Не кусаться!
Шрифт:
– Баста-баллишнаста! – вторя приятелю, огрызнулся Урчун.
Одним прыжком оба хорька оказались возле Флопсон и бесцеремонно повалили её на землю.
– Лучше не перечь нам, – прошипел Храпун, навалившись на растерянную панду всем телом. – Мы злые!
– Злые и противные, – не отставал Урчун, изо всех сил придавливая её передними лапами к земле.
– И если мы говорим, что он направился в парк в поисках захватывающих приключений, то так оно и есть, – сквозь зубы прорычал Храпун.
– Нет! Вы всё врете! – воскликнула Флопсон. Она буквально пылала от гнева. И пусть эти оба куда сильнее неё! И зубы у них, наверное, острее! Но ничто и никогда не заставит Флопсон поверить в то, во что она не верит! И точка!
Урчун принялся душить её.
– Давай уже! Скажи наконец, что веришь нам! – приказал он, сдавливая ей горло. – Ну же!
Флопсон начала задыхаться. А Храпун внезапно обнажил ряд острых жёлтых зубов. Панда испуганно пискнула. Неужели он её укусит? «Надо что-то делать!» – в панике подумала она. Эти острые зубы действительно выглядели устрашающе… Острые зубы? Ха! Так ведь они и у неё самой есть! Да ещё какие острые!
– Кссссс! – прошипела Флопсон сквозь зубы. – Мне кажется, вы кое-чего не знаете. У красной панды крайне ядовитая слюна! И если я вас укушу, то… то вы съёжитесь, скукожитесь и станете крохотными, как мыши! Вот!
Храпун мгновенно отпрыгнул в сторону. Урчун тоже вмиг отпустил её и испуганно отполз на несколько шагов.
– Честно, что ли? – осторожно спросил он. – Не врёшь?
От страха у Флопсон тряслись поджилки, но она мужественно держалась, стараясь не показывать, как напугана. Тяжело дыша, панда медленно поднялась, встала на все четыре лапы и, состроив злую мордочку, в упор посмотрела на хорьков.
– А то как же, – холодно процедила она. – Это знает каждый!
– Ты могла бы уточнить, о какой мыши идёт речь? – неуверенно спросил Урчун. – Полевая? Землеройка? Обыкновенная городская?
– Да какая к чёрту разница! – огрызнулся Храпун и раздражённо посмотрел на приятеля. – У меня нет ни малейшего желания превращаться в мышь! Всё равно в какую!
– И то верно, – согласился Урчун. – У меня тоже.
Флопсон собрала в кулак всё своё мужество и встала на задние лапы. Угрожающе подняв в воздух передние, она стремительно бросилась к растерянным хорькам. При этом она широко разинула пасть, показывая им свои острые зубки. Урчун и Храпун испуганно прижались к стене.
Подбежав к ним почти вплотную, Флопсон крепко зажмурилась и, собравшись с духом, издала дикий вопль, вложив в него всю силу. Мамочки! Она в жизни так громко не орала! Сначала её голос звучал несколько визгливо, но потом он перешёл в грозное, свирепое рычание.
Какое же это наслаждение! Никогда ещё Флопсон не чувствовала себя такой свободной и такой сильной!
А когда она открыла глаза, от хорьков и след простыл. Единственное, что она успела увидеть – их вихляющие зады в конце улицы. А ещё через секунду самые крутые, самые злые и противные парни во всём городе исчезли за углом.
Ты сильный?
Не прошло и десяти минут, как Флопсон оказалась на улице – и вот она уже пережила своё первое приключение. И не абы какое, а по-настоящему захватывающее. Ей удалось повергнуть в бегство самых крутых и противных парней во всей округе!
Но сейчас она снова сидела у входа в подъезд. Одна. Без помощи, без поддержки. «Надо попробовать ещё раз», – решила она. Навалившись на дверь и упёршись всеми четырьмя лапами, Флопсон изо всех сил надавила на неё.
На этот раз дверь поддалась!
Флопсон накрыла волна гордости – какая же она сильная! Но ликование сменилось разочарованием, когда она поняла, что дверь открыли изнутри. На пороге показалась фигура пожилого господина с упитанной таксой на поводке. У панды глаза на лоб полезли. Разумеется, она знала, что люди водят своих собак на поводке. По телевизору несколько раз показывали. Но сейчас Флопсон увидела это своими глазами! И выглядело это, признаться, довольно странно…
– Слушай, а тебе не мешает эта штуковина на шее? Неужели тебе удобно ходить с этим шнурком? – поинтересовалась она у таксы.
Пёсик снисходительно окинул её взглядом и улыбнулся.
– Это вовсе никакая не штуковина, – гордо поправил он. – Это поводок. А мой ошейник украшен настоящими драгоценными камнями.
Ещё раз улыбнувшись, он заботливо придержал дверь, и Флопсон юркнула внутрь. Пёсик приветливо помахал ей лапой.
– Увидимся, красотка! – бросил он на прощание и выбежал за хозяином. Входная дверь захлопнулась.
Ба! Что это вообще было? Какой странный тип. Ладно, неважно!
Полная радостных предчувствий, Флопсон стремительно бросилась к лестнице и понеслась наверх, легко перескакивая через ступеньки. Сердце готово было вырваться из груди. Ещё немного, и она увидит Тьялле!
Долетев до последнего этажа, Флопсон снова упёрлась носом в закрытую дверь. По-видимому, она вела на чердак. Прямо на пороге лежала длинная иголка. Панда подняла её и внимательно осмотрела. Иголка была жёлто-чёрного цвета. Именно такие росли на спине у Тьялле! Значит, он тут.
– Тьялле, ты меня слышишь? – неуверенно произнесла она. – Отзовись, пожалуйста! Ау?
Ответа не последовало, за дверью было тихо. Флопсон задумалась. Она ещё ни разу в жизни не открывала дверь самостоятельно, но что-то подсказывало ей, что надо было нажать на ручку.
Флопсон высоко подпрыгнула, но не дотянулась до дверной ручки. Она окинула взглядом лестничный пролёт. Где бы найти что-то подходящее? А, вот ящик!
Пододвинув ящик к двери, маленькая панда мягко запрыгнула на него, и уже оттуда снова на дверную ручку.
Бах! Раздался оглушительный грохот. Её тело со всего маху врезалось в дверь. Но почти мгновенно – ву-у-у-упс! – соскользнуло вниз.
Ладно, не получилось. Значит, попробуем ещё раз. Недолго думая, Флопсон снова запрыгнула на ящик и оттуда на ручку. Бах! Опять промахнулась.