Чтение онлайн

Они только чудом пережили ужасающее время, когда по два-три дня в доме не было ни крошки еды и приходилось охранять соседские огороды, чтобы получить в награду несколько помидоров и огурцов, потому что свои пока не поспели, да и яблоки-груши были ещё зелёные. И так стыдно было признаться другим, в каком катастрофическом положении они находятся. Сначала мама всем говорила, что муж уехал в длительную командировку, потом он «долго и тяжело болел», а затем народ и сам всё понял. Баба Клава, правда, иногда спрашивала: «Ну что там Саша, не вернулся?» «Ещё нет», — отвечала Кристина, хотя уже прекрасно поняла, что и не вернётся, можно не ждать.

А дом им всё-таки сожгли. Хорошо хоть не вместе с хозяевами. Кто и зачем, до сих пор остаётся загадкой: расследование ничего не дало. Но уехав навестить родичей на годовщину смерти одного из дедушек, семья вернулась в обугленные развалины. Крыша и две комнаты выгорели напрочь, остальные были сильно повреждены. Большая часть вещей, не сожранных пожаром, оказалась испорчена водой, которой всё это тушили, и мокрой штукатуркой, налетевшей со стен и потолка.

Удалось спасти несколько книг, кое-что из одежды и альбом с фотографиями. Ещё несколько конвертов с фото безнадёжно слиплись и восстановлению не подлежали. Благо документы уцелели, потому что были взяты в поездку. В общем, семейство оказалось в прямом смысле слова у разбитого корыта. Алёшка тогда был совсем мелким, не понимал ничего. Ну, оно и к лучшему.

Сначала семью временно приютили дальние родственники, потом другие. Но у каждого свои проблемы, и взваливать на себя чужие никто не обязан. И начались их скитания по съёмным квартирам… Одна другой хуже и дешевле, лишь бы было где голову приклонить, чтобы Кристина могла закончить школу, потом университет и занять хорошую должность. Фамилию при получении паспорта Кристина взяла мамину, Соколова, хотя отчество решила оставить. Всё же благодаря этому человеку она появилась на свет, да и сочетание «Кристина Александровна» ей очень нравилось.

Мама непосильно работала, надрывая здоровье, и таки надорвала. Ей требовался покой и минимум нагрузок, но она всё равно трудилась на дому, занимаясь вышивкой и продавая свои работы. Временами к ней приходили ученицы и за небольшую плату брали уроки: всё лучше, чем ничего, копейка к копеечке. А в университете Кристина тоже начала подрабатывать параллельно с учёбой, да ещё и была на повышенной стипендии. Даже Алёшке в гимназии по личной просьбе сделали послабление и не слишком отягощали сборами денег на организационные нужны. Как-то выжили — и ладно.

Ту квартиру, где они жили сейчас, по доступной цене сдали им знакомые, которые уехали в другой город нянчить новорождённого внука, но уже скоро должны вернуться. Так что придётся подыскивать что-нибудь другое. Поэтому за эту новую работу в «Вайлет-компани» Кристина держалась руками и ногами. Если испытательный срок закончится успешно и должность помощницы останется за ней, то со следующей зарплаты можно будет начать откладывать деньги на аренду новой квартиры.

— Что это вы с лица спали? Слишком неприятные ассоциации? — окликнул её Горский, вырывая из воспоминаний. — Этот Державин сделал вам что-то плохое?

— Не совсем, просто в детстве я была знакома с его семьёй (но да, воспоминания не самые светлые), — ответила она, не считая нужным это скрывать. — Потому и лицо показалось знакомым. Он меня, видимо, тоже узнал, вот и смотрел.

Мистер Суровость слегка прищурился и вгляделся в лицо Кристины, будто хотел докопаться до истины. А ей захотелось спрятаться от его взгляда… или просто выложить правду-матку. Но, как она уже прекрасно усвоила, у каждого свои проблемы, и нагружать работодателя личными переживаниями ни к чему.

Наконец Алексей Викторович перестал сканировать её взглядом и поднялся:

— Уже пора ужинать. Идёмте, прогоним вашу хандру вкусной едой.

О да, долгое время вкусная еда была для Кристины несбыточной мечтой. Человеку, пережившему голод (не пару дней добровольной диеты, а самый настоящий голод, когда несколько суток живот почти прилипает к спине и ты пожираешь взглядом пирожок на прилавке, размышляя, сильно ли тебя накажут, если ты всё же сунешь его в рот не заплатив), трудно вернуться в нормальное русло и перестать излишне чутко реагировать на слово «еда», на эти несколько букв, которые воплощают в себе так много и раз за разом мысленно возвращают в тяжёлое прошлое.

Кристине вспомнились слова шефа: «Когда мне было пять, наша семья оказалась на грани выживания. После предательства бизнес-партнёра компания деда была в долгах, и новогоднюю ночь мы едва не провели на улице. Так что мне хорошо известна ценность краюшки хлеба. И всё, что я имею, не упало мне с неба, я это заработал». Раньше она и подумать не могла, что в этом вопросе они с боссом похожи: оба в детстве пережили тяжёлые времена и знают, что такое нищета. Вот только его семейство снова смогло оказаться на вершине, тогда как её отец лишь разрушил ту хрупкую ячейку общества, которую и семьёй-то можно было назвать с большой натяжкой.

Сейчас Кристине ещё больше захотелось узнать, что произошло с родителями генерального и есть ли у него кто-то ещё из родни, кроме сестрёнки и жуткого дяди. Раньше она не лезла к коллегам и Роману с расспросами, но теперь, если выдастся случай, решила побольше узнать о Горских и их пути к успеху. Хотя в одном была уверена уже сейчас: Алексей Викторович действительно заработал то, что имеет, потому что он очень талантливый и трудолюбивый человек с твёрдым характером, которому свойственны как жёсткость, так и сострадание.

Ужин прошёл в столовой, которая размерами была побольше той гостиной, где Кристина пила чай с Анжеликой. За столом присутствовали молодые хозяева и их помощники, а еду разносили всё та же горничная, которая днём убирала посуду, и ещё одна женщина, жизнерадостная и пухленькая, оказавшаяся кухаркой. Блюда были отменные, настоящая домашняя кухня, свежая и ароматная. А чайный стол изобиловал сладостями, среди которых нашлось место и пирожным со сливками, которыми Кристина лакомилась на пару с шефом.