Чтение онлайн

– Об этом не может быть речи. – Его лицо просветлело, на губах заиграла знакомая насмешливая улыбка. – Ты совсем не ешь.

– Я не голодна, – ответила она. – Извини.

Пол небрежно пожал плечами.

– Смена часовых поясов кого угодно выбьет из колеи. Ты почувствуешь себя лучше после ночного сна.

Есть и другие способы улучшить мое самочувствие, мелькнула предательская мысль, и Робин быстро потупила взгляд. Когда такие мысли ни с того ни с сего приходят в голову, можно считать состязание проигранным.

Именно Пол предложил ей подыскать что-нибудь шерстяное, чтобы Уэнди смогла поддеть под куртку, пока не обзаведется подходящей одеждой. Робин уже собиралась предложить девочке пойти с ней и самой выбрать, но вовремя вспомнила, что даже не знает, в какой из свободных комнат сложены сейчас ее вещи.

Держать Уэнди в неведении относительно истинного положения дел будет очень трудно, тоскливо подумала она, поднимаясь по лестнице. Да и вся затея казалась теперь сомнительной! Одинокому мужчине не позволят стать опекуном девятилетней девочки, если это не его дочь, сказал Пол. А что, если выяснится, что они расстались сразу после того, как было узаконено удочерение. Не отберут ли Уэнди назад? Бесполезно убеждать себя в том, что это не ее проблема. Это стало ее проблемой едва она согласилась помочь Полу.

Как она будет себя чувствовать, если Уэнди опять окажется в детском доме?

Непростительно виноватой – был единственный ответ, и все же Робин по-прежнему не могла принять решения.

Она нашла свою одежду в одной из гостевых спален. Ее было значительно больше чем можно было предположить. Но, уходя из дома Робин думала о гардеробе в последнюю очередь. Синий брючный костюм подойдет, решила она достав в придачу и бежевый свитер. Для Ищи она выбрала голубую кофточку, которую когда-то очень любила. Она, конечно, великовата для девочки, но в ней по крайней мере, быстро приняла душ и сменила белье.

Вернувшись в спальню, она надела брюки, свитер и высокие черные ботинки.

Затем, застегнув жакет посмотрела на себя в зеркало. Если бы не волосы которые стали на несколько дюймов короче. Если не слегка изменившееся выражение глаз, можно было бы сказать, что она вернулась в прошлое. Жаль, подумала Робин что нельзя действительно повернуть время вспять!

Она не слышала, как Пол поднимался по лестнице, но, когда шла по коридору, тот появился из спальни. Одетый в короткую дубленку он казался огромным, сильным… и опасным.

– Ты всегда нравилась мне в этом костюме – заметил он. – Впрочем, ты во всем прекрасно выглядишь – тоже, подразумевал огонек в его глазах.

Он жестом предложил ей идти вперед и почти вплотную последовал за ней.

Робин едва справлялась с желанием ускорить шаг. Если споткнется, ему придется ее поддержать, а ей не хотелось, чтобы Пол к ней прикасался. Не сейчас, когда все ее нервные окончания словно обнажены.

Уэнди надела голубую кофточку и погладила пальцами мохер.

– Какая мягкая! – удивилась она. – Можно и мне одну такую же?

– Можно несколько, – великодушно пообещала ей Робин. – Всего, чего хочешь!

– Только не платья с оборочками, – решительно заявила девочка. – Я их ненавижу!

– Думаю, они тебе и не подойдут, – сказал Пол. – Это для малышей.

Уэндис благодарностью посмотрела на него.

– Я так и сказала ма Хэйвуд, но она ответила, что я просто ничего не понимаю! Мне вообще больше нравятся брюки.

– Мне тоже, – усмехнулся Пол. – И все же, полагаю, придется пойти на некоторые компромиссы.

У Уэнди оказались весьма твердые представления о том, что ей нравится, а что – нет, и девочке по большей части предоставляли выбирать самой. Робин удалось подсунуть ей лишь пару юбок и блузок, да и те с минимальным количеством излишеств.

Уже направляясь к автостоянке, они столкнулись с особой, которую Робин хотелось бы видеть меньше всего – и которую меньше всего ожидала встретить здесь, в Брэдфорде.

Одетая в длинное норковое манто – явный вызов современному отношению к одежде, – с темными волосами, подобранными под такую же шляпу с широкими полями, Эдна была даже красивее, чем Робин помнилось по единственному разу, когда она как следует рассмотрела соперницу. Изящный овал лица, темные брови, изогнутые над глазами цвета топаза. Единственной чертой, вносящей диссонанс в облик, был рот. «Корыстный» – это слово первым приходило на ум при виде его.

Каковы бы ни были истинные чувства Эдны Пауэлл, она хранила их при себе.

Ее улыбка ничего не выражала.

– Что за семейная идиллия!

Пол кивнул весьма сдержанно и представил:

– Уэнди – моя племянница. Ты замечательно выглядишь, Эдна.

– У меня вообще все замечательно, – с едва заметным нажимом ответила она.

Топазовые глаза переметнулись на Робин и стали холоднее. – Желаю, чтобы на этот раз вам повезло больше.

Решив ни в чем не проявлять нарастающей внутри враждебности, Робин спокойно и твердо встретила ее взгляд.

– Спасибо. И тебе того же.

В ответ раздался язвительный смех.

– Я никогда не полагаюсь на везение.

Эдна снова повернулась к Полу и задержала на нем задумчивый взгляд, прежде чем Приподнять руку в вялом прощальном жесте.

Уэнди первой нарушила молчание, когда они продолжили путь.

– Она мне не понравилась, – заявила девочка с уверенностью, которая согрела сердце Робин.

– Мне тоже, – согласилась она, не видя смысла притворяться и далее ради Пола. – Она стерва!

Ответная усмешка была исполнена озорства.

– Папа назвал бы ее еще и мерзавкой!

– Довольно! – словно ножом обрезал Пол. – Замолчите обе!

Робин немедленно согласилась с ним: она была повинна в том, что употребила бранное слово… хотя и к месту. Вот только стоило помнить о присутствии маленькой девочки.

– Я была не права, – заметила она мгновенно остепенившемуся ребенку. Твой папа – тоже. Никого нельзя так называть.

Однако Эдна Пауэлл не просто стерва, а выдающаяся стерва, раз сделала то, что сделала! – не смогла отказать себе в удовольствии мысленно обругать ненавистную особу Робин. Оттого, что Пол был знаком с Эдной до их свадьбы, предательство казалось еще тяжелее. Взглянув на него, Робин заметила, что лицо его хранит мрачное выражение. Эта связь закончилась по обоюдному согласию, уверял ее муж. Однако по тому, как Пол набросился на нее и Уэнди за то, что посмели оскорбить его бывшую подружку, можно было подумать, что он по-прежнему что-то испытывает к ней. Что, если именно Эдна охладела к нему после того, как устранила препятствие в виде жены?