Наследство старого вора
Шрифт:
Мышцы, размятые умелыми и сильными руками массажиста, были легкими и послушными, и, профессионально виляя бедрами, Прынцесса уверенно шагала по Казанской, думая о том, что, пожалуй, уже можно позвонить Лине. Но только не сейчас, а после того как она зайдет в кафетерий на углу Невского. Там варили отличный кофе, да и маленькая рюмочка коньяка не помешает…
Мимо нее медленно проехала черная «Волга» с тонированными стеклами и остановилась чуть впереди. Когда Прынцесса поравнялась с машиной, ее дверь неожиданно открылась, и грубые руки сильно рванули продажную красотку внутрь. Она больно ударилась головой о стойку, и через секунду уже лежала на заднем сиденье вниз лицом и с вывернутой за спину рукой.
– Что вы делаете?
– испуганно воскликнула она.
– Молчи, сучара, - ответил грубый голос, - сама знаешь.
«Волга» рванулась с места, и Прынцесса попыталась вырваться. Она не понимала, что происходит, и ей стало страшно.
– Не дергайся, гнида, - произнес тот же голос, - или я тебя почикаю.
Это было понятно, и Прынцесса замерла.
Она судорожно перебирала в голове варианты того, кто же это мог быть. Судя по всему, люди серьезные…
Но кто?
Может быть, это тот банкир, на квартиру которого она полгода назад навела людей Червонца? Или непонятный полуиностранец, у которого она двинула колье, валявшееся на зеркале? А может быть, конкурирующая фирма? Несколько дней назад Прынцесса сняла клиента на чужой территории, и одна из местных проституток пообещала ей проблемы…
– Куда мы едем?
– спросила она, пытаясь вывернуть голову и увидеть лицо того человека, который удерживал ее в неудобном положении.
– Не верти башкой, - ответил он, - а то я ее тебе совсем отверну. И молчи. Когда приедем, все узнаешь.
Минут десять машина поворачивала то направо, то налево, то притормаживала, то резко увеличивала скорость, и через некоторое время Прынцесса услышала, как под колесами захрустел гравий.
«Волга» остановилась, и водитель, выйдя из машины, стал, судя по ржавому скрипу, открывать какие-то ворота. Потом он снова сел за руль, и «Волга», раскачиваясь на кочках, въехала в какое-то пространство. Прынцессу отпустили, она села и, растирая затекшую руку, огляделась.
Машина стояла в совершенно пустом дворике, со всех сторон огороженном высоким бетонным забором. Что находилось за пределами этого дворика, было неизвестно. Повсюду валялись какие-то железки, доски, мотки ржавой проволоки и большие разломанные ящики.
– Выходи, - сказал сидевший рядом с Прынцессой мужчина и, подавая пример, вышел из машины первым.
Возражать резона не было, и Принцесса, обмирая от страха, вылезла наружу.
Ее тут же окружили трое мужчин с недобрыми лицами, двое из них крепко взяли девушку за руки, а третий, со страшным шрамом на щеке, ловко заклеил ей рот скотчем.
– Вот так, - сказал он, удовлетворенно посмотрев на дело рук своих, - теперь не побакланишь.
Он взглянул Прынцессе в глаза и сильно ударил ее в живот. Ноги Прынцессы подогнулись, дыхание сперло, и, если бы ее не держали за руки, она наверняка рухнула бы на грязную пыльную землю, покрытую толстым слоем мусора.
– Давай ее туда, - скомандовал человек со шрамом, и Прынцессу поволокли в угол двора, где к забору была прислонена странная конструкция, сколоченная из неструганых толстых досок.
Тем же скотчем, толстый моток которого был в руках Шрама, руки и ноги Прынцессы примотали к доскам, и девушка почувствовала себя совершенно беззащитной.
Она широко раскрытыми глазами смотрела на своих похитителей и не могла понять, что же происходит. Это было видно по ее лицу, и Шрам, усмехнувшись, сказал:
– В непонятках, значит… Щас объясним. Но только сначала…
И он вынул из кармана большой складной нож.
Ловко орудуя им, он разрезал одежду Прынцессы, и, сдернув с нее лоскуты, сказал приятелям:
– А ничего бабенка, жалко будет…
– Да, нормальная шкура, - согласился, кивнув, один из них, - действительно жалко. Ее бы пялить и пялить… Посмотри, какая смачная кочка!
И он больно ткнул пальцем в лобок совершенно голой Прынцессы.
Она дернулась, но Шрам сказал:
– Тихо, тихо… Не бузи. А то хуже будет. Значит, так… Сейчас я сниму скотч, и мы поговорим. Если вякнешь громко, я тебе для начала зубы выбью. Усекла?
Прынцесса торопливо закивала.
– Ну смотри…
Шрам резким движением сорвал скотч с лица девушки, и на ее нижней губе показалась капелька крови.
– Красненькое… - в глазах Шрама появилось что-то ненормальное, и он, приблизив лицо к Прынцессе, медленным движением слизнул кровь.
Принцессу стала бить крупная дрожь, а Шрам, сладострастно облизав губы, сказал:
– Да ты не дрожи. Еще рано.
От этих слов Прынцессу заколотило еще сильнее.
Шрам схватил ее за горло и прошептал:
– Перестань дрожать, сука. Принцесса замерла.
– Вот так-то лучше, - кивнул Шрам, - ну теперь поговорим. Ты вообще кто?
– Я… Меня зовут Екате…
– Я не спрашиваю, как тебя зовут, чучело, я спрашиваю - кто ты по жизни.
– Я… - Прынцесса запнулась, но все же выдавила из себя: - Я проститутка.
– Понятно, - кивнул Шрам, - понятно… Ноги, значит, за деньги раскидываешь. Ну что же, сейчас раскинешь бесплатно.
Прынцесса подумала, что ее будут насиловать, и, несмотря на страшные обстоятельства, сладострастная судорога пробежала по ее телу. Ее насиловали несколько раз, и она с удивлением заметила, что это приносит ей какое-то совершенно особое наслаждение. Так что, если эти люди хотят таким образом доставить ей неприятности, то тут они, пожалуй, просчитались, подумала Прынцесса.
– Ты ведь проститутка, значит, бываешь во многих домах, - продолжил Шрам.
– Кстати, кто у тебя крыша?
– Червонец, - неуверенно ответила Прынцесса, которая еще не знала, что Червонец мертв.
– Червонец?
– Шрам нахмурился.
– Это еще кто такой? Из какой бригады?
– Ну, он… Над ним - Желвак.
– Ах, Желвак… - Шрам понятливо кивнул.
– Желвак, значит… Знаем такого. Ну что же, у нас и с ним разговор будет. Так, это… В квартирках-то бываешь?
– Бываю…