Чтение онлайн

Полутора часами раньше он ввалился в гостиничный номер с видом великого белого завоевателя, милосердно дозволяющего голодным и вшивым туземцам не шлепаться на колени при его появлении. Остановился, прищурился, обозрел меня.

– Отлично!
– сказал Сомерсет.
– Очень, очень хорошо. Поразительное сходство.

Приблизившись, он протянул мне руку. Царственным, неторопливым жестом, словно ждал, что я не пожму предлагаемые пальцы, а поцелую.

– Вы мистер Хелм?

– Да, сэр.

Я украдкой подмигнул Маку: реакция Сомерсета была отнюдь не той, которой Мак ожидал.

– Мэттью Хелм, сэр, к вашим услугам. Руку Сомерсета я пожал крепко, однако не чересчур крепко. Старшие командиры весьма любят обращение "сэр" и весьма не любят медвежьих рукопожатий. Полезно явить немного такта, особенно, если это ничего не стоит.

Обозрев присутствующих и удостоверившись, что знакомство состоялось благополучно. Мак двинулся к двери, бросив на прощание:

– Объясняйте сами, Уоррен; я тороплюсь на вашингтонский рейс.

Я изучал своего будущего босса. Красивый человек с округлым лицом и ослепительно белыми зубами. Среднего роста, среднего сложения, Уоррен Сомерсет явно трудился, не щадя усилий, дабы сохранить густой загар и стройную фигуру. Но его талия чуток полнела, и Сомерсет явно этому огорчался. Так я думаю.

Каштановые волосы, тщательно промытые и высушенные феном, да не дома - в парикмахерской. Темно-красная пиджачная пара, из синтетической, слегка глянцевитой ткани. Розовая спортивная рубашка.

И трехдневная щетина.

Среди молодых межеумков, насколько понимаю, это последний крик моды. Принято выглядеть так, словно лишь нынешним утром очнулся после трехдневного запоя и еще не в состоянии провести бритвой по щекам. Образ Блаженного Бродяги. Но младшему поколению, по крайности, не зазорно порезвиться, и к лешему все устарелые приличия!

А вот какого хрена высокопоставленный бюрократ позволяет себе подобные выкрутасы, было непонятно. С минуту я ломал над злополучным вопросом голову и, наконец, сообразил, в чем собака зарыта. Сомерсет, подобно плохо кончившему Понсе де Леону, пытался пить из источника вечной юности, да только на другой манер. Уповал, что шоколадная кожа, блестящий костюм и дурацкая поросль на физиономии введут окружающих в прочное заблуждение касаемо сомерсетовского возраста, который составлял примерно пятьдесят с хвостиком. Эдакий прилизанный мальчик-переросток... Мысль о службе под началом субъекта, непрерывно и тщательно пекущегося о своей внешности, не могла ободрять, ибо такие субъекты весьма редко бывают умны. Стариться, дорогой читатель, никому не сладко, но годы приносят нам не только горести, а и преимущества, о коих побеседуем как-нибудь потом... Я поймал холодный, проницательный взор Сомерсета и уразумел: он преднамеренно производит на меня такое впечатление. Пожалуй, изрядно постарался ради этого. Уоррену зачем-то хотелось казаться недалеким, напыщенным олухом.

Классический прием, и я сам не единожды им пользовался, чтобы тем нежданнее огорошить неприятеля впоследствии. Но здесь-то речь идет о сотрудничестве?..

– Давайте выпьем и устроим военный совет, - любезно предложил пришелец.
– Ваше досье изучено, известно: Хелм отдает предпочтение мартини, однако за неимением гербовой мирится и на простой. На шотландском виски.

Я принял протянутый стакан шотландского. Сомерсет похвалялся проявленным усердием, проделанными изысканиями, но также и следил: охотно ли я соглашаюсь в ответственные минуты клюкнуть? Себе командир налил минеральной воды "Перье". Быть может, не употреблял спиртного, быть может, хотел полнейшую четкость мышления сохранить - понятия не имею. Да и роли это не играло.

Не я просился на его службу - он пришел к нам и попросил ссудить хорошим агентом. Любые претензии, посему, отвергались. Не нравится Эрик - пускай подыщет иного Горация Госмера Коди. Я не возражаю...

– По-прежнему ничего не понимаете?
– осведомился Уоррен Сомерсет.

– И не стремлюсь, - ответил я.
– Зачем попусту расходовать мозговые силы, сэр? Вы с минуты на минуту все поясните сами.

Сомерсет выдерживал долгую паузу. Я пожал плечами:

– О'кей, предвидится путешествие в Мексику. Но с наркотиками оно не связано.

Резко подняв глаза, Уоррен спросил:

– Почему решили так?

– Потому что ради наркотиков мой командир и пальцем не шевельнет. Он говорит: бороться против марихуаны и кокаина - все равно, что против спиртного бороться. Помните, как ввели, а потом отменили сухой закон? Природу можно выкидывать в дверь, но природа непременно ворвется в окно... Рисковать агентами ради заведомо бессмысленного предприятия Мак не станет.

– Да, - заметил Сомерсет, - идеализм вашей организации не присущ.

Уму непостижимо: люди, которые поскупятся протянуть нищему доллар и спасти его от голода - Сомерсет не выглядел особо щедрой личностью, - готовы истратить миллионы долларов, дабы отнять у того же нищего затяжку марихуаной: быть может, единственную радость на свете.

– Идеализм ищите в иных местах. Итак, остаются оружие либо политика. Не думаю, что правительство посылает меня разыскивать легендарное золото ацтеков. Оружие или политика. Техасский миллионер способен увязнуть коготком и там, и там...

Уоррен одобрительно кивнул:

– Очень здравое рассуждение, Хелм. Отвечаю на вопрос - если ваша последняя фраза его предполагала: мистер Коди в скором времени прекратит числиться миллионером, коль не предпримет быстрых и очень решительных мер. Быстрых, решительных, прибыльных. Падение расценок на сырую нефть застало его врасплох.

– Понимаю. Коди, стало быть, нужно mucho dinero. [2] И каким же образом он рассчитывает получить искомое?

– У него, кажется, двоякая стратегия. С видами на будущее, лучшим решением выглядит богатая жена. Однако свадьба и дальнейшее выжимание денег из дражайшей половины - дело не слишком быстрое. Обустраивая свой брак, мистер Коди обратил взоры на Мексику, чтобы заработать... м-м-м... шальной доллар... Что вам известно касаемо обстановки в Мексике?

Я пожал плечами.

– Боюсь, немного.

– Основным инструментом политической борьбы в этой стране испокон веку служило ружье. Почти всю мексиканскую историю после ухода испанцев писали винтовочным дулом. И человек, способный продать оппозиции приличную партию штурмовых винтовок "М-16" с надлежащим запасом патронов - о более тяжелом оружии даже не говорю, - заработал бы... Впрочем, основные противники нынешнего правительства едва ли захотят развязывать гражданскую войну, а вот среди мелких террористических групп охотники вооружиться есть. Найти сборище головорезов, имеющих достаточные средства, непросто, но возможно. И Коди, по-видимому, решил укрепить свое финансовое положение именно таким образом, дожидаясь, пока супругины денежки начнут работать на его компанию. Коди требуется сделка, сулящая большой доход. Наличными.