Чтение онлайн

А вот гирька из чугуна потемнела ещё больше и по всей поверхности покрылась небольшими рыжими оспинами. Чугун от этого пока не утратил своей силы и прочности, но информация к размышлению у Вадима, тем не менее, появилась. Осталось докопаться до истинной природы столь странной болезни и додуматься, как от неё спастись, и он вообще будет в шоколаде.

Отложив в сторону холодное оружие, Вадим занялся огнестрельным и принялся осматривать пистоль. Вычурные спусковые курки уже изрядно стёрлись, а скобы, скрепляющие ствол, разболтались от частого использования. Пистоль был откровенно плох. Да и пуль к нему осталось всего пара десятков, а пороха? А пороха…

Вадим заглянул в захваченную в бою пороховницу и обомлел. Чёрно-серые крупинки дымного пороха, спёкшиеся в одну массу, оказались залиты сначала кровью, а потом ещё чем-то, но теперь вся эта масса не соответствовала ни своему названию, ни основному предназначению.

Всё! У него нет больше запасов пороха. Ещё раз осмотрев слипшуюся массу, Вадим в сердцах швырнул её в огонь печи. Мгновенно полыхнуло так, что часть огня вырвалась даже в комнату, а основная струя ярко-синего пламени ударила вверх, в трубу.

Громкий рёв неизвестного вещества, сгорающего почти с той же отдачей, что и твёрдое ракетное топливо, всех напугал. Дети захныкали, Маруся упала на пол и заползла под стол, а Агаша мигом залезла на печку. Вадим просто охренел от такого неожиданного эффекта. Зачем он спалил такое ценное вещество, это же почти пластит получился. Но кто же знал?!

Через некоторое время все немного успокоились, и Маруся вылезла из-под стола. Вадим открыл кожаный мешочек с порохом и взглянул внутрь, там оказалось практически пусто. Всего на два выстрела и то, с большим натягом. И сам пистоль при произведении следующего выстрела явно готов уже развалиться. Прикинув на глаз количество оставшегося пороха, Вадим решил, что лучше иметь один гарантированный выстрел, чем осечку.

— Пфф, — сказал он вслух.

— Тетёша заболела, — внезапно сказала Маруся. Вадим непонимающе посмотрел на неё.

— Какая Тетёша?

— Дочка, самая младшая, и Слав тоже прихворал. Вон они, лежат на печке.

Вадим испуганно посмотрел туда. Встал и подошёл к больным детям, прикоснулся рукой к их головам. Лбы у детей явно горячие. Теперь Вадим ощутимо испугался. Чем могли заболеть дети, обычной хворью, вроде ОРЗ или гриппа, или они заразились тем, что сейчас бродило вокруг в монструозном обличье? Сие было неведомо.

— Агаша, ты как? — обратился он к своей названной сестре.

— Не знаю, вроде не болею, — растерянно сказала та.

— Хорошо, блин, но что же делать?

Чем лечить детей и, собственно, как? Вадим только и знал, что таблетки, микстуры и порошки. Было ещё малиновое варенье в детстве, какие-то непонятные горчичники и банки. На этом познания Вадима в медицине заканчивались. А вот проблемы только начинались.

А если дети ночью обратятся в зомби и захотят немного мяса, чисто от матери откусить или от братишек с сестрёнками? Что тогда делать? Убивать? Как-то он ещё не расчеловечился и сделать это будет сложно, да и надо ли?

— Это всё от антисанитарии, — чертыхнулся он вполголоса. — Ни мыла нет, ни щёлока, ничего нет. Пиво и то уже давно закончилось. Нужна водка для дезинфекции, а где её взять? Правильно, в трактире. А в трактире полно мертвяков, а у него всего один патрон, то есть заряд остался. Что же делать, что же делать? Осталось только застрелится, один выстрел и все проблемы решены. Но он не для того сюда попал, чтобы покончить жить самоубийством. Не дождётесь, суки!

А за окном уже наступила ночь и сразу же, даже сквозь стены, стала отчётливо слышна ночная жизнь посада. Что-то шмыгало, кряхтело, скреблось, стучало и верещало. Ночная жизнь мертвяков проявлялась во всём своём мрачном великолепии.

А в это время двое из пятерых детей сражались за свою жизнь. Дети сражались, а всем остальным предстояло просто пережить эту ночь. Вадим отчётливо понял, что выжить всем вместе в одинокой избе посреди посада у них не получится. Одному ему, на крайний случай, с Марусей и Агашей, ещё можно, а вот с детьми — нет. Нужно пробираться в Козельск и пытаться войти туда. Может, удастся договориться, может, ещё как, но идти надо. Вот только, впустят ли их?

— Нам ночь нужно продержаться, — сказал Вадим, — потом будет видно, и я буду искать путь в город. Надо уходить отсюда, иначе мы все здесь погибнем. Стены избы — плохая защита, ненадёжная. Мертвяков много, и я один с ними не справлюсь. У меня и пистоль уже еле работает, в общем, надо уходить.

Маруся кивнула и, закрыв лицо руками, заплакала навзрыд, а Вадим сел на топчан и застыл, опёршись о стену. Мучительно долго тянулись минуты, отсчитывая часы. Он находился в какой-то прострации. Этот полусон или полуявь держал его в напряжении и в то же время давал телу немного отдохнуть.

Опять кто-то пытался выбить жбан из окна, но Вадим не реагировал, у него всё равно не имелось возможности вести долгий бой, ведь порох закончился. Ночь, медленно истекая минутами, постепенно уступала место утру, а Вадим почувствовал, что он как будто ощутимо постарел. Дети выжили, но были очень слабыми, им необходимы лекарства и свежие продукты, да много чего ещё, в том числе и вино. Всё это могло быть в трактире, а могло и не быть, но Вадим всё равно стал готовиться к походу.

Нужно придумать что-то сильное и мощное для упокаивания зомби. Святой магии у него не имелось, не постиг он её ещё, огнестрела тоже. Сабля только одна, значит, требовалось срочно придумать, что делать.

Дождавшись утра, Вадим распахнул дверь, и привычно окинул взглядом окрестности. Мертвяков оказалось поблизости всего двое. Одному он сразу вышиб мозги, с другим расправился позже, встретив его у соседней избы. Так он и путешествовал: от одного мертвяка к другому. Время стремилось уже к обеду, когда Вадим решил дойти до трактира. Ему повезло, что попадались либо мертвяки, либо только недавно переродившиеся бесы, что не имели ещё продвинутых навыков убийства.

Дойдя до здания, он прикинул, сможет ли забраться на крышу. В принципе, если всё сделать быстро, то получится. Трудно будет потом отбиться от зомби, потому как нечем. Сабля — это сабля, а не копьё, сверху ею рубить или колоть неудобно.

Возле трактира со стороны улицы Вадим заметил целых три зомби, а сколько их ещё внутри двора — неизвестно. Вадим шмыгнул за угол забора и стал осторожно идти вдоль стены постоялого двора или трактира. Хрен тут разберёшь, чем они отличаются друг от друга. Затея поначалу удалась. Мертвяков здесь не оказалось и, проходя вдоль забора и продираясь сквозь крапиву, Вадим оставался незамеченным.