Чтение онлайн

Без плаща незнакомка уже не производила впечатления девушки-подростка. Ей никак не могло быть меньше тридцати лет. Но ее словно специально пытались сделать незаметной. Узкие бедра, легкий намек на грудь, крохотные ступни. Да и ростом она не дотягивала до взрослой женщины. И как раз поэтому женщина и привлекала к себе внимание. Нет, красивой ее назвать сложно, а вот необычной – да, необычной она была. И Андрей обязательно поинтересовался бы, кто же она такая, если бы накануне не выяснил, что настоящий кумало, особенно – за обедом, женщин вообще замечать не должен. Вот он и не стал приставать к соседям с неуместными расспросами.

Тем более что после неспешного обсуждения с хозяином политических и экономических проблем гость соблаговолил немного пообщаться и с самим Шаховым, благо тот успел сочинить относительно безобидную историю своего появления в краале Бабузе. Андрей скупо, в общих словах рассказал, что пришел сюда с неким торговым караваном из далекой северной страны. Торговали они тканями и металлическими изделиями, обменивая все это на слоновьи бивни и крокодиловую кожу. Банально, конечно, но старик, кажется, принял его слова за чистую монету.

– Значит, ты – торговец? – спросил он несколько хрипловатым, но отнюдь не выдающим старческую слабость голосом.

Гарик старательно переводил, а Хлаканьяна, обратив морщинистое лицо в сторону Шахова, искоса поглядывал и на переводчика.

Андрей решил, что немного правды его рассказу не повредит, и поведал советнику несколько подробностей своей настоящей биографии:

– Нет, я был начальником охраны главного торговца и всего каравана.

– И сколько же воинов было под твоим началом? – Старик прищурил и без того едва заметные в складках морщин глаза.

– Три десятка.

На самом деле, будучи начальником службы безопасности фирмы, Шахов руководил более чем сотней сотрудников, но решил не пугать дедушку масштабами.

– А приходилось ли тебе участвовать в настоящих схватках?

– Приходилось.

– А врагов убивать случалось?

– Случалось, – ответил Андрей, и это опять же было правдой.

– Но по земле кумало не проходил караван, о котором ты рассказываешь, – вдруг заявил хитрый старик.

– Конечно, не проходил, – согласился Шахов, безмятежно улыбаясь и одновременно соображая, куда бы передвинуть маршрут своего гипотетического путешествия – на восток, к побережью, или на запад, где, кажется, должна начинаться пустыня [46] .

Пожалуй, про пустыню можно придумать более душещипательную историю. Он погасил улыбку и продолжил уже другим тоном, сдержанно-скорбным, чуточку киношным, но для местной неискушенной публики, как он надеялся, вполне убедительным:

– Я оставил караван за много дней пути отсюда на восход солнца. Мы слишком понадеялись на проводника, а он, то ли по злому умыслу, то ли по глупости, завел нас в безводную пустыню. Вскоре многие из нас начали мучиться от жажды. Я пытался исправить свою ошибку, посылал разведчиков на поиски воды во все стороны, но не один из них не вернулся. В конце концов пришлось отправиться самому. Воду я нашел, но к тому времени в караване не осталось ни одного живого человека, кроме меня и вот этого юноши.

Хлаканьяна уставился на Гарика так, словно только сейчас заметил.

– Не похоже, что он с тобой из одного племени, – не без ехидства заключил старик. – Он что, тоже из проводников?

Проще было бы воспользоваться этой подсказкой, но Андрей побоялся подставить Гарика. Тот ведь не намного лучше его самого знаком с местными условиями. Нет уж, если не уверен в собственном вранье, лучше говори правду.

– Нет, он пришел вместе со мной из моей страны, но отец его родился где-то в здешних краях. И парнишка сам увязался с нами, чтобы увидеть землю предков.

– Ах, вот откуда он знает язык кумало! – Кажется, старик в первый раз с начала разговора остался доволен ответом. – А тот странный человек, который так неожиданно появился во дворе и так же быстро исчез, он тоже с вами пришел?

Шахов на мгновение замялся. Был соблазн свалить чудачества Мзингвы на повреждение рассудка, вызванное обезвоживанием. Но кто знает, не считается ли здесь, что и с ума люди сходят под действием колдовства? При всей надоедливости шофера, любоваться, как ему в зад забивают колышки, у Андрея не было ни малейшего желания. Жалко парня, глупый он, но добрый. Пусть живет. Вот только как его отмазать?

– Мзингва – большой мастер рассказывать сказочные истории, – Шахов импровизировал на ходу. – К тому же немного знает наш язык. Мы наняли его, когда гостили в племени мудило, чтобы он развлекал нас в пути. С тех прошло два месяца, плату за свои услуги Мзингва уже получил. Почтенный Хлаканьяна, вероятно, заметил его необычную одежду?

Советник в знак согласия молча наклонил лысую голову, и ободренный таким успехом Андрей продолжил свой вдохновенный бред:

– Еще до того, как попали в пустыню, мы отпустили его домой. И вот несколько дней назад снова встретились. Теперь сказочник повсюду ходит за нами. Не сердись на него, пожалуйста. У парня своеобразное чувство юмора. Даже я, хоть и давно его знаю, не всегда могу определить, когда он шутит, а когда говорит серьезно.

Неизвестно, что из сказанного сумел перевести Гарик и что понял с его слов советник вождя, но Мзингва его, похоже, интересовать перестал. Да и Андрей тоже, как ни странно. Хлаканьяна задал еще несколько малозначащих вопросов, потом важно надул щеки и вынес вердикт:

– Что ж, я расскажу вождю, что на его земле гостит бывалый воин, не боящийся к тому же признавать собственные ошибки. Возможно, Сикулуми понадобятся твоя сила, опыт и мужество. Очень скоро понадобятся.

Насколько Шахов понимал в деловых переговорах, это звучало как предложение о сотрудничестве. И категорический отказ от него стал бы большой ошибкой. Как и безоговорочное согласие.

– Вероятно, мне стоит поближе познакомиться с воинским искусством кумало, – уклончиво сказал он. – И тогда станет ясно, смогу ли я быть полезен вождю.

Во взгляде Хлаканьяны мелькнуло даже нечто похожее на уважение.

– Хорошо, и эти твои слова станут известны Сикулуми, – кивнул он. – А теперь я хотел бы поговорить с твоим молодым другом.

Спорить Андрей не стал, все равно от его согласия или несогласия ничего не изменится. Гарик ведь не дурак, слышал, как он разговаривает с советником, и должен сделать выводы. Авось не сболтнет ничего такого, что совсем невозможно будет как-нибудь замять и исправить. И раз уж других неотложных дел у него не осталось, то почему бы не попробовать местного пива?