Чтение онлайн

До конца рабочего дня я не находил себе места. Работа не клеилась, перед глазами мелькали цифры, но я не мог сосредоточиться, чтобы хоть что-то понять. В конце концов, я оставил все до лучших времен.

Домой я ушел раньше обычного, чтобы хоть немного подготовиться к встрече. Вот только с чего начать? В свой дом я пускал только бригаду уборки. Даже моя мать не приходила ко мне, предпочитая встречаться в ресторанах. Сложно было представить соседа в стенах моей квартиры. Как я потом смогу спокойно спать, зная, что он был здесь?

Но все же, у себя дома я буду чувствовать себя куда уверенней. Так что мне ничего не оставалось, кроме как смириться с неизбежным.

Клининговая компания отлично справлялась со своей работой, но я все равно прошелся с тряпкой по всем поверхностям, скорее чтобы немного привести мысли в порядок. Да, уборка меня успокаивала, помогала сосредоточиться. Я не знал, во сколько точно придет сосед и это напрягало. Что если он заявится прямо сейчас?

От одной мысли, что он может меня застать врасплох, бросало в пот. Я сходил в душ, готовясь к встрече. После этого какое-то время провел перед зеркалом, решая что именно мне надеть. Официальный стиль был бы неуместен: все же я находился у себя дома, да и это нельзя было назвать деловой встречей. Домашний тоже не подходил, иначе будет присутствовать некая интимность, а мне бы хотелось этого избежать. В конце концов я остановился на светлых джинсах и водолазке. Не деловой, но и не домашний, при этом я не выглядел так, будто старался нарядиться ради него. Ведь я вовсе не собирался этого делать.

Сосед говорил о выпивке, даже не поинтересовавшись моим мнением. Это раздражало. Я практически не пил. Только в самым редких случаях я мог позволить себе бокал вина, но не более. Алкоголь нарушает координацию, снижает контроль. Один раз в университетские годы мне стало интересно, почему же все так любят напиваться. Как несложно предположить, друзей у меня не было. Поэтому я дождался, когда мама с отчимом уйдут, и добрался до мини-бара. Я не помню точно сколько я выпил, но очнулся я в больнице. Как мне потом рассказала мама, они нашли меня в луже собственной блевотины, задыхающегося от приступа паники. С тех пор я несколько лет даже смотреть на алкоголь не мог.

Устроившись в компанию, мне периодически приходилось бывать на деловых ужинах в неформальной обстановке. И, к сожалению, не все могут принять тот факт, что ты не пьешь. Поэтому я позволял выпить себе бокал вина, но не более.

Почему-то я был уверен, что сосед как раз из таких людей, которые считают, что если ты отказываешься от выпивки – проявляешь неуважение. Но, даже если это так, я не собирался идти у него на поводу.

Пока я продумывал ход нашей беседы, в дверь раздался стук. Я ждал его уже некоторое время, но все равно разволновался. Все же Аристарх был прав, мне срочно нужно было взять свою жизнь под контроль.

– Привет, – губы соседа растянулись в широкой улыбке. – Ого, а ты принарядился, – он осмотрел меня беглым взглядом, а потом показал на себя: – А я в домашнем пришел.

– Заходи, – нахмурившись, произнес я. Отступив в сторону, дал ему возможность пройти.

– У тебя тут уютно, – он осматривался по сторонам, но слишком сильного любопытства не проявлял. Это хорошо, потому что я терпеть не мог людей, которые попав к тебе домой, тут же начинали хватать твои вещи.

– Я купил вина, – сосед достал бутылку из пакета. – Продавец сказал, что оно хорошее. Я, если честно, не очень в этом разбираюсь.

– Я не пью, – резко ответил я.

– Оу, хорошо, – он убрал бутылку обратно в пакет. – Тогда я тоже не буду.

Я ждал, что он начнет уговаривать меня, но этого не произошло. И от этого мне стало неловко за свой отказ. В конце концов, мне следовало быть чуть более вежливым. Сосед вел себя вполне прилично. Сидел спокойно за барной стойкой, лишь осторожно рассматривая убранство моей квартиры. В таком случае…

– Ладно, – я прошел к навесному шкафчику, доставая два бокала. – Только чуть-чуть. Я очень плохо переношу алкоголь.

– Это необязательно, – сосед смущенно улыбнулся.

Я не стал обращать внимание на ускорившееся сердцебиение. Это ничего не значит. Я просто… Я…

– Так что там с твоими правилами?

– А? Правилами? – я уже какое-то время стоял у выдвинутого ящика стола в поисках штопора. Наконец, найдя его, вернулся к барной стойке. – Откроешь?

Он забрал штопор из моих рук и наши пальцы едва не соприкоснулись. Сердце опять застучало быстрее, но это не было началом приступа. Скорее, обычное волнение. Вот только… Мне вдруг стало жалко, что он так и не коснулся меня. Я подумал о том, что его рука должна быть теплой.

Вот же ж, о чем я вообще думаю? Если бы он коснулся моей руки, тогда приступ было бы уже не остановить. Мне стоило быть крайне осторожным с этим парнем.

– Ты так и не рассказал мне про правила, – напомнил сосед, разливая вино по бокалам.

– Ах, да, правила, – я так внимательно наблюдал за ним, что опять не сразу понял, о чем он говорит. – Разве твой брат ничего тебе не говорил?

– Он сказал, что ты немного требовательный. Любишь чистоту. Или есть что-то еще? – он передал мне бокал, и взгляд зацепился за то место, где только что были его пальцы.

Я потянулся к бокалу. До него оставалось всего каких-то несколько миллиметров. Пальцы мои задрожали и я убрал руку. Щеки опалило жаром от стыда. Да что со мной не так? Почему я просто не могу быть как все? Почему не могу взять этот чертов бокал, только потому что он к нему прикоснулся?

– Дать тебе салфетку? – он спросил тихо. Без какого-либо удивления в голосе, будто уже все знал.

– Ты…

– Да все нормально, – сосед усмехнулся. – Я заметил, что ты довольно чистоплотный. Это…

– У меня мизофобия! – выпалил я, сжимая руки в кулаки. – Я не просто помешан на чистоте, я…

– Можешь не объяснять, если не хочешь этого делать, – он мягко улыбнулся, как будто мы говорили о чем-то обыденном.

– Мне…

Я не знал, что сказать. Это был далеко не первый раз, когда я кому-то рассказывал о своей болезни. Но чаще всего люди реагировали иначе. Кто-то начинал жалеть или звать психом, кто-то заваливал вопросами, а были такие, что пытались прикоснуться и проверить, говорю ли я правду. Со временем я перестал говорить об этом в открытую, да и не было в этом нужды. Моя семья и те немногочисленные люди из моего окружения были в курсе. А заводить новые знакомства я уже давно перестал.