Чтение онлайн

Однажды он уже ездил на вокзал. Битый час толкался в толпе пассажиров и провожающих, даже привлек к себе внимание вокзальной милиции. Раза три с ним как бы слу­чайно сталкивался один и тот же милиционер.

Именно этот ретивый работник общественного порядка и натолкнул теперь Бориса па мысль: а почему бы, чтобы найти девушку, не прибегнуть к помощи милиции? И решил: милиции не миновать.

Знакомым путем, меняя «аннушку» на «четверку», Дроз­дов во второй раз добрался до вокзала и на всякий случай обошел все, по его мнению, удобные места, где бы мог нечаянно столкнуться с девушкой. Но, увы, не встре­тил.

Вздохнув, он спросил носильщика с бляхой, где нахо­дится отделение дорожной милиции. Узкие глазки носиль­щика загорелись любопытством. Он зачастил:

— Тибя што, мал-мал грабил кто? Плохо што, а? Ти скажи, а? Я помогай буду.

— Никто не грабил. Человека ищу.

— Я помогай буду. Какой челавек, а?

— Вы мне скажите, где милиция!

— Ах, милиция!.. — потерял к нему интерес носиль­щик.— А вот милиция… За углом поворачивай, тута и ми­лиция…

Действительно, дорожное отделение было в десяти шагах.

Дежурный, в белой, ладно скроенной гимнастерке с ши­роким кожаным поясом, с наганом в ярко-желтой кобуре, встал со стула и молча козырнул. Эта почтительность сму­тила Бориса. С чего начать?

— А вы смелее… Так вот, с края… с начала и начинай­те,— вдруг с добродушной улыбкой посоветовал дежур­ный, и тотчас строгое лицо его со сросшимися бровями на переносье стало открытым, простым.

Дроздов, невольно подражая Разумнову, потеребил подбородок.

— Понимаете… Помочь хочется человеку, и боюсь на­вредить ему…

— Гм… Загадки загадываете. Вы кто будете? Начнем с этого.

Борис представился. Для верности показал документы, что совсем расположило к нему работника милиции. Он и сам представился: Виктор Семенович Головастов. Следова­тель. Подменяет дежурного. Будет рад помочь рабочему, потому что рабочий класс — это сила, на которую они опи­раются. Сказал еще несколько фраз в том же духе.

Эти слова Виктора Семеновича пришлись по душе Бо­рису. Он почти сразу почувствовал, что с этим человеком не надо кривить душой. Правда, слегка насторожили Бо­риса слова Головастова: «Если с преступностью будет бороться рабочая масса, успех обеспечен». К чему он кло­нит? Работать с милицией уговаривает?

Но раздумывать было уже некогда. Пришлось во всех подробностях рассказать о случае на вокзале. Подчеркнул, что крик ее, будто из самой души исходивший: «Помогите же мне! Помогите!» — он до сих пор не может забыть. Задумчивое лицо следователя оживилось.

— Н-да… Задача. Вроде… рядовая история, а закавыка основательная.

— Понимаете, Виктор Семенович… Голод заставляет

воровать самых честных. В семнадцать — восемнадцать лет так играть может только совсем уж изолгавшийся человек. Но когда же такая девчонка успела так низко пасть? Не похожа она на падшую, что-то здесь не так. Никаких у меня доказательств. Никаких. А верить девчонке хочется.

– Виктор Семенович добродушно улыбнулся.

— Может, товарищ Дроздов, влюбился?

Борис не принял шутки.

— Жалко мне девушку. Искать ее буду, если она в Москве.

Следователь в задумчивости стал теребить свой нос.

— Интересно у вас получается, Дроздов. «Жалко»… Вы и грудь свою подставите, коли придет нужда?

— Ну… Так уж сразу и грудь.

— Заранее хочу предостеречь. Преступный мир — мир жестокий. Беспощадный. Никакой самодеятельности.

Борис заколебался.

— А если нужно будет действовать немедленно?..

— Вот этого я и боюсь. За эти немедленные действия получите нож в спину. Да и вашей смуглянке можете только навредить.

— Навредить?!

— Конечно. Поверьте па слово, у нас опыта побольше.

— Хорошо, Виктор Семеныч. Но как же с вами держать связь?..

— Прежде всего есть телефон. Оставьте и домашний адрес. А теперь вот что… У нас имеются кое-какие фото­графии… Минуточку!

Головастов открыл дверь и, загремев ключами, стал отпирать сейф.

— Прошу сюда.

Борис вошел. Комната была небольшая, с одним заре­шеченным окном. Массивный, широкий стол, два стула, сейф. Следователь рассыпал по столу десятка два фото­графий.

— Вглядитесь. Качество, конечно, увы и ах.

Одну за другой Дроздов перебирал фотографии. Бог мой! Ну и лица! Встречались, правда, изредка и красивые… Но от этой красоты хотелось заслониться. Лишь одно жен­ское лицо светилось милой улыбкой. И чем-то отдаленно оно напоминало лицо той девушки. Но этой было за три­дцать.

— Примерно так и есть, вы угадали возраст.

— Чем-то похожа. Вроде все другое, а похожа.

— Гм… Жена кулака. Подозреваем в убийстве мужа. Ищем ее и детей.

— А много у ней?

— По-моему, двое… Погоди-ка… Недавно мы получили фото дочери и приемного сына.

Виктор Семенович снова полез в свой сейф, стал пере­бирать папки.

— Эта вроде… Ага, вот и фотографии. Вот парень. А вот и дочь.

Борис даже вскрикнул от неожиданности.