Чтение онлайн

Мама потащила меня на кухню и стала расспрашивать, почему я вдруг решила перекантоваться у неё и не случилось ли что-то, о чём она не знает. О последней встрече с Клодом она точно не знала – не хотелось признаваться ей в нарушении некогда данного мной обещания. Словом, я, в свою очередь, тоже берегла её нервы, как и она старалась беречь мои.

Ориентировочно я провела у неё две недели. Программа реабилитации от любящих мам заслуживает особой премии, потому как мамы отдают всю себя, чтобы чадо чувствовало себя в безопасности, будучи окружённым заботой: это и вкуснейшие завтраки по утрам, это и долгие разговоры на отвлечённые темы, это и совместные прогулки в парк по вечерам. Я правда чувствовала себя защищённой. Но лишь одно до сих пор не давало мне покоя – мои вещи. Даже не так – мои лучшие и самые необходимые вещи, которые я так и не забрала у Клода. Гордость гордостью, но ноутбук, одежда и принадлежности для рисования составляли важную часть моей жизни. У меня не было денег купить новые, поскольку после выписки из реабилитации я ещё не приступала к портретам на заказ. Творчество хоть и встало, но это не означало, что вдохновение не придёт потом, спустя какое-то время. Я старалась мыслить оптимистично.

Конечно, перед визитом я морально настраивала себя три дня. В прошлые разы моральная подготовка не помогала, но на сей раз я программировала себя с чёткостью и дотошностью: что я скажу, какое движение сделаю, как буду двигаться, как буду смотреть. Я учла все факторы, и отступиться от своего внутреннего настроя меня мог заставить только неожиданный армагеддон.

В субботу я стояла перед участком Клода, точно зная, что он где-то внутри, потому что съёмок как таковых у него больше не было. Я ввела код на домофоне, чтобы открыть дверь на участок, и через минуту уже шла по вымощенному камню, ведущему к дому, откуда, к моему удивлению, доносилась громкая музыка.

Я насторожилась.

Бурные вечеринки всегда были мне чужды и противны. Вечеринки – кладезь порока, в которую умещены пьянство, слюнявые омерзительные и нетрезвые лобзания где-то в затемнённом углу, наркотики и танцы в неадекватном угаре. Раньше Клод тоже не любил подобные «мероприятия», считая их явно проигрывавшими на фоне обычных уютных посиделок маленькой компанией, но, видимо, всё меняется и, очевидно, не в лучшую сторону.

Дверь в дом оказалась открыта. Я неуверенно вошла, и меня с ног до головы дребезжанием обдали басы какой-то песни. Я покривилась, но затем сделала невозмутимое лицо и прошла вглубь гостиной, где собрались порядка двадцати человек, и это ещё не «верхушка айсберга».

Клода я обнаружила на диване в углу. Он сидел рядом с каким-то парнем и – конечно же – Беллой. Кажется, среди всех присутствующих мужчин и женщин она была самой младшей и оттого сразу бросалась в глаза.

Я подошла к ним ближе и проигнорировала немного удивлённый взгляд Клода. Это удивление на фоне его общего нетрезвого состояния выглядело весьма живописным.

– Я пришла за своими вещами, – без приветствия известила его я.

– Нора пришла! – воскликнула Белла. Я только сейчас обратила на неё внимание в полной мере: раскосые глаза, счастливая-пресчастливая улыбка. Ясно. Ничего удивительного, зная её ближайшее окружение.

Было странно, что она как в трезвом, так и не в трезвом виде питала ко мне симпатию. Она не ревновала Клода ко мне, несмотря на то, что в подробностях знала историю нашей многолетней дружбы, и это сбивало с толку. Мне было её жаль – добрая и наивная душа, а в голове гуляет ветер.

Клод потушил сигарету о пепельницу.

– Все твои вещи собраны на втором этаже в твоей спальне, – ответил он. – Тебе помочь?

И тут я ляпнула, не подумав, но потом поняла, что это не было ошибкой:

– Пускай Белла мне поможет.

Та вся просияла.

– Конечно, Нора! Пошли!

Уже на втором этаже в моей бывшей комнате я, как бы занимаясь упаковкой вещей в коробки, спросила:

– Как дела, Белла?

Белла аккуратно складывала мои многочисленные блузки в стопочку.

– Знаешь, я была так счастлива, когда победила в шоу талантов, но сейчас я понимаю, что стала ещё счастливее. Благодаря Клоду.

Я усмехнулась, не ожидая ничего другого.

– Да, Клод умеет делать людей счастливыми.

«А потом сбрасывать их с небес на скалы», – подумала я про себя.

– Твои родители не против, что ты встречаешься с почти что тридцатилетним мужчиной?

– Против конечно. Но они стараются быть понимающими.

– И новости, которые есть о нём в интернете, не пугают их?

Видно, что Белла не любила эту тему, потому как её лоб нахмурился, старя совсем юное красивое лицо.

– Неважно, что он сделал или сказал в прошлом. Важно то, что запутавшихся людей нужно поддерживать.

Тут не выдержала уже я.

– Белла, я пыталась поддерживать его. Я отдала этому всю себя, и куда это меня привело? Ты знаешь?

– Знаю, но, во-первых, я люблю его, а во-вторых, я альтруистка.

– Ты дура.

Белла нисколько не обиделась. Упрямый и глупый ребёнок.

– Скажи, – продолжала я назидательно, – ты просто пьяна или ты приняла что-то ещё? Потому что во втором случае я обязательно найду, как связаться с твоими родителями, и доложу им обо всём, что знаю.

– Зачем тебе портить наше счастье?!..

– Ты потом мне спасибо скажешь, поверь мне.

– Ты просто завидуешь нашей любви.

– Нет, я завидую твоей пока что здоровой психике.

Белла с сожалением произнесла:

– Знаешь, а я ведь искренне хотела с тобой подружиться. Видимо, не выйдет.

– К чёрту дружбу. Я советую тебе подружиться с самой собой, от этого и то больше толку. Так ты хотя бы не наступишь на мои грабли.

Белла уже секунд двадцать нервно мяла в руках мою футболку и не знала, что ответить. Наверное, я создала некий диссонанс между её представлениями о Клоде и моими представлениями о нем, а учитывая её ведомость, этот диссонанс имел все риски стать причиной серьёзных душевных терзаний.

Я вздохнула. Мне всё ещё было её жаль.

– Ладно, прости, Белла. Давай закроем эту тему и поговорим о чём-нибудь отвлечённом.

Цель вправить мозги Белле родилась в процессе этого разговора. Нужно было найти к ней подход и тем самым повлиять на неё.

– Хорошо, давай.

– У тебя есть какие-нибудь увлечения?

Мы проболтали с ней около получаса, пока собирали вещи. Выяснилось, что Белла, помимо своего певческого таланта, обладала талантом рисования. Я очень приятно удивилась такому совпадению, и та пообещала как-нибудь показать мне свои творения. Назначить с ней встречу оказалось очень легко и просто, настолько просто, что тут было бы впору испугаться подобной внушаемости. Мы обменялись номерами, и пока я ждала вызванное мной грузовое такси, поболтали ещё немножко.