Чтение онлайн

Я поморщился. Голова начинала кружиться.

— И что, ты одобряешь её поступок?

— Ни в коем случае, — девушка подняла пальчик и покачала им в воздухе. — Но и не считаю Анечку дурой. Думаю, она просто не знала, чего хочет. Как и ты.

Я отодвинул бокал в сторону и нахмурился.

— Почему мы напиваемся и обсуждаем самоубийство?

— И снова ты не прав, — пальчик щелкнул меня по носу. — Мы не напиваемся. Мы культурно пьём. И обсуждаем не самоубийство, а твою жизнь. Вот скажи: живёшь один?

Я кивнул. Головокружение усилилось, выпить захотелось еще.

— Один.

— Ну, хоть не с родителями! — Ива подняла свой бокал. — Выпьем за одиночество, Кедр!

— Не зови меня так, — буркнул я, но послушно чокнулся и закончил со своим коктейлем.

***

Выходить из бара было не трудно. Трудно было попасть в дверь и не споткнуться о порог. А потом поймать Иволгу, которая споткнулась.

— Такси, — повиснув на руках, мелкая указала на стоящую неподалеку машину.

— Шикарно, — пробормотал я и потащил новую подругу вперед.

В воздухе до сих пор пахло дождём, и пару раз мы с Ивой угодили ногами в лужи. Не то, чтобы их не было видно, просто нас здорово заносило.

— Весёлый вечер? — умехнулся таксист, помогая мне загрузить Иволгу в машину.

— Вроде того, — кое-как обойдя автомобиль, я сел на переднее сидение.

— Куда едем?

«А действительно — куда Иволгу везти?»

Я обернулся, чтобы спросить, но мелкая умудрилась мгновенно уснуть, едва плюхнувшись на сидение. Что ж, выбора не остается. Я назвал таксисту свой адрес.

***

Поднимались мы на четвёртый этаж всё так же вдвоём, подпирая друг друга, цепляясь за перила и спотыкаясь о каждую третью ступеньку. Ключ отыскался в сумке спустя десять минут копания, и начались попытки попасть в замочную скважину. Подлый кусок железа отчаянно сопротивлялся, доказывая мою абсолютно отвратительную моторику.

— Дава-ай!

— Кедр! — презрительно буркнула Иволга, и схватила ладонь, помогая, наконец, открыть дверь. — Тяжело тебе с девушками, наверное…

— Заткнись, — я открыл дверь и пропустил мелкую внутрь, — Не включай свет.

— Можно подумать, я знаю, как! — Ива оперлась на стенку в коридоре. — У тебя что, даже кота не завелось?

— Неа.

— Не удивительно! — фыркнула девушка. — Тут от скуки и цветы завянут.

— Не нравится — можешь валить, — буркнул я, запирая дверь.

— Не могу, — пожала плечами Иволга. — Лучше покажи, где в твоей скучной квартире скучная кровать?

Я мотнул рукой направо, в сторону единственной комнаты. Дверь прямо вела в кухню, там Иве делать нечего.

— Забирайся на диван. Я лягу на полу.

— Хозяин-барин, — дернула плечами девушка. — А что, диван не раскладывается?

— Не твое дело, — представив, как мы, пьяные, укладываемся в одну постель, я принялся с особым усердием развязывать шнурки. Голова закружилась, к горлу подкатила тошнота. Лучше не наклоняться…

Не помню точно, как мы улеглись. Конечно, на полу засыпать не очень удобно, но я ведь напился, так что в первую ночь это не стало проблемой. Иволга вырубилась моментально, я все-таки чуть-чуть полежал в тишине, слушая мерное дыхание девушки. Мозг, совершенно измученный этим бесконечно длинным, пропитанным алкоголем и сумасшествием днём, отказывался размышлять.

«Интересно, как она будет выглядеть завтра утром?»

Эта мысль выжала из меня последние силы — и темнота закружилась перед глазами.

Дверь офиса захлопнулась прямо перед носом, обдав прохладным воздухом кондиционера. Резкий звук отдался в затылке тупой болью, как, в принципе, все происходящее со мной этим утром. В пересохшем рту стоял противный кисло-сладкий привкус, с которым не справились ни жвачка, ни купленная по дороге из метро кола. Стараясь двигаться как можно медленнее, я добрёл до лифта и поехал вниз.

Разумеется, меня не приняли. Похмельный, помятый, опухший, без пиджака (потерял вчера либо в баре, либо в такси) — я выглядел ну очень «презентабельным» соискателем. Впрочем, после вчерашней выходки уже ничего не важно, Иволга обеспечила мне замечательную репутацию. Размышляя об отказе, с лёгким удивлением обнаружил, что почти не расстроен, и гораздо сильнее меня беспокоит головная боль.

«Надо полистать ленту».

Сунув руку в карман, обнаружил, что телефон остался в квартире. Наедине с красноволосой…

Да, растолкать Иву не вышло, так что я решил запереть её у себя, пока не вернусь с собеседования. Вряд ли у мелкой на сегодня были какие-то важные дела.

«Вряд ли у нее вообще есть дела!»

А теперь оказалось, что, собираясь на собеседование, я забыл телефон. И главное — знал же, что не возьмут, но всё равно пошел! Может, чтобы не оставаться с Иволгой в одной комнате?..

При свете дня я разглядел новую знакомую лучше. Волосы у неё оказались настоящими, не париком — разметавшийся по койке багровый пожар. За ночь Ива успела скинуть одеяло, обнажив, к счастью, всё ещё одетые в юбку и чулки, ножки. Под коленями и чуть выше них темнело несколько синяков. Безразмерная футболка не позволяла хоть как-то оценить фигуру, разве что намекнула на отсутствие груди.

«Интересно, а сколько Иволге лет?..

Почему тебя это вообще интересует? Она проснется, соберёт свои вещи и уйдет. А ты останешься. Долбанный памятник собственной бесхребетности».

В общем, телефона не нашлось. Я выругался и стал барабанить пальцами по створкам лифта. Наконец, они разошлись в стороны, открывая путь в фойе. Вчерашний охранник проводил меня до выхода тяжёлым взглядом. Положив временный пропуск на стойку, я шагнул за дверь, в непрекращающийся шум улицы, чтобы больше ни разу не появиться на пороге этого офисного здания.