Настя

Среди моих товарищей Виктор был самый старший, и самый знающий. Читал много, любил литературу, хорошо знал историю, и рассказывал её так хорошо, что порой, казалось, будто он сам участвовал в этих исторических событиях.

Всегда одевался опрятно. Слегка смуглый, с мужественным и приятным лицом, довольна большая челюсть, прекрасной формы нос, всегда веселые карие глаза. Носил тщательно подстриженные усы. В любой компании держался непринужденно и очень прилично.

Виктор выглядел намного моложе своих лет. Расскажу вам одну короткую историю в подтверждение моих слов. Был выходной у меня. Решил ехать в автопарк. Стоял на остановке, ждал попутный маршрут. Подъехал нужный автобус, за рулем был Виктор. Хотя, в парке я работал не давно- шел 3-й месяц- уже успели познакомиться и подружиться. Виктор увидел меня, открыл переднюю дверь, я зашел к нему в кабину. Поздоровались.

– Куда собрался с утра?

– Да в контору надо бы заскочить.

Мы не успели проехать пару остановок, и к нам в кабину притиснулся мальчик лет 12-13. Виктор что-то спросил у него, тот ответил и при этом Виктора называл "папой". Когда мальчик покинул автобус, я спросил у Виктора:

– Почему он тебя называет папой?

– А кого он должен называть "папой", соседа что ли?

– Ты хочешь сказать, на самом деле он твой сын? Ты что, женился, когда тебе было 15-17 лет?

Виктор весело улыбнулся, сказал:

– Я понял тебя. Говорят, я выгляжу моложе своих лет. Видимо ты не знаешь мой возраст, оттого и сомневаешься.

Потом он показал на свою висящую куртку:

– Достань из грудного кармана мой паспорт.

Я достал его паспорт, открыл, посмотрел! Виктору 51 год! А я принимал его почти за ровесника. Максимум, считал я, ему будет 30 лет! Вот так он выглядел молодым. После этого дня дружба наша набирала обороты, моё уважение к нему удвоилось. Я иногда ходил к ним в гости. Познакомился с его женой, прекрасным человеком, умной, изумительно красивой женщиной. А через год я владел очень интересной историей, которую ниже хочу изложить.

Виктор и Лена познакомились, когда им было по 16. Один из августовских дней на берегу Енисея двое молодых людей признались в любви друг другу. И с того дня были неразлучны. Закончили школу. Виктор после обучения на водителя ушел в армию. Когда вернулся его любимая Лена училась 5-м курсе института. Через полгода они поженились.

Уже через год Лена была беременна.

В те годы в СССР нужно было жить не болея, быть здоровым. Слова "язва желудка" было синонимом пожизненной беды, "рак”, или "инсульт" синонимами медленной смерти. Левомицетин, пенициллин, анальгин – вот вся "аптека" советского человека. Ещё была "зеленка", ею мазали везде и всё

 Больных кололи из многоразовых шприцев. Их кипятили в ящичках из нержавейки. А иногда просто обливали кипятком. В те годы часто простыней на кроватях не было. А про женские болезни, про их лечение и говорить нечего.

Хотя, несколько средств и методов обезболивания было известно, однако применяли их неохотно. Одним словом, наша бесплатная медицина сильно отставала от запада.

Вот, в такое время и заболела Лена. А точнее, заболела когда – никто не знал. Болезнь обнаружили сейчас. Как гром среди ясного неба. У неё обнаружили какую-то женскую болезнь. Врачи пытались что-то делать. Тогдашние методы лечения сильно отличались от сегодняшних, результаты лечения редко были положительными. Все ровно, они сделали все, что смогли. Тут подошли роды.

Роды были тяжелые, ребенок родился мертвым. Видимо, результат лучевого воздействия. После начались проблемы с её здоровьем.

Послеродовые осложнения поставили под вопрос жизнь её самой, не говоря о шансах в будущем родить ребенка. Её пришлось оперировать. Вернулась домой. Вроде она пошла на поправку. Но Лена никак не могла забыть о том, что она отныне бесплодная. Из-за неё её любимый Виктор будет жить без детей. Она очень сильно переживала.

Она решила поговорить с любимым. Один из вечеров она, обнимая Виктора, предложила разводиться.

– Я не могу иметь ребёнка по состоянию здоровья. А ты молодой, и здоровый. Ты мог бы жениться заново, иметь кучу детей!

Виктор был очень категоричен:

– Как ты можешь, Лена, милая? Больше ни слова об этом! А если хочешь, мы можем взять ребенка из детского дома!

Радости не было предела. Она решила взять ребенка, девочку.

У Лены была знакомая воспитательница из детдома. Она попросила ей подобрать одну спокойную девочку.

Воспитательница ей рассказала про одну воспитанницу, её звали Настя. Когда ей было чуть больше четырех лет, она с родителями попала в ужасную автокатастрофу. Родители погибли на месте, она получила различные травмы, но выжила. После больницы её определили в детский дом.

Лена приехала в детский дом, показали ей эту семи летную девочку. Она сидела в углу, не поднимая головы. Лена пыталась говорить с ней, она реагировала не охотно. Вся подавленная, во взгляде тоска и печаль. Говорила шепотом. Через некоторое время Лена вернулась туда ещё раз, с Виктором.

И вот, они прошли все процедуры, Настю забрали домой.

Настя оказалась очень хорошей девочкой. Чистоплотная, ответственная. Если, Лена убирала, она старалась участвовать, Лена готовила – Настя с удовольствием помогала. Ещё, она была очень честная. Лена сразу, почти первый же день сказала Виктору:

– Наша девочка не умеет лгать. Она никогда не станет нас обманывать!

Отношение между ними сразу стали добрыми.

Они оба, И Виктор, и Лена были довольны, благодарили судьбу, и конечно же, знакомую воспитательницу детского дома.

Была одна маленькая проблема: с первых дней она начала называть их только по имени.

Виктор долго пытался её исправлять:

– Настенька, пойми, мы отныне одна семья с тобой. Лену следует называть "мамой", а меня "папой", – но, тщательно, все ровно был Виктор.

 Решили ждать, дать ей время. Прошла неделя, месяц, все ровно она называла их только по имени.

Спустя месяц, когда Лена спросила, почему она не хочет их называть "папой", "мамой", Настя обняла её и по детский просто объяснила:

– Вы оба хорошие. Я люблю и Виктора, и тебя. Но он мне не папа, и ты не мама. Я их, и папу, и маму хорошо помню!

– Хотя бы, "тётей", "дядей" назови!

– Так же лучше! – сказала Настя.

Больше к этой теме они не вернулись. Смысла не было уговорить Настю. Она так и ни разу их не называла "мамой", "папой". Только по именам. Кроме того, ей нравилось, когда к ней самой обращались по имени, а не "дочь", "доченька".