Чтение онлайн

Но Барселону она быстро убрала из воспоминаний, потому что они отравлены горечью. Потому что там был Давид.

Со своего тихого переулка через два квартала свернули на довольно широкую мощеную улицу с лавками по обе стороны. Тут и там прямо на мостовой мелкие торговцы со своим товаром, еще им встретились шарманщик и катала. Замечательное чувство узнавания. Местный Арбат, подумалось Соне. Это было приятно.

Она еще улыбалась ассоциациям с родным городом, как вдруг услышала голос у своего уха:

– Прекрасной леди с фиалковыми глазами.

Обернулась. Лорд Фарэйн в учтивом полупоклоне протягивал ей букетик бархатных синих фиалок. Конечно же смутилась и удивилась, когда только он успел. Оглянувшись по сторонам, увидела в сторонке женщину, торговавшую букетиками лесных цветов.

Поблагодарила. Но, принимая у мужчины цветы, Соня не заметила в нем ни капли мужского интереса, сдержанное, внимательное, хорошо скрытое любопытство исследователя.

О, так он же просто за ней наблюдает с какой-то целью...

Вмиг подобралась внутренне и похолодела. То есть, он наблюдает за ней, потому что она кажется ему подозрительной? Ведет себя подозрительно?

Так, так, улыбаемся и машем.

И она улыбнулась Фарэйну обворожительной улыбкой.

Тот слегка подвис в первую секунду, потом взгляд его сконцентрировался на ком-то за ее спиной, и выражение лица сделалось странное. Но тут же взял себя в руки и отстраненно любезным тоном поинтересовался, нравится ли ей Астельхас.

И что это было? Кого он увидел в толпе? Соня незаметно обернулась, но интересного ничего не заметила. Только фигуру в плаще, скрывшуюся в толпе на боковой улочке.

– Да, конечно, - проговорила она, стараясь не выказывать волнения.
– Здесь очень красиво.

– Особенно, после деревни, в которой вы провели всю жизнь, не так ли леди?

Уже второй раз за сегодняшний вечер он дал ей почувствовать себя под колпаком. Соня разозлилась. Хорошего настроения как не бывало.

– Да. Вы правы сэр, - коротко ответила и больше, пока они не вышли на площадь, даже не взглянула в его сторону.

***

Надо сказать, что отложив суд над Хартом на неопределенное время, его величество имел свои тайные планы. Проще всего было бы повесить его на месте и одним махом избавиться от проблемы. Но тогда подпольная криминальная паутина, охватившая почти все королевство, осталась бы в целости и сохранности. И очень быстро породила кого-то другого на замену.

Харт, конечно, был ловок, умен и харизматичен, сильный лидер, за которым охотно следовали другие лихие ребятишки, но он такой не один.

Разумеется, каждый понимал, что Харт попытается сбежать еще до суда. Но он не сможет это сделать в одиночку. Ему потребуются сообщники. Итак, план его сводился к тому, чтобы дать возможность Харту попытаться наладить связи со своими, и проследить эти связи как можно дальше и объемнее.

Для того и выставил знаменитого разбойника на обозрение посреди главной площади перед ратушей.

А у лорда Фарэйна был собственный план. И сейчас, сопровождая на прогулку синеглазую красавицу с серебристыми волосами, он приводил его в исполнение. Еще в лагере, когда брали Харта, он заметил его неоднозначный интерес к этой женщине. Фарэйн собирался спровоцировать разбойника, вызвать его на активные действия.

Был и некий скрытый мотив. Спровоцировать на более решительные действия он хотел не только Харта, но и собственного короля. Можно сказать, лорд Фарэйн некоторым образом интриговал в пользу его величества. Немного подталкивал события.

Однако, неожиданно столкнувшись посреди вечернего города с переодетым королем, да еще опять разгуливавшим в одиночку, Фарэйн понял, что переиграл сам себя. Холодная ярость ревнивца, которую он заметил в глазах его величества, была более чем убедительной.

Допустим, он слегка перестарался. Но зачем, спрашивается, королю заниматься подобными вещами лично? Фарэйн всегда был против таких эскапад, усложнявших ему жизнь.

Понимал, конечно, что королю тесновато в королевском замке Аламора. Смолоду избравший себе собственную дорогу, Рихарт не привык подчиняться каким-то общепринятым догмам, предписывавшим коронованным особам некий стереотип поведения. Ибо, куда авантюрную жилку приложить, если с одной стороны урожай и налоги, а с другой старина Найкл с его постоянным нытьем - женитесь сир, женитесь?

А Рихарт был не из тех, кто согласится вот так, без души да из-под палки. Вероятно, потому и рассекал теперь в таинственном инкогнито по улицам ночного Астельхаса, «плащом укрывшись до бровей».

Фарэйн готов был взвыть. Королю приключения, я ему головная боль.

Однако они уже выходили на площадь перед ратушей, и то, ради чего он пришел сюда с этой леди, только начиналось.

***

Заключенный сидел в позорной клетке на всеобщем обозрении, как зверь. Он и чувствовал себя зверем. Но только зверем умным, способным выжидать, подкрадываться, даже притвориться мертвым. Чтобы потом в доли секунды вырвать горло своего врага и напиться его крови.

Королевский сотник прекрасно знал, что обрекает Харта на дикое унижение, когда говорил: «Чтобы каждая кухарка могла насладиться зрелищем». И все же, Харт предпочел бы торчать здесь, чем сидеть в подземных казематах Астельхаской тюрьмы. Потому что тут у него был прекрасный обзор и возможности.

Да, на него показывали пальцами недоумки, в него кидали объедками. Но издали. Ближе не подпускала охрана. На него таращились «кухарки». Женщины. Молодые, старые. Честные замужние и просто шлюхи. Многие в глубине души желали его. Боялись и желали. Харт видел это в их жадных взглядах, в неосознанном языке тела.

Потому что он казался им притягательным. Сильный. Красивый. Злой. Умелый. Настоящий зверь. Иные за одну ночь с ним отдали бы многое. Он знал об этом. И собирался воспользоваться.

Среди пестрой толпы, вертевшейся на площади, Харт заметил нескольких старых знакомых. А толчея и обилие зевак вокруг его клетки позволила им приблизиться и обменяться некими условными знаками. Он даже уже примерно знал, кем воспользуется.

А пока внимательно наблюдал и запоминал все. Малейшие нюансы поведения и привычки стражников, особенности расположения домов, даже архитектурные излишества. Все, что могло дать какие-то шансы в дальнейшем. Потому что не намерен был торчать тут до суда, Харт собирался выйти гораздо раньше, просто все надо было подготовить.