Чтение онлайн

Действительно, на нее какое-то затмение тогда нашло, еще и яд испробовала — даже для привычных зверьков жесткое наказание. Что она будет делать, если зверек умрет? Мало того, что он еще даже месяца на Венге не пробыл и от ДИСа проблемы будут, так ведь с таким трудом найденная наследница тогда точно с ума сойдет.

С Таисией давно не случалось такого, чтобы здравый смысл ей изменил. Самой, что ли, захотелось этого зверька повоспитывать и сломать? Может, зря она давно не притрагивалась к наложникам, надо выбрать какого-нибудь зверька себе по вкусу и поиграть.

А этот… Он вызвал у нее невольное уважение тем, как вел себя после наказания: глаза в пол, голос идеально ровный, без эмоций, положенное обращение от зубов отскакивает, на колени мгновенно опускается — и при этом она не так глупа, чтобы не догадаться, что это игра на публику. И так играть он будет столько, сколько нужно. Хитрый зверек, опасный. Но в ее положении — нужный.

Анита

Я сидела у постели своего парня, напряженно прислушиваясь к его дыханию и снова боялась до него дотронуться, чтобы не причинить боль. Как кошмар, вспоминаю тот момент, когда я посмотрела на него — а его лицо на глазах опухает, раздувается, глаза становятся как щелки… Но таблетки помогли, вроде бы отек спадает, хорошо, что он в сознании, не надо думать, очнется или нет. Хотя, может, и плохо, что в сознании — уже который раз меня саму отдохнуть отправляет:

— Госпожа, идите отдохните, и Эмиля прихватите, вы уже оба так выглядите — краше в гроб кладут. А со мною все нормально, уже лучше намного, полежу, может, засну. Идите, идите!

А Эмиль, правда, уже испереживался весь, вначале он просто около меня сидел, потом тоже стал осторожно выпроваживать. Я на него посмотрела — ох уж эти блондины, кожа тонкая, сразу по его лицу с черными кругам под глазами заметно, что он не спал уже давно. Надеюсь, я хотя бы выгляжу получше.

Вроде бы Крису все-таки лучше стало, пойду, и правда, отдохну. Последний день выдался — ни одному врагу не пожелаешь!

Когда я зашла в свою комнату, в дверь осторожно поскреблись, а потом просочился Эмиль и выдал мне такое…

— Госпожа… — Эмиль уткнулся лицом мне в колени, словно боялся посмотреть в лицо — Я прошу вас… когда вы будете уезжать, усыпите меня.

— Эль? Ты что? Что ты такое говоришь? Я не уеду теперь просто из принципа. И Крис… Я надеюсь, он тоже не захочет уехать.

— Все же, госпожа, пообещайте мне — теперь он смотрел мне прямо в глаза, видимо, уже перейдя эту грань между страхом. И если кого-то из рабов и правда можно было называть «звериками» и постельными игрушками — они сами с радостью выбирали эту роль — то Эмиль понимал слишком многое. Он все понимал и заранее все прощал.

— Хорошо, — решилась наконец я. — Я обещаю тебе, что если ничего не получится и я уеду, то я не брошу тебя. Я сама тебя усыплю. Уж это-то я могу тебе пообещать.

— Спасибо вам, госпожа… — он действительно выглядел успокоившимся.

Анита и Крис

— Госпожа, я для себя все давно решил и поэтому поехал сюда с вами. Я не собираюсь истерично проситься назад, как только что-то случится. К тому же я сам виноват, ступил. А вы всегда меня защищаете. Я даже по меркам нашего мира себя слишком вольно веду.

— И с кем ты сравниваешь?

— С рабами. Вы купили меня тогда, не продали, когда вам предлагали вдвое или втрое больше, — Крис усмехнулся, вспоминая тот давний услышанный разговор и «постоянного клиента», — пережили все мои истерики и никогда ни в чем не упрекнули. Я никогда не услышал от вас слова «шлюха», хотя таковым являлся, да и являюсь по сей день. Не бывает бывших шлюх… Вы подарили мне свободу и дали документы, с которыми можно начать жизнь заново.

— И ты решил начать ее на Венге. Мальчик мой, у тебя очень специфическое чувство юмора. И то, что ты считаешь себя обязанным…

— Не считаю, госпожа. Просто люблю. Хочу быть с вами, пока не выгоните, — такой вот у них разговор получился, когда один другого перебивал и заканчивал начатую фразу, — А приключения на свою… хм, голову я везде находил, независимо от планеты, вам ли не знать!

— Я тоже тебя очень люблю. Просто знай, что безвыходных положений не бывает и твое согласие поехать сюда вовсе не означает, что назад хода нет. Меня здесь тоже ничего не держит. Вот только, — Анита горько вздохнула, вспомнив недавний разговор, — Эмиль просил усыпить его, только не бросать, если мы уедем…

— Ну вот, уже есть один повод остаться. Я не прощу себе, если из-за меня его не станет. И вы тоже себе не простите.

— Значит, справимся. Значит, все будет хорошо. Кстати, я с Таисией поговорила.

— Ох, блин… Она хоть жива? Не стоило бы, наверное. Я знаю, что сам виноват, безобразно распустился. Она в своем праве была, когда наказывала.

— Я тебя сюда привезла не для того, чтобы всякие на тебе свои методы пробовали и перевоспитывали под себя. Я сказала, что мы идем в комплекте — или вместе, или никак.

Кристиан

Я смогу быть идеальным. Я делаю это ради моей девочки. Я даже не ей обещал — себе. А если Таисия не будет специально придираться — то я просто образцовый раб: «Подчиненный должен иметь вид лихой и слегка придурковатый…». А эмоции я ей вообще никакие не обязан демонстрировать. Я тоже умею быть… сукой.

После всех своих приключений логично было бы предположить, что Кристиан забьется в угол и будет переживать произошедшее; но нет — он напомнил своей госпоже про обещанное развлечение на следующем Совете и пообещал, что никто не соскучится.

— Не передумал, мой хороший? — Анита выдохнула в волосы Криса.

— Нет, госпожа, — тот улыбнулся почти самодовольно.

— Чего же ты там надумал, похоже, будет интересно?

— Даже не сомневайтесь, — мурлыкнул Крис, — наслаждайтесь зрелищем! — и быстро вышел из комнаты.

В зал Совета зашел темноволосый мужчина, буквально толкая перед собой испуганного блондина, так что показалось, что тот сейчас вылетит на середину зала.

Блондин дернулся и попытался вырваться, но брюнет одной рукой заломил ему руку за спину, а другой жестко вздернул за волосы, одновременно ставя на колени. Затем надавил светловолосому парню на плечи, пригибая его к полу и заставляя почти принять упор лежа. Парень вскинулся, приподнимаясь на руках, но брюнет снова уложил его на пол и придавил спину коленом.