Шрифт:
Глава первая
Некоторые мужчины как будто специально созданы для секса.
Такая мысль пришла в голову Пейдж Кэссиди, когда на пышном приеме по случаю свадьбы она поймала в объектив видеокамеры незнакомого статного красавчика.
И дело было вовсе не в том, как он выглядел, хотя, Пейдж могла поспорить, даже самая ярая мужененавистница не смогла бы устоять перед его привлекательностью.
Высокий, мускулистый, загорелый, он стоял у стойки бара в идеально скроенном смокинге, который прекрасно сидел на нем, подчеркивая фигуру. Его светлые волосы, выжженные немилосердным техасским солнцем, отливали золотом. Уверенный подбородок, чувственные губы и суровый вид навевали мысли о прерии, диких лошадях и ночах, полных страсти, под усыпанным звездами черным небом.
Подсознание моментально выкинуло предупреждение: «Внимание! Опасность! Опытный сердцеед!»
Было что-то настораживающее в его манере двигаться.
Девушка моргнула и отрегулировала резкость изображения. Ее взгляд не мог оторваться от его аристократически длинных загорелых пальцев, поглаживающих горлышко пивной бутылки. Вверх, вниз. Медленно и равномерно. Снова и снова. Какие чувственные движения! Пейдж показалось, что он водит рукой вдоль ее позвоночника.
И было что-то особенное в его улыбке.
Она наблюдала за тем, как он наклоняется к подошедшей к нему миловидной голубоглазой блондинке. Та что-то прошептала ему на ухо. Уголки его рта дрогнули, губы сложились в притягательную, недвусмысленную ухмылку, от которой сердце Пейдж забилось, словно бабочка в сачке.
И было что-то особенное в том, как потемнели его влажные серые глаза, когда его взгляд пересекся с ее взглядом и…
Он смотрел на нее.
Камера в руках Пейдж дрогнула и упала бы, если бы не предусмотрительно закинутый на шею ремень. А соблазнитель уже отвернулся к своей блондинке, оставив Пейдж в недоумении: а не почудился ли ей этот краткий, участивший пульс взгляд? Такой глубокий, проникновенный… Ее бросило в жар.
— Слушай… Пейдж. Может, это… пойдем потанцуем, а? — раздался голос у нее за спиной.
Она обернулась и увидела Шелби Гувера с соломенной шляпой в руке. Парень смотрел на свои изношенные ковбойские ботинки, выглядывавшие из-под края новеньких джинсов, и неуверенно чесал в затылке, ероша черные волосы. Черные усы слегка подрагивали, оттого что он нервно кусал нижнюю губу в ожидании ответа.
К сожалению, Шелби не вызывал в ней бури чувств, не сводил с ума. Что называется, положительный мужчина без вредных привычек. И самое главное — он был готов завести семью и стать верным мужем и заботливым отцом. К тому же Шелби не флиртовал направо и налево с сексапильными блондинками.
Ему было нужно совсем другое: дом, дети, уют. И не на короткий срок, а на всю жизнь.
Того же хотела и Пейдж.
По ее мнению, они с Шелби составляли прекрасную пару, хотя он до сих пор так и не отважился пригласить ее на свидание. Но девушка не сдавалась и упорно продолжала надеяться, что однажды он все же наберется смелости. Просто Шелби очень скромный и застенчивый. Не уверенный в себе.
Эти качества были ей хорошо знакомы. И не понаслышке. Она сама избавилась от них только полгода назад, когда сбежала из опостылевшего Кадиллака, оставив позади обломки неудавшегося брака, и приехала в этот чудный городок под названием Инспирейшн, чтобы начать здесь новую, совсем другую жизнь.
Пейдж металась между страхом перед неопределенностью, которую сулило ей будущее, и решимостью все изменить. Тогда-то ей и повстречалась Деб Стрикленд, владелица и главный редактор единственной городской газеты. И вот теперь Деб выступала в роли прелестной невесты, самой красивой из всех, каких Пейдж доводилось видеть.
Она навела камеру на Деб, стоявшую рядом с новоиспеченным мужем. Эта женщина дала ей работу и поддержала, помогла в трудную минуту. Поэтому Пейдж вызвалась опробовать на практике недавно полученные навыки видеосъемки, чтобы запечатлеть свадьбу подруги и Джимми Мишена, красивейшего мужчины в округе.
Непроизвольно внимание Пейдж снова вернулось к бару. Нет, теперь он — самый красивый мужчина в округе. Джимми потерял пальму первенства с той минуты, когда его младший брат вернулся в город. Ведь это же Джек попал в поле зрения Пейдж?
Джек Мишен был в городе известной личностью. За ним тянулся шлейф сомнительных легенд и пикантных сплетен. Хладнокровный, скрытный, этот скиталец время от времени заглядывал в Инспирейшн по случаю, но никогда не задерживался надолго. По словам Деб, которая знала все обо всех в городе благодаря Долорес Гиннес, что вела в ее газете колонку сплетен, — так вот, по словам Деб, за Джеком закрепилась слава безжалостного покорителя сердец. Так что Пейдж не стоило и время тратить на мысли о нем.
Нужно сосредоточиться на виновниках торжества и постараться заснять все красиво. Деб так помогла ей! Именно при ее поддержке Пейдж сумела преодолеть свою застенчивость и робость, обрела уверенность в себе, раскрепостилась, научилась открыто излагать свои мысли. Деб была одной из немногих, кто оказался рядом с Пейдж в трудный момент. Муж бросил Пейдж, оставив одну в малознакомом городишке, где все всех знают и невозможно скрыться от осуждающих глаз.
Вудро. Его имя само собой всплыло в ее памяти, и, прежде чем она успела остановить себя, рука непроизвольно потянулась к прическе, чтобы проверить, не выбились ли волосы. Вудро терпеть не мог ее непослушных волос. Они были то слишком длинны, то слишком коротки. Слишком прямые, слишком кудрявые, словом… не такие, как надо.
Взгляд Пейдж вдруг наткнулся на влажные серые глаза, и рука застыла в воздухе. И снова ее накрыло жаркой волной, смывшей прежнюю неуверенность в себе. Девушка ощущала только свой бешеный пульс и яростный спазм предвкушения.
Как он красив. Глаза… и губы… слегка великоваты для мужчины, но идеальны для поцелуя…
— Пейдж? — Голос Шелби вернул ее на землю. Краска бросилась в лицо. Она совсем забыла о нем! — Что с тобой? — Он поднял на нее глаза. — У тебя щеки сильно покраснели. Может… это… не будем танцевать? Потом когда-нибудь…
— Нет-нет, — запротестовала она. Плевать на щеки. Отказать Шелби, когда он наконец решился пригласить ее на танец, ни в коем случае нельзя! — Что за глупости? — Она одарила его доброй улыбкой. — Просто замучилась бегать тут с камерой, вот и раскраснелась. С удовольствием потанцую с тобой. И очень рада буду бросить на время эту штуковину. — Пейдж положила камеру на ближайший столик и, держа в одной руке букет, другую протянула Шелби, решив игнорировать флюиды, исходившие от того, кто стоял чуть поодаль у бара.