(не) полюби дьявола
Шрифт:
Ханта возмутило не то, что дед оставил свое наследство ирландке… А то, что он думал, что из-за денег его внук захочет жениться на дочери священника.
Судя по всему, к последним дням жизни у старика совсем поехала крыша.
Но поверенный прав. Нет ничего прекрасней, чем отдать все, чем дорожил дед, включая и девчонку, человеку, которого старик ненавидел так же сильно, как и Дэймон.
– Шах и мат, дед! – прокричал он, подняв голову вверх. – Гори в аду!
Он встал с дивана и направился к двери.
– А я возможно скоро присоединюсь…
***
Виктория О'Райли сидела перед огромным зеркалом, зажав в руке ножницы. Подняв густую прядь светло-каштановых кудрей, она обрезала ее. Вокруг нее облаком уже лежали и другие обрезанные длинные пряди.
Тяжело вздохнув, она посмотрела на свою работу. Волосы теперь еле доставали до ее худеньких плеч.
Но в голубых глазах девушки не было слез. Там горел огонь ярости…
Я сбегу отсюда. Не стану для него трофеем!
Тори с грустью посмотрела на свое отражение.
Она никогда не считала себя красавицей. Симпатичной, вполне. Но ее красота не могла заставлять сердце мужчин биться быстрее. Прямой ровный нос, как ей казалось, был слишком крупноват для худенького лица. Губы были слишком пухлыми… И вообще, ей казалось, что рот у нее слишком большой. Единственное, что нравилось ей в своей внешности – это ярко-голубые глаза, доставшиеся ей от матери.
Окинув оценивающим взглядом свою внешность, Виктория заключила, что Герта была права, сказав, что она сможет сойти за мальчишку. Слишком худая и слишком высокая для девушки. А теперь еще и этот огромный синяк на щеке, доходящий практически до самого глаза…
Она грустно улыбнулась и перевела взгляд на ножницы.
Да я похожа на мальчишку-сорванца!
В дверь маленькой комнаты тихонько постучали, и через мгновение там показалась голова молодой служанки.
– Мисс?
– Входи, Герта.
Девушка быстро юркнула в комнату, держа в руках ворох мужской одежды.
– Вот, мисс, я одолжила это у нашего конюха. Одежда должна подойти, – пролепетала Герта.
– А где граф Черлтон? – тихо спросила Тори.
– Принимает ванну. Через час сюда должны приехать его гости.
– Значит, у нас мало времени, Герта. Надо спешить.
Виктория быстро сняла с себя сорочку, и служанка помогла ей плотно забинтовать грудь.
Несмотря на худенькое телосложение, природа наградила девушку красивой грудью, которая немного выпирала даже тогда, когда ее крепко перебинтовали.
– Ее все равно заметно… – с досадой прошептала Тори.
– Вам кажется! У многих мужчин тоже грудь немного выпирает. Это нормально!
Надев рубашку Виктория немного успокоилась.
Действительно, не так уж все и безнадежно.
Надев всю мужскую одежду, от которой ужасно несло конюшней, девушка поморщилась.
Но выбирать не приходилось. Придется вонять конюшней. Это все равно лучше, чем стать развлечением Винсента.
Она нанесла на волосы помаду и зачесала их назад. И накинув на голову шапку, Тори повернулась к служанке.
– Ну что?
– А вы ничего такой мужчина… Я бы влюбилась! – мечтательно пропела Герта, прижав руку к сердцу.
– Ну мне этого не надо. Я не должна привлекать внимания. Мне надо продержаться три недели, – произнесла Виктория и покрутилась перед зеркалом. Затем прокашлялась и добавила, чуть более грубым голосом. – Здравствуйте, я – Тони.
Герта улыбнулась.
– Вам пора, мисс.
Тори кивнула и направилась к двери. Сердце колотилось, как сумасшедшее. Если Винсент ее поймает, ей точно не сойдет это с рук.
– Спасибо тебе, Герта. Если бы не ты, мне даже страшно представить, чтобы со мной стало. Благослови тебя Господи, – прошептала Виктория, стоя у дверей, и выскользнула из комнаты.
Страх. Ее гнал страх за свою честь и за свою жизнь. Она с трудом могла вспомнить, как выбралась из дома графа Черлтона.
Но оказавшись на темной улице, облегченно вздохнула.
На пустынной улице среди ночи она чувствовала себя в большей безопасности, чем в доме графа.
Девушка быстрым шагом направилась по дороге, оборачиваясь каждый раз от страха быть настигнутой, и до сих пор не могла поверить, что попала в такой переплет.
Боже, ну зачем отец отправился в Англию? Зачем?! Нам же так хорошо было дома! В Ирландии!
Но она знала ответ, почему они уехали в Англию… Из-за Роэна. Мужчины, в которого Тори влюбилась без памяти. Мужчины, которого ее отец считал недостойным для своей дочери. Но он ничего не мог сделать с любовью молодых людей. Ни запреты, ни наказания… Ничего не могло удержать Викторию от встреч с любимым.
И вот однажды отец застал их в компрометирующей ситуации, и терпение священника лопнуло.
– Тори, как ты могла?! – кричал отец. – Ты не нужна ему!
– Он любит меня, а я его! – плакала она. – Мне уже пора выходить замуж!
– Он хочет от тебя одного, глупая девчонка! Признайся мне, ты уже с ним…
– Нет! – закричала девушка. – Но я сделаю это, слышишь меня! Ты не сможешь мне помешать! Я люблю его!
Тогда впервые отец поднял на нее руку. Впервые в жизни. И это поразило Викторию.
А на следующий день он заставил ее сесть на корабль, отплывающий в Англию, сказав, что они едут туда ненадолго. И что если по возвращению в Ирландию ее чувства к Роэну будут так же сильны, то он даст им благословение.
Ради этого Виктория решила выдержать эту поездку, еще и не подозревая о том, что она затянется на пять долгих лет.
Три года отец пытался найти ей жениха, но она отвергала предложение за предложением, доказывая отцу, что он совершил ошибку, когда увез ее от любимого. И что для нее это были не пустые слова о любви.