Чтение онлайн

— А всё же, — я с опаской покосилась на Тоби. — Что теперь будет? Я с трудом представляю, как мне всё объяснить мужу.

— О! — глаза Сметвика загорелись от предвкушения. — Благодаря тому, что Тобиас уже взрослый, это будет и проще и сложнее. Проще от того, что есть у нас в Мунго такой уникальный целитель Янус Тики, мой хороший друг. Он работает с магами, потерявшими память. Скажу по большому секрету, что у него имеется такая прелестная вещица, как флакончик со сбором воспоминаний. Омут памяти для этого флакончика требуется очень мощный, но в Мунго он есть. Суть в том, что магу, нырнувшему в омут, выбраться оттуда удастся только после самого окончания. Это полных двенадцать суток. И лучше бы, он был не один. Не знаю, пойдёте ли вы на это вместе с мужем, Эль, но я бы настоятельно рекомендовал. Одному может быть поначалу очень неуютно и даже страшно, хотя после первых суток это проходит — мощная психологическая поддержка делает своё дело.

— Я и не знала об этом, — пробормотала Поппи.

Сметвик покосился на неё, но от комментария удержался.

— Какие минусы? — быстро спросила я.

— Сразу о плохом? Уважаю, Эль! Минусов не так много — полная неподвижность, пока маг пребывает в омуте, невозможность самому поесть и справить нужду, простите за подробности. Это решается: массаж несколько раз в день всего тела, уход за пациентом, как за инвалидом, постоянный контроль состояния целителями, внутривенное питание.

— Понятно, — я кивнула. Это было более чем логично. — Какие же плюсы?

— О! Их гораздо больше. Воспоминания отбирались только самые качественные, информативные и дающие полную картину о мире магов, истории магии, взаимодействие магов с маглами и другими магическими расами. Там есть и принципы образования новых родов, важность старых, ритуалы, причинно-следственные связи. А также практически вся школьная программа Хогвартса в сжатом, но не менее информативном ракурсе. Дополнительно даются хорошая база по целительству, нумерологии, артефакторике, ритуалистике, чарам и ещё нескольким дисциплинам. Учитывая, что создавалось это чудо в начале века, то, как ни странно, программа обучения там гораздо глубже и насыщенней, чем нынешняя школьная и университетская, и включает в себя несколько дисциплин и вовсе выпавших из обучения. Всё даётся последовательно и вкладывается прямо в ядро. По сути это полный аналог родовых даров, только там специфика, а тут общий базис.

Маг, прошедший обучение, будет знать всё на очень хорошем уровне, что позволит ему не только работать палочкой почти без проблем — моторика разрабатывается специальным массажем — но и попробовать себя практически в любой профессии, начиная с целительства, заканчивая артефакторикой. Одно из самых ценных знаний — невербальные заклинания и беспалочковые — тоже даются в хорошем объёме. Маг научится аппарировать, варить зелья, рисовать пентаграммы и руны, запомнит наизусть множество полезной информации. Научится говорить на нескольких языках.

— Почему не применяют этого ко всем школьникам? — воскликнула Поппи, которая слушала целителя не менее внимательно, чем я.

— Потому — и вы сейчас все дадите мне Непреложный Обет о неразглашении — что это очень дорого и опасно для слабых магов. Для успешного наложения, реципиент должен вообще ничего не знать о магии. Никак с ней не контактировать. Это ещё подошло бы к маглорождённым — но откуда у них столько денег? Да и естественное, растянутое на годы обучение с одновременным формированием личности все же предпочтительней.

Магам же это просто противопоказано, а попробовать захочет каждый. Исключение — только форс-мажор с тяжёлой ретроградной амнезией. И то — Тики приходится осторожно стирать каждому память, если она сохранила хоть какие-то знания и умения. А если вспомнить, насколько у мага память завязана на знания и магические навыки… Да тот же поцелуй дементора выглядит гуманней. Собственно, "добровольцы" для отработки метода были как раз из этой категории. Была такая программа — "новая личность и новая магия", только я вам ничего не говорил, даже с учётом обета. Понятно?

Мы синхронно кивнули.

— Про двенадцать дней понятно, — Поппи неосознанно теребила в руках чайную ложку, — а сколько пройдёт дней для человека, нырнувшего в омут?

— Хороший вопрос, — похвалил её Сметвик, заставив мисс Помфри покраснеть от удовольствия. — Это один из минусов, для тех, кто не очень любит учиться, но минус, который лично целителю Тики удалось превратить если не в плюс, то в нейтральный ноль. Внутри проходит порядка шести месяцев, но человек практически всё это время спит. Обучение ведётся на подсознательном уровне. Только первые три часа внутри омута проходят, как реальность. Снаружи — это двенадцать минут. Но и эти часы перенести могут далеко не все.

— А вы проходили курс? — спросила я. Было очень любопытно, да и хотелось увидеть живого вменяемого человека, который пережил этот сомнительный эксперимент.

— Нет, Эль. Я не чту себя гением, но я хороший целитель. Памяти, слава Мерлину, не терял, так что мои знания могли войти в жёсткий конфликт с программой восстановления.

— Но вы же предлагаете мне пройти программу вместе с мужем!

— Тут другое — для пациента нужна привязка, якорь. Для обычных магов их роль играет доктор — потерявший память пациент инстинктивно привязывается к врачу, как утёнок к резиновой игрушке, да. И, Эль, у вас есть преимущество. Женщины легче приспосабливаются к переменам и эмоциональная связь… Так что не бойся, ничего не потеряешь. Более того, за полгода личного времени из очень хорошего мастера зелий вполне можно стать просто замечательным. И возможно ты согласишься работать с Мунго, или хотя бы лично со мной без посредников. Да-да, ко мне частенько попадают зелья с твоей магической подписью. Одни из самых сложных и уникальных. Только найти тебя не представлялось возможным.

— А можно узнать, сколько всего магов прошли эту программу? — спросила я.

— В смысле? Из потерявших память?

— Да. — Знать о судьбе "добровольцев" отчего-то не хотелось.

— Все четверо мужчин занимают видные должности в министерстве и входят в число самых знатных родов. Одна из женщин тоже служит в министерстве, две другие преподают в настоящий момент за границей. Но последнее и самое главное, что вы должны знать — это не панацея.

— Ясно, не сова, — вставила Поппи.

Мы обе прыснули. А целитель нахмурился. Пришлось сделать умильный вид. Он усмехнулся и продолжил:

— Не думайте, что вы сразу после этого станете умными, умелыми и всё будете знать. Просто выбранная специализация будет даваться в разы легче, умения нарабатываться быстрее во много раз, а обучение языкам, к примеру, займёт меньше месяца для полного усвоения. Ну а если сидеть на попе ровно, то будете, как те ученики, что выучились, но работать не захотели. Знания вроде есть, но не нужны, так они сами не выскакивают, надо напрячься, чтобы что-то вспомнить конкретное. Подсознание тем и отличается. Так что ненужные знания все равно в итоге будут отброшены мозгом за ненадобностью. Таких знаний у вас и сейчас море, которые осели в мозгу мёртвым грузом. Вспоминается что-то при случае, а что-то так и не всплывёт никогда. Так и тут. Единственное, что не надо будет развивать, хотя и тут можно всё усилить — это общее представление обо всем. На уровне пятикурсника-заучки из чистокровной семьи, которому дома уделяли достаточно много внимания, воспитывая и обучая. И это, на самом деле — не мало.