Чтение онлайн

— Спасибо, учту, — Дарелл улыбнулся и следом спросил: — Элина часто здесь бывает?

— Так на неделе два-три раза — это стабильно, — охотно рассказывал старый маг. — То получает письма, то отправляет. Уж, поди, год, как с кем-то так на расстоянии любезничает. Поклонник, что ли, какой завелся, уж думаю. И ведь радостная всегда такая за этими письмами прибегает, какая бы погода не была. Но, как я погляжу, письма-то эти не вы ей отправляли.

— Не я. Но могу заверить, что скоро это прекратится. Буквально через пару дней Элина покинет графство.

Хм. Интересно, откуда Дарелл узнал, что я в гильдию собираюсь? Вчера вроде бы при мне такого разговора не было. Быть может, родители сказали уже после того, как я в свою комнату ушла? Впрочем, не важно. Я поспешила спуститься.

— Вот так вот и прозябают в глуши великие маги, — уже вовсю рассуждал на свою излюбленную тему Рогволд, когда я вышла из башни, — пока всякие бездарности в столице прохлаждаются. А вот помру я, и как тут без мага? Без мага-то никак! Кто будет снегом поля укрывать на зиму? Послания важные кто получать будет? Эх… — он махнул рукой. — Одна радость — графиня наша, навещает старика да истории былые слушает. Вот как помру, ей башню свою отдам. Пусть там музей моей памяти сделает.

Дарелл слушал его, не перебивая. Улыбался. Но без иронии, а очень по-доброму. Я даже залюбовалась. Наверное, все-таки из него получится хороший король, раз он так к простым людям относится.

— Забрала письмецо-то? — старик переключился на меня. — Ты отцу-то своему скажи, чтобы из столицы приемных кристаллов привез, а то старые совсем истощились. А еще поклон от меня передай, что тебе такого хорошего жениха выбрал. Хоть и на принца похожего. Но кто нынче без недостатков-то?

— Это не мой жених, а Уллы, — поспешила возразить я.

— Да? — Рогволд и не расстроился. — Так еще лучше, а то я боялся, замуж выйдешь, некому меня навещать будет.

Видимо, слова Дарела о моем отъезде он все-таки пропустил мимо ушей. Я очень хотела порадовать Рогволда, что сама скоро магом стану, но при Дарелле не решилась. Попрощавшись со старым магом, мы отправились в обратный путь.

Обычно письма Мирты я читала еще по дороге домой, но на этот раз мое любопытство не требовало незамедлительного удовлетворения. Странно, но неожиданно поняла, что мне не хватало общения. С Уллой у нас никогда не находилось тем для разговоров, а родители для полноправных собеседников были слишком серьезными. И только с Дареллом я поняла, как это здорово — вот так вот запросто говорить обо всем подряд. Удивительно, но с ним чувствовала себя так легко и непринужденно, как-будто мы знали друг друга уже давно. И, если честно, очень хотелось, чтобы дорога домой тянулась подольше. Хотя мы и так ехали довольно медленно.

Туман, между тем, почему-то загустел еще больше. Стал почти непроглядным. Наверняка на завтрак мы уже опоздали, и моя сестрица там рвет и мечет. Голосит на весь замок, мол, куда это серая зануда принца ее разлюбезного подевала. Но я старалась пока об этом не задумываться. Я же не виновата, в конце концов, что Дареллу вздумалось со мной поехать. Правда, как это доказать теперь Улле…

— А куда ведет эта дорога? — спросил Дарелл, прервав ход моих невеселых мыслей. Мы как раз добрались до развилки.

— Направо в деревню, прямо в замок, а налево к лесному озеру. Правда, озеро — это, конечно, громко сказано, — пояснила я. — Больше на болотце похоже. Но по ночам там красиво. Такие огоньки зеленые в воздухе витают…

Я не договорила, резко нахмурившийся Дарелл меня перебил:

— Ты что, гуляешь по лесу ночью?

