Чтение онлайн

– Это правда. Вы ведь не обиделись? – Через плечо Уоррена она разглядела Элизу, кружившуюся в объятиях затянутого в белоснежный мундир капитана «Ионы», – только цыганские серьги сверкали в ушах.

– Я очень рад. Я бы хотел, чтобы она нашла себе занятие. Как я понимаю, она рассказала вам о постигшем ее несчастье?

– О ее разрушенном браке? Как это ужасно!

– Ваше общество поможет ей пережить горе. Она любила Рауля Джордана. Ее внешняя беззаботность обманчива. Она очень переживает. Спасибо вам, Кэтрин, мы перед вами в большом долгу. – Всем своим видом излучая признательность, он поднял ее руку к губам и поцеловал, едва касаясь.

– Я еще не обсудила этого с дядей. – Она чувствовала, как у нее кружится голова, и не знала, виновато ли в том только что выпитое шампанское или близость этого чудесного юноши.

– Так давайте поговорим об этом за обедом, ведь вы не возражаете? – И он прижал ее к себе чуть-чуть ближе.

Предложение встретило полное одобрение со стороны Седрика, сразу облегчив ему жизнь. Стало быть, Элиза – миссис Джордан? Это полностью развеяло его тревоги. Поначалу он питал некоторые подозрения по поводу молодой парочки, но осторожные расспросы хорошо информированного капитана корабля и некоторых пассажиров успокоили его. Конечно, по прибытии в Новый Орлеан он постарается разузнать обо всем поподробней, но он уже уверен, что лишь укрепится в своем мнении об их порядочности и респектабельности. Уоррен хорошо рекомендован, как и его семья. Они, правда, торговцы – но это не имеет значения. Элиза также обладала незапятнанной репутацией невинной жертвы обстоятельств.

Прогуливаясь по палубе, над которой сияла молодая луна, Кэтрин впервые в жизни почувствовала себя совершенно счастливой, и боль об утраченном отце уже была не такой острой, укрывшись в дальнем уголке ее души. По обе руки от нее шли Уоррен с Элизой. «Словно ангелы-хранители, – завороженно подумала она, слегка захмелев от шампанского. – Я верю им. Они не бросят меня. И теперь я без страха могу появиться в Америке».

– Мы устроим грандиозную вечеринку, когда прибудем, – заявила она.

– Отличная идея! – согласился Уоррен, и вся троица остановилась возле поручней. – Где, вы сказали, находится ваш дом?

– В месте, именуемом Садовый Район. Вам оно известно?

– Это в верхней части города, где богатые американцы и кое-кто из креолов еще до войны строили свои особняки. Эти здания трудно назвать домами – они скорее похожи на дворцы, и каждый окружен садом величиной с целый парк.

– Это верно. – Элиза взяла его под руку и опустила головку ему на плечо. – Но ведь наша Кэтрин и есть принцесса, разве не так? И ей как нельзя больше пристало жить во дворце.

Он взглянул на сестру, и в свете цветных фонариков, развешанных над палубой, его глаза сверкнули лукавством:

– А мы с тобою будем ее преданными советниками, не так ли, дорогая?

– Мы входим в устье Миссисипи! Пойдемте, взгляните! – восклицал Уоррен, приглашая Кэтрин присоединиться к толпе пассажиров, облепивших поручни корабля.

– Так это оно? – удивилась Кэтрин, сама толком не зная, что она ожидала увидеть, когда вскочила сегодня ни свет ни заря, желая поскорее увидеть Америку.

– Это, как вы совершенно верно изволили заметить, именно оно, – уверил ее юноша, чью шевелюру трепал ветер с берега. – Мой родной берег. «Дом, милый дом…»

Она почувствовала некоторое разочарование. По ее мнению, не было ничего столь уж восхитительного в открывшемся перед ними виде на дельту реки, которая несла свои мутные воды в глубокую голубизну Мексиканского залива. Отдаленные берега по обе стороны были столь плоскими, что взгляду не за что было зацепиться, но те из ее спутников по плаванию, кто также не поленился покинуть постели в столь ранний час, пришли в страшное возбуждение при виде этого грязного потока, противоборствовавшего океану.

По мере приближения «Ионы» к берегу шум его машины и плеск лопастных колес поднял на воздух пеликанов, расположившихся на топком берегу, и тут же к кораблю приблизился юркий лоцманский катер. Потом довольно долгое время они не видели ничего нового, и хотя Кэтрин изо всех сил старалась разделить энтузиазм Уоррена, эта безжизненная картина оказала на нее гнетущее впечатление. Она вздрогнула и плотнее закуталась в шаль, когда заметила нечто скелетообразное, возвышавшееся над водной гладью. Это был остов судна, потерпевшего крушение давным-давно в безуспешных попытках найти фарватер, и довольно мрачное зрелище разложения показалось ей предвестием сурового рока.

– Вы замерзли? – с искренним беспокойством спросил Уоррен, беря ее под локоть. – Давайте спустимся вниз и попросим чашечку кофе. Пока мы подойдем к Блезу дозаправиться, ничего интересного не увидите. Новый Орлеан выше по реке несколькими сотнями миль.

Элиза с Седриком ожидали их за столиком. Глаза Элизы сияли, когда она воскликнула:

– Мы почти дома – в Новом Орлеане, в Городе Полумесяца! Я не в силах ждать!

– Есть ли хотя бы доля правды в слухах о том, что пираты захоронили свое золото в глубине болот? – поинтересовался Седрик, усаживаясь на свое место и принимаясь намазывать тост маслом. Он с удовольствием посматривал через стол, не желая оставаться равнодушным к присутствию хорошенькой женщины.

– Конечно! Здесь все возможно. В сердце трясин скрывался сам Жан Лафит со своей шайкой. Наверняка они там же и припрятали свои сокровища, но вам лучше не пытаться отыскать их. Заблудитесь.

Она откровенно кокетничала с ним, но не более чем с любым другим мужчиной, оказавшимся в поле ее зрения: загадочный взгляд из-под трепещущих ресниц, многозначительная улыбка и этот тихий, едва слышный голос. Хотя она могла превосходно позаботиться о себе сама, однако всегда готова была предоставить это существу, облаченному в брюки: принимая помощь от мужчин, она давала им богатую возможность лишний раз ощутить себя мужественными покровителями слабого пола. Уоррен однажды заметил, что у всех женщин на Юге бархатные лапки, в которых, однако, прячутся острейшие коготки.

– Так опасно? Наверное, нечто вроде Эксмуррской трясины. – Седрик промокнул губы салфеткой и милостиво кивнул стюарду, склонившемуся подле него с кофейником.

– Об этом я ничего не знаю, сэр, – вмешался Уоррен, иронически покосившись на сестру. – Болота тянутся на многие мили и были когда-то вотчиной племен чокта, чикасава и читамача. На их языке болото зовется «крик». И, сдается мне, вы найдете здесь массу различий с вашими английскими топями. Здесь водится множество аллигаторов. А также диких свиней, белых цапель, лысых орлов и прочей живности.