Чтение онлайн

— Здорово! Вот это скорость!..

— Это еще не скорость. Я с тобой еще не набирал.

— А-а, так это ты не набирал…

Сережка зачем-то взял ее руки в свои, лицо его неуловимым образом изменилось, стало мягче и нежнее — рыцарь приподнял забрало шлема…

— Глаза у тебя… Так бы всю жизнь и смотрел.

"Вот оно, начинается!" — заметались по всей голове истерические мысли. Точно так же, как три недели назад с цыганкой, перед глазами у Янки всё вспыхнуло нестерпимо ярким серебряным светом. Еще мгновение — и она полностью отключится, и тогда одному Богу известно, что произойдет… Яна только было приготовилась рывком вернуть себя в нормальное состояние (как делала обычно при первой же опасности "вылететь за пределы"), но потом передумала, решила обождать. Иначе как она узнает, что это такое и для чего ей дано, если будет каждый раз трусливо сбегать и прятаться в тень?

Серебристые паутинки перед глазами слегка задрожали и сплелись в сложную многоцветную картину: перед ней стоял всё тот же Сережа и вместе с тем не совсем он, еще кто-то другой. Два непохожих, почти противоположных, точно юг и север, лица невероятным образом накладывались друг на друга. (Точь-в-точь как на переливающихся открытках, которые папа когда-то в детстве привозил из заграницы…)

Янка затаила дыхание и пляшущие картинки постепенно прояснились, перестали мельтешить перед глазами: посреди мерцания четко проступил полутемный бар с низкими подвесными лампами и громоздкими, тяжелыми на вид стульями с резными ножками. Немного на отшибе как будто бы Сергей: стоит, небрежно облокотившись обо что-то темное и гладко отполированное, скорей всего дубовое. Наверно, барная стойка такая… А он постарше, чем сейчас, но всё равно молодой: гладко зачесанные назад иссиня-черные волосы, насмешливый взгляд сверху вниз и надменно задранный подбородок с раздвоенной ямкой. Ах да, еще тоненькие, едва заметные усики над верхней губой, щегольски закрученные вверх. (Как у актеров из черно-белых довоенных фильмов, сейчас-то таких давно не носят…) Губы этого "поддельного" Сергея кривятся в нетерпеливой гримасе, рука нервно барабанит по столу, отбивая четкую ритмичную дробь. При каждом движении на безымянном пальце посверкивает крупный перстень с замысловатой печатью, он почудился Янке до странного знакомым…

Сергей "настоящий" энергично дернул ее за руку:

— Что с тобой?

Яна мгновенно пришла в себя, точно пинком вернули обратно, на распаренную зноем улицу и полыхающий от жара мотоцикл. И как она только на нем не сварилась? Вообще ума палата — сидеть на таком солнцепёке!

— Ничего… — сейчас надо ляпнуть что-то незначительное, а по возможности еще и глупое, чтобы он отвлекся и ни о чем больше не расспрашивал. Что-нибудь дико интеллектуальное в стиле Пэрис Хилтон — интересно, что бы та сморозила на эту тему? Наверняка свою прогремевшую на весь мир (трудами MTV) телефразу: "It's hot!" (В примерном переводе: "Это сексуально!" На все случаи жизни: запустили новый спутник — "It's hot!", обнаружили в Сахаре следы древней цивилизации, предположительно атлантов — тем более hot…)

Она сдавленно прыснула от смеха, прикрывая ладонью рот, чтоб Сережка опять не пристал с расспросами. Ничего другого, кроме платиновой красотки Пэрис, в голову упорно не приходило, ну прямо как на зло! Разве что тупой анекдот про блондинку в ЦРУ, который Кузьменко со всей галантностью посвятил ей самой и подруге Алинке, да только вряд ли Сережку это развлечет. Хотя… Янка раскрыла было рот, чтоб изложить во всех подробностях, но вовремя спохватилась. А то б еще минута — и доблестно забила бы гол в собственные ворота, вот ведь аналитический ум! (Этому товарищу только идею подай — и будет еще полгода издеваться, как минимум! Есть такие подозрения. А у нее, Яны, кожа не крокодилья, в отличие от блондинки семейства Хилтон…)

Ни до чего не додумавшись, она горестно вздохнула и протянула Сергею с мотоцикла сразу обе руки:

— Пошли! А то меня сейчас прямой солнечный удар хватит.

Только через десяток шагов удалось изобразить бойкую ненавязчивую болтовню, которую парни обычно и ожидают от девчонок:

— Научишь меня на мотоцикле? А то я брата просила…

— Научу, — кажется, он был доволен, что она завела об этом речь.