Ай, опять я не то взболтнула! Вообще меня к этому болоту занесло лишь однажды. Я как раз пыталась постигнуть такую запутанную часть магической науки как изготовление зелий. Решила начать с самого простого — зелья от облысения. Я рассчитывала его испробовать на нашем пожилом дворецком, чья шевелюра оставляла желать лучшего. Сам он, конечно, не подозревал о ждущем его счастье, но я не сомневалась, что против не будет. Вот только для зелья необходимо было три пучка болотных одуванчиков. Причем, исключительно сорванных в предрассветный час. Так меня ночью к нашему «озеру» и занесло. Зелье я в итоге все-таки приготовила, но дворецкий отнесся к этому делу уж очень опасливо. Видимо, еще помнил, как за пару дней до этого из крыши беседки забил фонтан, и магии моей не доверял. От расстройства я вылила зелье на одну из клумб в саду. И с тех пор наш садовник постоянно сокрушался, что от цветов на ней нещадно несет тиной, и все окружные лягушки облюбовали несчастную клумбу для посиделок. Но не рассказывать же все это Дареллу.

— Только однажды там была, — я решила все же не врать, просто особо не вдаваться в подробности.

— Свидание?

Я едва сдержала смешок. Ага, свидание. С болотными лягушками. Они мне столько комплиментов проквакали, пока я разнесчастные одуванчики искала.

— Вообще-то по этикету девушкам моего круга свидания и тому подобное запрещено. Я просто гуляла. Одна. Можно сказать, из любопытства.

Удивительно, но Дарелл в моих словах не усомнился.

— В любом случае разгуливать одной да еще и по ночам — это недопустимо, — мрачно возразил он.

— Этикетом?

— Здравым смыслом!

— Зато могу тебя заверить, что Улла уж точно не разгуливает в одиночестве и тем более в неподобающее время, — поспешила заверить я.

Дарелл поморщился, словно упоминание о невесте явно испортило ему настроение.

— И большая у вас с сестрой разница в возрасте? — как бы между прочим спросил он.

Памятуя его слова, что врать я не умею, я решила и не врать.

— Совсем немного, мы же двойняшки. Несколько минут.

— Да-а, — с какой-то невеселой усмешкой протянул Дарелл, — несколько минут и все сложилось иначе. А ведь ты могла бы стать моей женой.

Я снова почувствовала, что краснею под его пристальным взглядом.

— К счастью, судьба распорядилась по-своему, — пробормотала я, с деланным любопытством рассматривая выступающие из тумана придорожные заросли орешника. — Тебе очень повезло с моей сестрой. Она красивая и… — я запнулась, дальше хвалебные описания не придумывались.

— Сейчас в столице очередное модное веянье, — задумчиво начал Дарелл. — Каждая аристократка, причем любого возраста, коллекционирует ювелирных кукол. Знаешь, такие небольшие, якобы произведения искусства. С изысканными прическами из множества золотых нитей, драгоценными камнями вместо глаз, покрытые редкой и очень дорогой арданской эмалью. И одежда их ни в чем не уступает великосветским нарядам: расшитые ткани, ручные кружева… Твоя сестра мне как раз одну из таких кукол и напоминает.

— Потому что красивая?

— Потому что ненастоящая.

— В каком смысле ненастоящая? — опешила я и сердито добавила: — А какая, по-твоему, деревянная, что ли?

— Как бы объяснить… Вся красота снаружи, а внутри пусто и темно. У жизни среди высшего света есть один больший плюс: волей-неволей начинаешь хорошо разбираться в людях. Практически с первого взгляда. Таких, как Улла, я видел немало. Они, как эти куклы, лишь раздражают своей бессмысленностью.

Как бы меня саму не бесила порой моя сестра, но слова Дарелла задели еще больше. Мне стало так обидно, что даже голос дрожал: