Найдется все
Шрифт:
Видимо, корпоративная этика в фонде Стофеля была не ахти, подумалось еще Попришкину.
С отчаянием он огляделся вновь. И лишний раз убедился, что народ поблизости от него, газона и девочки точно неведомая сила разогнала — на сто метров вокруг. А значит, иных спасителей, кроме Валеры, бедной малышке ждать не приходится.
Тогда как время неуклонно истекало. Вместе с шансами на благополучный исход.
— Спасти? — повторил Попришкин обескураженно, — а как… не подскажете?
— Ну ёпрст, — не выдержал инструктор, и Валера хотя бы понял, что это точно не Котовский-Минин — тот-то показался слишком интеллигентным и дипломатичным для подобных выражений, — вы даже этого не умеете?
— Ну знаете, — возмутился Попришкин, — вообще-то я не спасатель. У меня другая профессия… как там: пиар-промоутер в области менеджмента международных финансовых операций.
Вот чудо-то! Впервые в жизни он смог назвать свою должность по памяти и без ошибок.
— Дурак, одним словом, — хмыкнул инструктор, не впечатленный услышанным ни на йоту, — ладно, слушай…те. Это просто. Подставьте руки к карнизу… да не так широко. Поменьше зазор. И скажите, ласково-ласково: «Девочка, спускайся, я тебя поймаю».
Валера сделал все, как велел голос из гарнитуры. На «дурака», кстати, не обиделся — снова вспомнив про сказки, слышанные в детстве. А там именно дурак обычно получал царевну, полцарства и прочие ништяки. Как скоро и он сам получит, если в фонде Стофеля не соврали.
— Девочка, спускайся, я тебя поймаю, — окликнул малышку Валера. Голосу придав ту же приветливость и доброжелательность, что прежде при общении с клиентами или с начальством.
Как и следовало ожидать — подействовало. Девочка, наконец, разжала пальчики и скатилась по склону. Руки Попришкина подхватили ее в тот же миг, когда бедняжка достигла карниза.
Не обошлось, разумеется, без накладок. Ножками девочка успела свеситься с карниза, так что маленькие башмачки врезались Валере прямо в лоб. Тот охнул от неожиданности и боли, но ношу свою живую не выпустил. Но снял с карниза, подхватывая одной рукой.
Рука эта еще успела почувствовать что-то теплое и мокрое… хорошо еще, что девочка была в штанишках, а не в платье. Очевидно, случившееся оказалось для детской души настоящим потрясением.
А тут и папаша подоспел с нежданностью инопланетного десанта и своевременностью полиции в американских боевиках.
— Ася! Ася! — кричал… нет, причитал он, чуть ли не выхватывая девочку из рук Попришкина, — вот ты куда запропастилась!
— Стоп! Снято! — это донесся напоследок голос из гарнитуры. Обращаясь не то к Валере, не то к невидимому дрону, коему и впрямь следовало заканчивать съемку и убираться восвояси. Не забыв, впрочем, запечатлеть финальную сцену: «Спасенная девочка и счастливый отец».
III
На следующий день новость под заголовком «Горожанин спасает ребенка» вкупе с фотографией Попришкина попала на главную страницу местного новостного портала «РоднойГород точка ру». Но и только-то. Даже на портале том удостоившись лишь щепотки комментариев в стиле: «Молодец, мужик!», «Все бы мужчины были такими» и, конечно «А родители девочки, интересно, куда смотрели?»
В тот же день, как на грех, на «РодномГороде» прошел слушок: местные ЛГБТ-активисты обратились к властям с просьбой дать разрешение на митинг. Или на иную публичную акцию, где представители секс-меньшинств могли бы попозировать перед камерой, помахать радужными флагами, напомнить о своем существовании, а главное — об униженном положении. Причем быть униженными, в отличие от любителей садо-мазо, им решительно не нравилось.
Вот самые активные комментаторы и переключились на эту тему. Гадая, согласуют власти ту акцию или нет. А ежели согласуют — кем тогда следует считать чиновную братию? Не обошли активисты портала вниманием и самих приверженцев однополой любви. Посудачив о месте этих людей в жизни общества, в природе, и конечно же, в тюремной камере. От тюрьмы и от сумы, как известно, не зарекаются. Были авторитетные отсылки и к мнениям психологов, и к уложениям разных религий.
В общем, дискуссия вышла бурная. Тогда как о девочке с набережной и, что обиднее всего, про ее спасителя даже на «РодномГороде» быстро забыли. А вне портала, так и вовсе о случившемся знали разве что родители маленькой Аси. Ну и сам Валера Попришкин. Ни телевидение, ни радио поступка Валеры, похоже, не заметили. И уж тем более не искали с ним встречи для съемок и интервью.
Да и коллегам Попришкина, как оказалось, не было дела до того, что в одном офисе с ними работает настоящий герой. Ну, может, не совсем настоящий и не вполне героический, но ведь спасение чужой жизни — благородный поступок, разве нет? Однако никто не поздравлял Валеру ни при встрече и ритуальном рукопожатии, ни в курилке, ни при вялом обмене репликами между перегородками офиса.
«И это называется славой?» — с досадою подумал Попришкин, уже к середине рабочего дня разочаровавшись и устав ждать, когда его заслуги будут отмечены хотя бы добрым словом. Хотя бы лишней улыбкой — искренней, не дежурной.
Не дождался. И потому уже в обеденный перерыв, презрев корпоративную этику и нарождающийся голод, отправился не в кафе. А буквально ринулся в офис фонда Стофеля. Где и дал волю возмущению.
— Если это по-вашему слава и популярность, тогда кошка — опасный хищный зверь, — с обидой в голосе подвел черту под своей претензией Попришкин, и Илья Минин сочувственно кивнул.
— Понимаю, но и вы поймите: не все от нас зависит, — проговорил он, одновременно вглядываясь в экран компьютера — не иначе, изучая обсуждение новостей на «РодномГороде», — если б я знал, что эти… хм, гей-активисты на следующий же день вылезут, придумал бы что другое. Во всяком случае, перенес бы спасение ребенка на более удобное время. И кстати, не стоит думать о кошках свысока. Среди них попадались настоящие убийцы. Сиамские кошки вообще были выведены для охраны, чтоб вы знали.
На миг оторвавшись от монитора и заметив, что клиенту кошачья тема не очень-то интересна, Минин сказал:
— Ладно, не получилось в одном месте, получится в другом. Но для этого мне… нам может понадобиться помощь.
На последних словах он поднял трубку телефона, нажал несколько кнопок и произнес в трубку: «Илона, привет. Это Илья. Зайди, пожалуйста».
Обреталась Илона, как видно, неподалеку. Например, за дверью напротив. Потому что минуты не прошло, и в кабинет, постукивая каблуками, вошла женщина — высокая, стройная и рыжеволосая. Природа одарила ее неплохой фигурой, но роговые очки, строгий брючный костюм и коротко стриженые волосы вкупе с тонкими губами придавали облику вошедшей какую-то холодность, отчужденность. На взгляд хотя бы Валеры, сексуальности в ней было примерно как в клюшке для гольфа. Одна деловитая функциональность. И даже высокие каблуки, если и исправляли этот образ, то не намного.