— Я, правда, иногда путаю, где право, где лево, — несомотрительно ляпнула Яна. Сережка по своей старой привычке громко фыркнул, она с наигранным возмущением завелась с пол-оборота — это уже стало их любимой игрой: — Ничего смешного! У многих женщин так бывает, я читала… Просто мы используем сразу два полушария мозга, а вы только одно! — и, изловчившись, на ходу показала в Сережину сторону язык. Но тот ничуть не обиделся, с чертовски снисходительной физиономией покрутил головой, как бы разыгрывая сцену из фильма "Полицейский в детсаду" (к которому Янка всегда была неравнодушна).

В кафе царила полутьма и приятная прохлада, точно в глубоком погребе в изнурительно жаркий день. Натыкаясь по пути на какие-то стулья и чьи-то костлявые ноги, они почти что на ощупь выбрали столик поближе к выходу, одновременно уселись и шумно перевели дух, пережидая, пока глаза привыкнут к темноте. Сергей только было собрался с полным правом расслабиться (впервые за этот сумасшедший день), как Янка огорошила таким себе невинным вопросом:

— Знаешь, как мы познакомились в прошлой жизни?

— Как? — отозвался он с ангельским терпением, мысленно заводя глаза под невидимый в темноте потолок. Вроде бы успел уже привыкнуть к подобным выбрыкам, и всё равно врасплох застукала!

— Почти так же, как в этой, всё повторяется. У меня только что "дежа вю" было… Знаешь, когда вдруг кажется, что это всё с тобой уже происходило: раз, и вспышка в памяти!..

— Не знаю, — нетерпеливо оборвал Сережа и защелкал пальцами, пытаясь привлечь внимание низкорослого юркого официанта. Если честно, эти Янкины высокие материи и лирические отступления непонятно о чем уже успели ему основательно поднадоесть. Неизвестно откуда накатило раздражение: неужели не осталось других тем для разговора?!.. Он еле сдерживался, чтоб не ответить что-то резкое — а то ведь трепетная натура, обидится и, чего доброго, убежит домой.

— Ну, так слушай… — Янку было не остановить. — Мы с девочками сидели в каком-то баре, а ты зашел случайно со своим другом. Ты на меня поспорил, во как! Уже потом признался, намного позже.

"Вот тебе и Яна Владимировна!" — ошеломленно подумал Сергей, а в голове между тем взрывались фейерверком тысячи самых разнообразных мыслей. Ведущей темой во всей этой какофонии была одна: "Откуда она знает?!" Янка испытующе глядела на него в упор, склонив голову на плечо, напоминая глазастую взъерошенную птицу. Не зная, что сказать, он в замешательстве забарабанил пальцами по краю стола. Она непонятно из-за чего улыбнулась и перевела взгляд на его пальцы, в какой-то миг Сереже почудилось, что слышит ее пытливые мысли: "Значит, нервничает… Значит, правда?"

"Совсем эта жара достала, вон уже галюны начинаются! Сдвиг по фазе. Неужели Эдик проболтался?.. Так они ж вроде не разговаривали, никто их не знакомил…" — всё это за несколько секунд пронеслось у Сергея в голове и он поспешно спрятал руку под стол. Янка отчего-то рассмеялась и ему слегонца полегчало, напряжение незаметно отпустило. Тьфу ты, иногда прямо как прокурорша, еще и смотрит своими глазищами в самую печенку!

— Фантазия у тебя хорошая, — только и сумел выдавить из себя.

— Это не фантазия, это факт! — не согласилась Янка и состроила уморительно важную мину. Откуда ни возьмись подскочил шустрый, шалопаистого вида официант и без единого слова сгрузил с подноса их заказ, который уж не чаяли увидеть: колу со льдом и персиковый сок в запотевшем стакане. Это вовремя, оперативно работают…

Неизвестно, во что бы вылился этот в высшей степени странный разговор, но из дальнего угла кафе кто-то приветственно им замахал и закричал что-то нечленораздельное, но по всем признакам дружелюбное. Яна всмотрелась, приставив ладонь козырьком ко лбу, словно так и продолжала сидеть на Сережкином мотоцикле под давешним ярким солнцем. С трудом разглядела в полутьме Гальку с двумя ребятами: один из них Андрей, а второй какой-то незнакомый.

— Янка! — удовлетворенно проговорила Галя, обращаясь сразу к обоим парням, чтоб никого не обидеть. — Не хотела мне показывать своего, а я всё равно увидела! От меня ничего не спрячешь.