Не Париж
Шрифт:
И она вечерами любуется фотосессией.
И комодик, и шарфик, и всё по-доброму.
И она. Несмотря ни на что, ей весело.
Выстраивать себя в шеренги и фаланги,
пожрать у бога всё небесное драже,
сказать как в «Брате-2» кому-нибудь «да ладно»,
потом сказать ему – ты что, дружок, уже?..
Убить в себе бобра, не шаркать толстым ножкой,
потом пойти опять чего-нибудь сожрать,
и написать опять дрожащей летней ночью
какую-то фигню в какую-то тетрадь.
Прикинуться змеей и вылезать из кожи,
прикинуться землей, пока не умерла,
прикинуться святой, прикинуться… а может
сказать как в «Брате-2» кому-нибудь: «да ла…»
Жизнь уходит… жизнь проходит
В размышлениях о жизни,
В разговорах о погоде
И другой белиберде.
Безразмерное терпенье
Скоро будет на исходе.
Где-то есть, наверно, счастье,
Но никто не знает где.
И любовь походкой странной
Вдруг ушла, виляя задом,
Растворившись в море срама
И нехватки теплоты.
Если вечно трогать шрамы,
Это скоро станет адом –
Жутким, страшным и кромешным, –
Это знаем я и ты.
«Мне уже почти не больно»…
Конец ознакомительного фрагмента.