Чтение онлайн

– Мирейя...
– я вцепилась в косяк.

– Ничего не сделается твоей подруге, - проворчала Люсинда.
– Ты сейчас лучше о себе побеспокойся, несчастье.

– Не хочу быть оборотнем, - пожаловалась я ведьмам и... наконец отключилась.

Три дня прошли в настоящем кошмаре. Я просыпалась, глотала какую-нибудь противную микстуру, орала - и через какое-то время снова отрубалась. Мама перепробовала все: консультировалась с другими ведьмами, даже с какой-то общиной в горах связывалась, гадала, вызывала духов-покровителей, пыталась ускорить оборот магически. Но поскольку ведьмы весьма смутно представляли, с чем имеют дело, результат достигнут не был.

Просыпаясь, я иногда умудрялась подслушать немного информации. Попадалось даже кое-что ценное.

– Не волнуйся, сыну Тонгорда приходится не лучше, - как-то попробовала утешить маму одна из ведьм.

– А что с ним?
– вяло поинтересовалась родительница, тихонько поглаживая меня прохладной ладонью по потному лбу.

– Кто знает? Наши пытались пошпионить, говорят, он кричал, и в доме страшно грохотало.

Мама и Люсинда, которые все это время не отходили от меня, переглянулись.

– Мы его не трогали, но если вдруг кто все же проклял, в обиде не будем.

Это самое интересное. В остальном до меня долетали обрывки разговоров ни о чем, беспокойство за мою горемычную особу, доставившую всем столько проблем, то, как мама сокрушалась, как же это у Верховной ведьмы дочка будет оборотнем?! Превращаться в чудовище с когтями и горящими глазами я и сама не стремилась, но, похоже, это не лечится.

Вечером третьего дня мне приснился сон. Впервые с тех пор, как начался кошмар наяву.

Видение было красочное и ароматное, но главное - в нем не было боли, так что я ухнула туда, как в омут, вся без остатка.

Поначалу противно пахло лекарствами, и я лежала в своей кровати. Было душно, влажные простыни противно липли к телу. После всего, что тут творилось в последнее время, любимая комната с бледно-зелеными стенами и лампой-нарциссом вызывала стойкое отвращение. Не хочу здесь быть! Хочу уйти! Хотя бы свободно вздохнуть.

Шторы никто не задернул, и в окно бесстыже заглядывала круглая луна.

Боль затихла, но я откуда-то точно знала, что она все еще где-то там. Внутри.

Но сейчас мне выпала короткая передышка, надо пользоваться. Осторожно, чтобы не потревожить задремавшую в кресле маму, я встала и на цыпочках подошла к окну. Распахнула его, жадно вдохнула чистый воздух без примеси лекарств. Так-то лучше... Сразу же стало холодно, потому что сорочка была такая же влажная, как и простыни.

Потом сработал инстинкт. Я сама не поняла, в какой момент перекинула ноги через подоконник и толкнулась от него руками. И уж точно для меня осталось загадочным легкое бесшумное приземление. Клумба, в которую я попала, конечно, сыграла свою роль, но спрыгнуть со второго этажа и даже не удариться - это как-то слишком.

Слишком по-оборотничьи.

Осознала и почему-то успокоилась. Выпрямилась, отряхнулась, запрокинув голову, посмотрела вверх - шторы чуть заметно колыхались, в комнате не было видно ни единого движения. Видимо, моего исчезновения не заметили.

И пошла. Сама не знаю, куда.

Ноги тряслись от слабости, но я упрямо перебирала ими. Чистый воздух с запахами трав, цветов, пыли и выпечки заставлял кровь по венам бежать быстрее. Иногда к этим примешивались и другие запахи - пота, духов, бензина. Что угодно, только не лекарства!

Наверное, девица, поздним вечером бредущая по улицам в одной ночнушке и босиком, смотрелась диковато и должна была вызвать вопросы. В духе "А не подбросить ли тебя, красавица, в ближайшую психлечебницу?". Но по пути мне никто не встретился. В смысле, вообще никто. Город словно вымер. Мигали вывески, кое-какие заведения еще были открыты... но кругом не было ни души. Мне не встретилось ни одной машины, ни одной прогуливающейся парочки. Если бы не была так измучена, я бы непременно озадачилась этим, а так просто шла.

В определенный момент город закончился. Я оказалась в лесу.

Как всякая ведьма, лес я любила, темноты не боялась, от ночных шорохов не вздрагивала. Шла и шла. Холод ощущался все меньше, запахи остались только приятные, а луна действовала на меня гипнотически. Большая, белая, она иногда мелькала среди ветвей... и меня влекло к ней, тянуло, хотелось дойти до нее, раствориться в этом серебре, навсегда забыть себя.

Силы закончились внезапно. Пару шагов я еще сделала на упрямстве, потом сдалась и медленно сползла на мягкий мох. Пошевелилась, устраиваясь удобнее, прижалась к нему щекой, зарылась носом, зевнула. Лежать было удобно, но холодно. Зато пахло хорошо и ничего не болело.

Я уже уплывала в небытие, когда ощутила чужое присутствие. Слабость даже испугаться не позволила.

– Ты пришла, - одобрительно рыкнул грубоватый голос, потом сзади зашуршало, затылок и ухо обожгло теплое дыхание.

– Угу, - я зевнула и поуютнее прижалась щекой к ложу из мха.

– Теперь все будет хорошо.

Просыпаться было лень. Я уже успела осознать, что сон сменила реальность, но боли так и не было, тело казалось невесомым, будто наполненным тысячами крошечных пузырьков, и хотелось продлить это состояние как можно дольше. Понятия не имею, сколько времени так прошло. Меня плотно окутывало одеяло, а на ухо зачем-то пристроили грелку, еще пахло травами... мама, наверное, принесла сухие и скоро будет делать отвар.

Сладко зевнула и поерзала, устраиваясь поудобнее. Может, я уже передумала становиться оборотнем? Или мне вообще все приснилось?

Одеяло вдруг тоже пошевелилось и обняло меня за талию. А грелка взяла и вздохнула мне в ухо!

Я резко распахнула глаза. Мамочкиииии мои ведьмочкиииии!..

Кругом был лес.

– Кошечка, не стоит так настойчиво об меня тереться, могу ведь и отреагировать...
– хрипло сообщили из-за спины.

Все, мои нервы не выдержали! Визг получился такой, что, наверное, в центре города услышали.