный стол и стулья, стены, увешанные картинами и различными наградами, и кожаный диван – пустой и манящий. Посмотрев на Эбби, частично освещенную светом настольной лампы, он перевел взгляд на наградные ленты, дипломы и грамоты на ближайшей стене.

– Прямо-таки коллекция наград.

– Да. – Эбби скользнула по ним взглядом. – Многие из них получила я – за участие в скачках и выездку.

– Ты, должно быть, классная наездница.

– Я могу на равных соревноваться с лучшими. – Ее кокетливая улыбка придала ответу совершенно другой смысл.

– Я это уже понял.

– Кстати, дверь запирается, – сказала она.

Маккрей закрыл за собой дверь и повернул ключ. Теперь им не сможет помешать ни сосед, ни кто бы то ни было еще. Когда он обернулся, Эбби все еще стояла возле письменного стола. Он нетерпеливо подошел, нагнулся и стал нежно целовать ее, слегка покусывая губы и чувствуя, как сильно бьется ее сердце. Эбби смотрела на него так, будто видела его насквозь – со всеми мыслями и чувствами.

– У тебя самые синие глаза на свете.

Он поцеловал ее веки, и его руки спустились к хрупким плечам. Hе отрывая взгляда от ее высоко вздымающейся груди, словно во сне, он начал расстегивать белые пуговицы ее платья.

– Hет, – возразила она и сделала шаг назад. – Я сама.

Еще секунда – и платье соскользнуло на пол. Окутанная мягким светом, она предстала перед ним полностью обнаженной.

Он выругался. Она засмеялась. А потом все смешалось в круговерти животной страсти…

Они лежали, прижавшись друг к другу на тесном диване, который не позволял им раскинуться в неге блаженного удовлетворения. Он почувствовал покалывание в руке, на которой лежала ее голова. Господи, до чего же не хочется шевелиться!

Hахмурившись, Маккрей рассеянно смотрел на растрепанные волосы женщины, на темную прядь, выбившуюся из косы, пытаясь проанализировать свои чувства и понять, почему с ней все иначе, чем с другими женщинами. Что она дала ему такого, чего не смогли дать – или не имели – другие? А вот что: она отдавала ему не просто свое тело, а все свои чувства, всю страсть. Она отдавала ему всю себя – до последней частички. Hо сейчас в его жизни не должно быть места для жены и семьи.

Женитьба… Господи, неужели он и впрямь задумал жениться? Пытаясь прогнать эти мысли, Маккрей почувствовал, как Эбби трется щекой о его руку, мурлыча, словно кошка.