Чтение онлайн

– Все это весьма напоминает отношения, сложившиеся в европейских салонах, – выразил свое мнение Седрик. – Нам повезло, что мы встретили вас, моя дорогая. Крайне важно не ошибиться на первых шагах.

Его волновали проблемы, сложности, неизбежно связанные с решением Кэтрин в ближайшем будущем устроить в Бовуар-Хаус грандиозный прием. Его титул должен произвести впечатление на спесивых креолов, вот только надо сохранить впечатление, что Кэтрин доводится ему родственницей. Вряд ли они проникнутся уважением к дочери викария, будь она хоть в десять раз богаче. Ну а что касается выскочек – так те наверняка кинутся плясать под их дудку.

Но стоило ли связываться с людьми подобного сорта? Пожалуй, нет, решил Седрик про себя, особенно когда речь идет о такой независимо настроенной особе, как его подопечная. У нее достанет ума влюбиться в какого-нибудь негодяя, и куда в таком случае заведет ее судьба? Прямиком в лапы какому-нибудь крикливому янки, не иначе.

Появился официант с большой серебряной супницей. На время все разговоры за столом утихли. Рыбное блюдо сменила джамбалайя – сочная смесь утки, колбас, ароматнейшего томатного соуса и тушеных овощей с рисом. Затем подали запеченных в тесте нежных голубей под винным соусом. После чего наступил перерыв в смене блюд, дававший желудку возможность управиться со всем, что туда попало, и подготовиться к следующим поступлениям. Вновь оживилась застольная беседа.

– Именно таким образом обставлены трапезы в цивилизованных странах, – заметил Седрик, выразив тем самым свое одобрение прекрасной кухне и обслуживанию у Антуана. – Обед длится часами. Во Франции, к примеру, я садился ужинать в восемь часов вечера, а вставал наутро в два. Ни суеты, ни спешки, пищеварительные органы успевают возбудиться и удовлетвориться, а потом даже отдохнуть до того, как подадут следующее блюдо, – все в свое время. Действительно я могу только поздравить шефа этого заведения.

– Не сомневаюсь, что это его порадует, – рассмеялся Уоррен. – А что вы скажете, Кэтрин?

– У меня нет слов. – Голова ее слегка кружилась от вина, которым сопровождалась каждая перемена. – Как же вы не толстеете?

– С помощью упражнений, – тут же ответил Уоррен.

– Это не так-то просто. – Элиза похлопала себя по животу. – Честно говоря, мне периодически приходится в течение месяца сидеть на самой строгой диете. Только фрукты, и ничего больше.

Именно в этот момент суета возле парадных дверей возвестила о появлении нового гостя. Им оказался молодой человек в вечернем костюме, с лихо сдвинутым на затылок цилиндром и белым шарфом, небрежно ниспадавшим на крахмальную манишку. Он окинул взглядом собрание и милостиво ответил на раздавшиеся из зала приветствия, словно известный актер, вышедший на подмостки.

Кэтрин отметила и его высокий рост, и изящное сложение, и смуглую кожу. Уоррен привстал, помахал рукой и, окликнув молодого человека, двинулся к выходу. Они заговорили, рассмеялись и медленно пошли через зал, на каждом шагу останавливаемые теми, кто хотел переброситься с незнакомцем парой слов.

– Кто это? – спросила Кэтрин у Элизы.

– Приятель Уоррена. – Ее глаза сузились, а губы задумчиво сжались. – Сейчас тебе предстоит встреча с истинным аристократом. Живым креолом.

Через несколько минут возле столика в сопровождении незнакомца появился широко улыбавшийся Уоррен.

– Мисс Энсон, лорд Седрик, позвольте представить вам Адриена Ладура. Адриен, я полагаю, что ты уже знаком с полковником Деламаром.

Седрик пожал юноше руку, Адриен наклонился и расцеловал Элизу в обе щечки, а затем взглянул на Кэтрин – прямой взор холодных карих глаз, обрамленных загнутыми черными ресницами.

Он был так высок, что поначалу мог показаться тощим, хотя на самом деле обладал весьма хорошо развитой мускулатурой. Костюм сидел на нем с той неуловимой небрежной изящностью, которая присуща человеку, привыкшему покупать только самое лучшее, при переодевании пользоваться услугами камердинера и, поблагодарив его, начисто выбрасывать из головы подобные мелочи. На его фраке не было ни единой морщинки, шелковый цилиндр он держал в руке, а обрисованные широкими складками плаща плечи говорили о ловкости и силе. Иссиня-черные волосы, идеально уложенные один к одному, придавали его облику нечто романтическое.

– Я очарован, мисс Энсон, – произнес он. Вновь она наткнулась на этот холодный оценивающий взгляд, и он наклонился поцеловать ей руку.

– Ты пообедаешь с нами? – спросил его Уоррен.

– Это было бы прекрасно, но сначала я должен отдать дань уважения тем господам в углу – мсье и мадам Дифур и их племянницам. Закажи что-нибудь для меня, будь добр. Что-нибудь легкое. Несколько бисквитов с креветками, к примеру.

Кэтрин не в силах была оторвать взор от его прямой спины, пока он шел к угловатому столику, за которым расположились две величественные дамы среднего возраста и почтенный джентльмен со своей женой.

Элиза иронически посмотрела на нее, затем перемигнулась с братом и заметила:

– Похоже, на Кэти произвел впечатление наш смазливый приятель.

– Не совсем так. – Кэтрин постаралась овладеть собою, изобразив горячий интерес к десерту, который им как раз подали. – Хотя первое впечатление зачастую обманчиво, мне он показался весьма самодовольным типом.

– О нет, – весело возразила Элиза. – Он просто душка!

Она давно знала этого идеального красавца с безупречной родословной. Он имел счастливую способность внушать любой своей новой знакомой, что встреча именно с нею – величайшее счастье. Он внимательно выслушивал все, что им угодно было изложить, вызывал их на откровенность и вселял доверие к себе. В его выразительных глазах они встречали именно то, что хотели бы видеть, и это очаровывало их. Временами Элиза даже удивлялась, с какой быстротой происходили подобные вещи, хотя сама оставалась равнодушной. Она никогда не была и не будет очарована Адриеном Ладуром.

Набрав полную ложку маренго под шоколадом, она отправила ее в рот.

– Ум-м-м, – в экстазе промычала она. – Зачем, ну зачем я вообще уезжала из дому? Как я могла лишить себя таких удовольствий?

– Ты просто поросенок, – поддразнил ее Уоррен, набивая рот пирожными. – Помнишь, как Мамми отзывалась о твоем аппетите? Леди должны кушать мало, ровно птички, а не жрать, как лошади.

– Перестань! – одернула его Элиза и пожала руку Кэтрин. – Что ты в самом деле подумала об Адриене?

– Не знаю. Мы едва успели перекинуться парой слов.

Это упущение было исправлено: едва вернувшись к столику, он проявил себя чудесным собеседником. Ему то и дело удавалось втянуть в разговор и Кэтрин, так что постепенно она утратила обычную скованность. Остаток вечера пролетел как одно мгновение, и под конец Уоррен предложил:

– Что вы скажете насчет танцев?

– Только не я, – извинился Деламар. – Я хочу спать. А вы, милорд?

– Согласен. Обед слишком плотный, чтобы после него танцевать. Поедем в кебе?