Чтение онлайн

Дни Линн были насыщены интересной работой, а большинство вечеров она по-прежнему проводила за игрой в теннис — приближалось первенство, в котором Кен твердо решил победить.

Однажды вечером, когда они, как обычно, сидели в кафе и пили холодный лимонад после нескольких удачных сетов, Линн сказала Кену, что Тони Арнолд, журналист, недавно вступивший в музыкальное общество, позвонил ей в школу и пригласил на прогулку.

— Мы встречаемся завтра вечером, Кен. Не возражаешь?

— Возражаю? Послушай, любимая, даже если мне это не нравится, я не могу тебе запретить. Ты отказала мне в этом праве и даже не позволила купить кольцо. Линн... — Он взял ее за руку. — Сколько еще мне ждать ответа? Тебе известны мои чувства, любимая. Мне незачем снова говорить о них.

— Я отвечу тебе через три недели — после каникул, когда ты вернешься с теннисного первенства, а я — с конференции на севере. Обещаю, Кен.

— Ладно, придется тебе поверить. Но будь осторожна с репортером. Ты ведь знаешь, что за народ эти газетчики.

— Конечно знаю. Очень несерьезный народ. Их интересуют только случайные связи.

Кен невесело рассмеялся:

— Ты чертовски права. Я встречал их в кабаках с женщинами легкого поведения. Так что держи ушки на макушки.

Линн улыбнулась и пообещала стоять на страже своей чести.

«Кен может не волноваться», — думала она на следующий вечер, сидя с Тони на скамеечке у берега реки. Он и не собирался к ней приставать — рассказывал о своей работе, которую обожал, делился планами на будущее. Линн узнала, что диплом журналиста он получил на обычных курсах при каком-то техническом колледже на северо-востоке Англии.

— В те времена министерство образования не утруждало себя разработкой специальных программ для журналистов — мы все набирались опыта на практике и учились на собственных ошибках, — объяснил Тони. — А сейчас необходимо сначала пройти серьезную подготовку, и я считаю, что это правильно.

Они долго болтали, и Линн рассказала ему о своих взглядах на преподавание и о проблемах в школе. Сочувственно выслушав девушку, Тони с уверенностью заявил, что ее новые методы обучения намного лучше старых.

— Я, конечно, всего лишь сторонний наблюдатель, но мне небезразлично то, о чем вы говорите, и я постараюсь донести некоторые ваши идеи до широкой публики. Вы подали мне отличную мысль — я могу убедить нашего главного редактора поручить мне серию статей об образовании в прошлом и настоящем. Как вы к этому отнесетесь?

Линн подумала, что это прекрасная идея. Ведь Крис Йорк сказал ей, что люди не понимают превосходства ее методов, а это отличный способ объяснить им все в подробностях. Они с Тони как раз обсуждали примерный план атаки на массовое сознание, когда на тропинке появилась одинокая фигура. Линн достаточно было одного взгляда, чтобы узнать этого человека, хотя в нем произошли заметные изменения — он уныло брел, ссутулив плечи, а всегда гордо поднятая голова поникла.

Ее сердце отчаянно заколотилось. Приблизившись, мужчина взглянул на них, холодно кивнул в знак приветствия и, не сказав ни слова и даже не улыбнувшись, пошел дальше.

— Эй, не тот ли это парень, который был на собрании музыкального общества? Я думал, он ваш друг...

Линн торопливо объяснила, что он просто знакомый, и со вздохом добавила:

— На самом деле я почти ничего о нем не знаю. — Это была правда.

— У меня очень хорошая память на лица, уверен, что мы с ним где-то встречались, но никак не могу вспомнить где.

— Он недавно переехал сюда из Йоркшира.

— Так он с севера! Наверное, именно там я его и видел. Я ведь учился в тех краях и одно время работал в местной газете. Спасибо за подсказку, Линн, теперь мне легче будет вспоминать.

Они провели приятный вечер, к концу беседы перешли на «ты» и договорились снова встретиться через пару дней, чтобы подробнее обсудить серию статей на тему образования.

Вернувшись домой, Линн позвонила Кену и радостно сообщила, что впервые встретила человека, который разделяет ее взгляды на современные методы обучения и своим поведением опровергает всеобщие представления о журналистах.

— Вот и славно, — отозвался Кен. — Надеюсь, в будущем он тебя не разочарует.

Через несколько дней после встречи с Тони Арнолдом Линн сидела дома, проверяя сочинения своих учеников, когда раздался стук в дверь. На пороге стояла домовладелица.

— Вас к телефону, дорогая, — сказала она, и Линн последовала за ней в холл. — Кажется, один из ваших молодых людей. Я даже не догадывалась, что их так много! — Хитро улыбнувшись, миссис Уолтерс скрылась на кухне.

У Линн мелькнула мысль, что это Крис, но он был по-прежнему верен своему слову держаться от нее подальше.

— Привет, Линн, это Тони.

Пальцы девушки, нервно сомкнувшиеся на телефонной трубке, тотчас расслабились.

— Прости, мне ужасно жаль, но я не смогу прийти завтра вечером, как обещал. На меня свалилась срочная работа. Но есть и хорошие новости: скоро состоится наша первая атака на школьных ретроградов — статья выйдет в пятничном выпуске, не забудь купить газету, ладно?

— Подожди, Тони, ты не мог бы прочесть мне ее прямо сейчас? Возможно, там есть какие-нибудь неточные факты, которые мы еще успеем исправить.

— Извини, Линн. Я тороплюсь, и в любом случае все материалы выпуска уже отправлены в типографию. Уже поздно что-либо менять.

— Но, Тони, — настаивала Линн, — расскажи хотя бы приблизительно...

— Линн, я уже на десять минут отстал от графика. Поверь мне, я тебя не подведу. Пока. Скоро увидимся и обсудим наши следующие шаги.

В пятницу утром Линн ожидала выхода «Милденхед газетт» с некоторым беспокойством. Дождавшись семи часов, она торопливо набросила халат и сбежала вниз, первым делом позаимствовав газету у миссис Уолтерс. Стремительно перелистав первые страницы, она открыла центральный разворот и застыла как громом пораженная. Заголовок гласил:

«Родители стоят на пути прогресса», — говорит школьная учительница Линн.

Как бороться с ретроградами от педагогики?»

С бьющимся сердцем она пробежала глазами статью, то и дело выхватывая из контекста знакомые фразы — собственные резкие слова в адрес противников перемен. Там было все, о чем она рассказала Тони, будучи уверенной, что он не станет цитировать ее в статье. Но журналист выплеснул на страницы газеты весь ее гнев и недовольство старомодными методами обучения, используемыми в школе, почти дословно привел критические замечания в адрес некоторых коллег, разве что не назвал имен.