Чтение онлайн

— Познакомься, Гаврюш, это Колосов, новый капитан птенчиков, — ржу, ещё раз радуясь за друга. Нежнова целует его, поздравляет, а я залипаю на их пару, почему-то. Впервые не тошнит от этих нежностей на людях. Умом от радости тронулся я, походу. — Друзья, мне нужна ваша помощь, — обращаюсь ко всем троим, уже реально считая другом даже новоиспеченную Колосову. — Совмещать учебу, тренерство и команду у меня не выйдет. Бросать я не хочу ничего. Ушёл бы из универа, но мамке диплом юриста обещал, пусть хоть в этом не считает меня плохим сыном. Поможете?

— Я не понимаю, что тут думать, — сразу говорит Лиза. — Хоккей — твоя жизнь. Переводись на заочку, тебе осталось тут меньше чем полгода, переживешь сессию и всё. На магистратуру ты явно не пойдешь. Чуть-чуть напрячься придется, конечно, когда будут экзамены, но так и диплом получишь, и хоккей не бросишь. По-моему, это единственный правильный вариант.

— Лизка дело говорит, — кивает Колосов. — Тебя на парах, конечно, будет не хватать, но это реальный вариант не просрать ничего и успеть сразу везде.

— Мы пойдем внутрь, — внезапно говорит блонди, как-то странно кивнув Лизе, и утаскивает своего благоверного в универ, оставляя нас с коротышкой вдвоём.

— Вот видишь, — начинает она, спрятав руки в карманах куртки. — Все решилось.

Решилось, да. Знал, у кого нужно спрашивать, как поступить. Лиза стала для меня каким-то личным помощником, кажется. Почему-то она словно лучше знает, что мне нужно, пока я на эмоциях себя в кучу собрать не могу.

— Опять ты всё решила, — улыбаюсь, но грустно. У этой ситуации есть куча плюсов, и один огромный минус. — Уйду на заочку — видеться не будем, Лиз.

Смотрю на неё, а она куда угодно, только не на меня. Губы кусает, дышит тяжело, с мыслями собирается, видимо.

Перестал узнавать её. Грустная стала, задумчивая. Как будто повзрослела даже. Не могу сказать, что мне это не нравится, но как-то странно всё. Я нихера не понимаю женщин, чтобы легко угадать, что случилось, а сама она признаваться не хочет.

Лиза опускает голову, смотрит под ноги, носком ботинка землю ковыряет, а потом поднимает голову, в глазах слёзы стоят, но вопреки всему она выдыхает шумно и улыбается через силу. Голос дрожит, когда она шепчет:

— Я знаю, Тём. Я знаю.

Лиза

Любуюсь на лучшую в мире подругу и чувствую, как от радости мурашки по плечам бегут. Сегодня мы решили пойти в клуб, чтобы отметить возвращение Артёма в команду и заодно женитьбу Колосовых. Не свадьба, конечно, но «горько» покричим обязательно.

Она в стильном белом костюме, и никаких пышных платьев ей не нужно, чтобы быть самой красивой невестой. Вероломно украла её у Колосова на этот день, чтобы собраться на вечеринку вместе, потому что он уже несколько дней её чуть ли не в заложниках держит, не удивлюсь, если ещё и к кровати привязывает, с его-то пристрастиями…

Собираемся неспеша, закручивая локоны и вырисовывая красивые стрелки. Середина марта удивительно теплая, и даже я согласилась надеть платье, пообещав себе быстро добежать до машины, чтобы не замёрзнуть. В клуб идёт почти вся команда мальчиков, и даже несмотря на то, что из всей толпы меня интересует только один, выглядеть хочется хорошо. Да и Савельева удивлю заодно, он меня в красивой одежде ещё никогда не видел. Либо в теплой и удобной, либо… вообще без неё.

Мы не виделись неделю. После того разговора на крыльце он активно начал заниматься переводом на заочное обучение, а остальное время проводил на тренировках. В выходной звонил мне, звал поесть бургеров, но я сделала вид, что слишком занята с мамой, хотя на деле была одна дома и рисовала Лиску с Колосом, чтобы сделать им милый подарок.

Савельев, кстати, и правда во всех соцсетях сменил фотку на рисунок, который я своими кривыми руками и дурной головой ему по ошибке отправила. Спалилась, как дура, слава Богу он длинный и до него доходит все, как до жирафа.

Спасибо Колосову, что не проболтался, кстати. Думаю, общаться с Тёмой мы перестали бы сразу.

Мы иногда переписываемся сейчас, но встреч я избегаю специально и осознанно. А он не особо их ищет, если честно… Но так лучше. Он ушел на заочку, у него много работы, да и живёт не близко, контакты наши сведены к минимуму. Это правильно. Переболит быстрее. Может, даже сегодня с кем-нибудь из их команды познакомлюсь, чтобы не так грустить.

Антон, кстати, всю неделю со мной общается, но ни намеков, ни каких-либо действий в мою сторону не предпринимает. Мы просто болтаем по утрам, он даже подвозить меня не предлагает, за что ему большое спасибо. Он извинился за свое поведение, я за свое. И с Артёмом они помирились, что залечило одну крохотную ранку на сердце. Я рада, что они смогли переступить через дурость и не испортить годы дружбы из-за одной глупой меня.

— За нами Колосов заедет? — спрашиваю у Алисы, натягивая колготки. Платье короткое, мне после зимы всегда сложно перестроиться на красивую одежду, но юбки на самом деле всей душой обожаю, если бы не такие холодные зимы, носила бы их круглый год.

— Хочешь, чтобы Савельев? — хмыкает Лиса.

— Наоборот. Ты же знаешь, Лис, что не хочу я с ним пересекаться.

— Знаю, что ты думаешь о нем целыми сутками, Лиз, а в чувствах признаться боишься.

Лиска всю неделю мне говорит, что нужно сказать Савельеву, что я как дура влюбилась в него и теперь жить не могу без его присутствия (это тоже Лиса говорит). Ругает меня, что молчу и не открываю сердце, а я не понимаю, почему должна. Если бы я ему нравилась, он бы сам первый шаг сделал. А так… Признаться и послушать, как он надо мной смеётся? Не хочу, спасибо, мне и так не особо легко живётся.

— Не начинай, пожалуйста, — прошу подругу, потому что в сотый раз слышать подобное не хочу.

— Нет, я буду начинать. Не могу смотреть, как ты киснешь, ну, Лиз! Он бегал за тобой котёнком, вы гуляли, он за всеми советами к тебе ходил, помогал тебе, да вы трахались в конце концов столько, сколько не все официальные пары трахаются. Ты не можешь быть ему безразлична после всего этого.

— Алис, а ты сильно бежала Колосову в чувствах признаваться? Сама в него быстро втрескалась, а все носом вертела, пока Егор сам в руки ситуацию не взял. Артём молчит, значит, оно ему не нужно. Навязываться я не буду.