Не бойся темноты
Шрифт:
— Постельные режим, побольше теплого питья и…, - она что-то легким размашистым подчерком написала что-то на листе бумаги, — Купите это в аптеке за углом.
— Угу, — промычала в ответ Томка и собралась поскорее покинуть кабинет, насквозь провонявший лекарствами.
Обернулась и на мгновение замерла. Ромки у двери не было. Она и не заметила, как он ушел. Видимо профессор Терчер отпустила его ненадолго. Неожиданно для себя она почувствовала небольшой укол разочарования. Где-то в глубине души девушка надеялась оказаться важной для этого заносчивого парня. Глупые мечты…
Томка рассеянно брела по длинным коридорам колледжа. Лекции были в самом разгаре, поэтому было пустынно и очень тихо. Девушку трясло от озноба. Она куталась в поношенную куртку, но согреться, никак не получалось.
В какой-то момент Тамара поняла, что свернула куда-то не туда и коридор, в котором она оказалась, был совершенно ей не знаком Он походил на то крыло, что долгое время не использовалось. Здесь пахло пылью и сыростью, а стены давно потрескались и осыпавшаяся краска неровными слоями покрывала пол.
Глава 7
Странные чувства обуревали девушку. Собственная болезнь как будто отошла на задний план и все нервные окончания разом взбудоражились, предчувствуя опасность. Что она тут делает? Нужно бежать…
Томка считала секунды, но не двигалась с места. Ноги словно налились свинцом. Она тупо рассматривала почерневший потолок, засаленные занавески коридора и выбитое окно по центру, которое никак не вписывалось в ее представление об истинно английском укладе жизни.
Холод окутывал с головы до головы и нашептывал ее телу, покорись, подчинись, закрой глаза. Мгновение на то, что бы со стоном сдаться и опуститься на грязный пол с отколотой плиткой. Опереться на него ладонями и закрыть глаза, как велено. Быть послушной, хорошей девочкой. И дождаться, когда придет темнота. Откройся, доверься и бойся…
Тамара резко распахивает глаза и, покачнувшись с колен садиться на пол. Тяжелое дыхание раздирает легкие. Она проводит рукой по лбу и понимает, что нет никакого холода. Кожа до сих пор горит под ее пальцами. Температура нарастала. Тупая боль в руке, заставляет девушку недоуменно нахмуриться. Поворачивает ладонь и присматривается. Поранилась о битое стекло. Как неприятно.
Тут она почувствовала его присутствие. Каким-то шестым чувством. Затылок закололо, и девушка медленно повернула голову. Это был Даниэль.
Он стоял невдалеке, в напряженной позе. Золотые волосы разлохматились, но сейчас даже при ярком свете солнца они не казались Томе красивыми, как прежде. Прекрасные синие глаза горели недовольством. И их блеск терялся на фоне той жуткой жажды, что исказила все прекрасные черты. Томка с отстраненно подумала, что он стал каким-то другим, будто вылезла наружу все его демоническая сущность.
— Ты странная, — после недолгого молчания произнес он.
Томка даже не стала напрягаться и пытаться уловить какой-то смысл в его словах.
Нужно подняться и бежать, бежать не оглядываясь. Наверное, Даниэль прочитал все ее мысли. Потому как губы его исказились в усмешке.
— Даже не думай.
Нужно отвлечь его и отвлечься самой. Что бы не скатиться до банальной истерики.
— Как ты меня нашел?
— Это было не сложно, — неожиданно самодовольно мурлыкнул он, — Твои эмоции выделяются на фоне других. Столько переживаний, терзаний, чувства вины.
Томка сглотнула комок в горле и на мгновение прикрыла глаза.
— Что тебе нужно, Дани?
Он склонил голову на бок, пронзая изучающим взглядом. Несколько плавных шагов и сильные руки, подхватив под мышки, поставили на ноги. Томка спиной почувствовала его тело, а жесткая рука обхватила под грудью, сдавливая так, что и без того затрудненное дыхание стало рваным. Девушка в страхе уставилась прямо перед собой, всеми силами стараясь контролировать дыхание.
— Ты. Мне нужна только ты, — шепнул он на ухо и губы скользнули ниже по изгибу шеи.
Он окутывал, одурманивал своими неспешными касаниями. Запах ненавязчивого мужского парфюма заполнял легкие, вызывая отчаянный протест К горлу подкатывала тошнота и страх. Дикий, первобытный. Животный ужас добычи уже пойманной свирепым хищником, но отчаянно трепыхающейся в отчаянной попытке освободиться.
Резким движением Даниэль сорвал в головы кепку и перекинул свободной рукой волосы ей через плечо, что бы тут же ухватить их в крепкий кулак.
— Правильно, — довольно протянул он, — Бойся. Меня нужно бояться.
Томка жалостливо всхлипнула и поняла, что слезы уже давно текут по лицу и остановить их она не в силах. Разве может она ему противиться? Как? Где найти силы, что бы противиться его воле?
— Чего ты добиваешься, Дани? Пусти меня. Пусти, — позорно взмолилась Тамара, цепляясь руками за его запястье в надежде, хоть как-то ослабить удушающую хватку.
— А то ты не знаешь, чего я хочу? — голос его был полон пренебрежения, — Мой отец наверняка посвятил в некоторые подробности моей жизни. Правда?
Томка молчала, не зная, что ответить. Она пыталась оставить хоть крохи разума, в охватившем казалось весь мир безумии, но он ускользал в ту темноту, что плавно накатывала с каждой волной все сильнее, подталкивая к краю.
— Покорная, — довольно произнес Даниэль, — Ты можешь быть такой послушной, когда захочешь. Мне это нравится.
Он запрокинул несопротивляющейся девушке голову, прижался губами к ее рту, и Тома перестала, что-либо понимать вообще. Это мало походило на ласку. Это вообще не было поцелуем. Он просто застыл как каменное изваяние, жадно втягивая в себя ее дыхание. Где- то на грани обморока она почувствовала, что тело этого нелюдя стало мелко дрожать. Все эмоции как-то разом покинули ее, и сознание накрыла всепоглощающая тьма.