Чтение онлайн

Последние дни я замечал, что она заставляет себя улыбаться, когда ее втягивают в разговор, но больше предпочитает молчать. Опускает взгляд, чтобы никто не заметил грусть в ее глазах. Нервно теребит серебряный браслет, который практически не снимает.

— Луна, я бы попросила тебя не приходить, — услышал я слова жены Ахшара. — Но ты ведь не послушаешься? — в голосе женщины слышались страх, тревога.

— Не послушаюсь, Фатима! Пойми меня. Если бы кто-нибудь из твоих детей болел, осталась бы ты в стороне?

— Я боюсь Ахшара. Боюсь, что он узнает правду. Я пожалела тебя, позволила видеться с сыном, присылала фотографии, видео, чтобы ты наблюдала, как растет твой сын, а сейчас ты можешь нас всех погубить.

— Ахшар ничего тебе не сделает, — не очень уверенно произнесла Луна.

— Из дома он меня не выгонит, Луна, а вот к Тимуру может запретить приближаться. Подумай о сыне. Я все это время была ему мамой, другой он не знает. Будет переживать, если Ахшар нас разлучит.

— Ахшар не узнает, что ты мне помогала! — твердо произнесла Луна. — У дверей отделения охрана, они никого сюда не пропустят. А если Ахшар спросит, скажи правду, что я приходила, но запретить войти в палату ты мне не смогла. Испугалась за Тимура, ведь скандал плохо на нем скажется. Я увидела сына и ушла. В этом нет твоей вины, Фатима!

Подперев ладонью подбородок, женщина качала головой, но спорить не стала. Я подумал о том, что палату стоит проверить на прослушку. Плохо будет, если прямо сейчас Сулейманов сидит и слушает их разговор. Фатиму я мог понять – она женщина, а муж ее властный мудак.

Отошел от двери. Пока женщины разговаривали, позвонил Петровичу, рассказал о своих подозрениях.

— В течение часа пришлю к вам специалиста. Ребята днем провели, все было чисто. Но я вот тоже подумал, что сын Ахшара мог по просьбе отца установить камеру в палате. Этот момент мы упустили…

Луна вышла из палаты. Попыталась улыбнуться, а по щекам покатились слезы…

**** ****

Вернулись мы поздно, кроме Петровича все спали. Он сообщил мне, что видеонаблюдения в палате Тимура нет.

— Арсен, это не значит, что завтра там не будет камеры. Арслан может в любой день по распоряжению отца поставить прослушку или видеонаблюдение. 

— У меня есть пара ребят, которые справятся с жучками и камерами, — я понимал, что Петрович не может каждую ночь дергать сотрудников и гнать их в больницу. Конечно, он все может, но беспокоить его без надобности не хотелось. Я и так многим обязан.

— Будь осторожен, — под строгим выражением лица пряталось беспокойство. Суровый мужчина, но душу свою при такой работе сумел сохранить.

Луна лежала в постели, когда я вошел. Усталая, подавленная, грустная. Всю обратную дорогу она молчала. Как лучше поступить, я не знал. Иногда человеку нужно дать время, оставить его в покое, но я чувствовал, Луне от этого не станет легче.

Прошел в душ, быстро умылся, почистил зубы и вернулся в спальню. Она лежала в той же позе – лицом к двери. Смотрела в одну точку невидящим взглядом. Лег рядом, притянул к себе. Как всегда случается, стоит к ней прикоснуться – и внутри растекается жар, но в этот раз я жестко взял свои желания под контроль. Обнял Луну, поцеловал в висок. Пальцы медленно скользили по спине, рисуя узоры на ее коже.

— Тебе нужно поспать, — коснувшись губами ее волос.

— Не думаю, что у меня получится уснуть, — тихо прошептала она. Я знал способ, как ее отвлечь, утомить. В любой другой ситуации я бы так и поступил, но сейчас боялся ошибиться. — Поцелуй меня…

******** ********

Арсен

Луне нужно было отвлечься, успокоиться, спрятаться в моих объятиях. Тело желало страстного занятия любовью. Так, чтобы сойти с ума, надрывно, на грани, до сумасшествия, потеряться друг в друге. Разум предупреждал – не сегодня. Луне нужны нежные неторопливые ласки и поцелуи, от которых я очень быстро потерял голову. Забылись… Удовольствие было запредельно острым, даже не ожидал. Сгреб Луну в объятия, продолжая неторопливо поглаживать спину, целовать лицо. Не хотел, чтобы она опять думала о плохом. Уснула. Под ровное тихое дыхание уснул и я.

Луна еще спала, когда я уходил. Целовать не стал, чтобы не разбудить. Ей не помешает чуть больше отдыхать. Дел было много, последнее время я часто переносил встречи, не просматривал отчеты, которые кипой лежали на столе, вот и накопилась работа. А так хотелось остаться…

Луна весь день будет грустить, переживать, в чем-то себя винить. У Маши полно дел, Рада вчера весь день провела у Тигиевых… Позвоню Егору, спрошу. Нельзя Луну оставлять одну. Плохо, что из дома не может выбраться, сменить обстановку. Я мечтал лично добраться до Ахшара, меня даже наша разница в возрасте не остановит, седину уважают не за дату рождения в паспорте!

Рада собирается к Тигиевым. Я мог немного расслабиться. Так я думал, пока не вошел в здание агентства. Какого?!

Блин, забыл! Марина кастинг проводит. Полный коридор разномастных девиц. Поймал на себе заинтересованные взгляды. Прошел между ровного строя девушек, они поджались к стенке.

— Марина, здравствуй, — мой пока еще секретарь сидела за рабочим столом, в приемной кроме нее никого не было. — Ты не могла бы их куда-нибудь увести? Работы много, а они галдят в коридоре.

— Здравствуйте, Арсен Леонидович. Я собиралась проводить собеседование в переговорной. Сейчас анкеты распечатаю и уведу их, — улыбнулась девушка. — Вам кофе, чай?

— Я сам справлюсь. Ты займись девушками.

Вошел в кабинет, плотно закрыл дверь. До обеда не выходил. Стопка на столе почти сравнялась со столом. Заказал еду и позвонил Луне. 

— Арсен… — тихий, как шелест листвы, голос.

— Привет. 

— Привет. Я не слышала, когда ты ушел, — не обвиняла, просто интересовалась.

— В шесть утра. Дел накопилось много, пора разгребать.

— Я могу чем-нибудь помочь? Все равно ничего не делаю, — задумался над ее предложением. Занять ее хорошая идея. Вот только чем? У Тигиевых она под постоянной охраной, в город ей выезжать нельзя.

— У меня тут собеседование на должность секретаря. Вечером принесу анкеты и запись собеседования, поможешь выбрать?

— Конечно. Ты обедал?

— Заказал еду. Сейчас заканчиваю просматривать отчеты, после обеда у меня две встречи, одна назначена на восемь вечера. Скорее всего, вернусь поздно. 

Надо было бы добавить «не жди меня, ложись спать», но язык словно к небу присох. Мне безумно нравится, что она меня каждый раз встречает. Я теперь не чувствовал меня одиноким. Растворялся в ее теплоте и уюте. Для мужчины дом там, где его любят и ждут. Раньше у меня была куча недвижимости, куда я приводил женщин, иногда они подолгу задерживались в моей жизни, но никогда у меня не было таких чувств, как сейчас. Теперь и у меня был дом.