Чтение онлайн

Поднимаюсь в квартиру по лестнице. Не люблю лифты. Когда еще училась в колледже, застряла в этой железной коробке. Одна, не понятно на каком этаже. И с тех пор стараюсь по возможности не использовать лифты. Ну и для здоровья полезно. Привыкла уже.

В квартире как всегда громко работает телевизор. Дима восседает на диване с видом хозяина жизни. Моего появления не замечает до тех пот, как я не беру пульт, чтобы сделать тише.

— Ооо, зая, а ты чего рано?

— Я же в отпуске, забыл? — придерживаюсь своей сказки я.

— А где тогда ты пропадаешь целыми днями?

— А это не твое дело, Дим.

— В смысле не мое? — возмущается он. — Я чет не пойму, зая, че за предъявы.

— Это не предъявы, Дим. Просто тебя это не касается. И хватит, пожалуйста, называть меня заей. Раздражает!

Отворачиваюсь и иду в спальню переодеваться. Дима тащится за мной и с видом оскорбленного мужа, продолжает:

— Хорошо, Полина Викторовна, так пойдет, если буду тебя называть? — с издевкой произносит.

— Вполне, — соглашаюсь я.

— Знаешь что, Поля, пока мы живем под одной крышей, я имею право знать, где пропадает моя жена!

— Знаешь что, Дима, — возвращаю я ему фразу. — Ты потерял право контролировать, где я, в тот момент, когда сложил свои лапки и сел мне на шею. Мне надоело тащить все на себе! Я женщина, я замужем! За! Му! Жем! Я хочу, чтобы меня муж уважал и внимательно ко мне относился!

— О, как ты заговорила. А я, Поля, женат! И как мне живется, как ты думаешь, когда жена постоянно торчит на работе, а когда дома — ночует то в детской, то на диване. Я секса хочу, Полина! А ты меня игнорируешь! Что ты за жена тогда?!

— А я не хочу с тобой секса, Дима! — выпаливаю я прежде, чем понимаю, что сказала. — Ни секса не хочу, ничего! Давай разведемся!

— В смысле, разведемся?! — он выходит из себя. Подходит ко мне и хватает за плечо так, что завтра однозначно будут синяки. Я стою в брюках и лифчике, рубашку успела снять и держу ее в руке. — Какой, нахрен, развод, Поля? Я не дам тебе развод! Ты не уйдешь от меня! — кричит он.

— Отпусти, Дим, хватит орать! — отвечаю, повышая голос. Он переводит взгляд на мою грудь. Дыхание его учащается.

— Поля, — выдыхает и прижимает меня к себе. Начинает влажно целовать мою шею и плечи. От него опять пахнет пивом, что заставляет меня задержать дыхание. К горлу подступает комок тошноты, пытаюсь вырваться, но хватка у Димы крепкая.

— Я так хочу тебя, Поля… Я так соскучился по тебе… — в перерывах между поцелуями шепчет он. Я изворачиваюсь в его руках и попадаю коленом ему в пах.

Дима матерится и с размаху отвешивает мне пощечину. От неожиданности падаю на пол. Слезы брызгают из глаз, в голове туман, щеку жжет огнем.

— Что ты за сука! Сама виновата! — зло выплевывает Дима и начинает движение ко мне. Я не знаю, откуда во мне берутся силы, я отталкиваю мужа и срываюсь с места. Забегаю в ванную и закрываю дверь на щеколду. Что же делать? Слезы продолжают катиться по щекам, я всхлипываю. В дверь начинает молотить кулаком Дима.

— Поля, не дури! Ты сама виновата! Ну, разве можно говорить своему мужу такие слова? Я вспылил! Давай, открывай!

Я не отвечаю, умываюсь холодной водой и смотрю на себя в зеркало. Вдоль виска начинает опухать. Вот черт, завтра у Мартынова встреча, а я с фингалом! А день так прекрасно начинался! Достаю из кармана брюк мобильник. Кому позвонить не имею понятия. Ольку тревожить не буду, она не сможет найти управу на Диму, тем более он пьян. Всхлипываю, жалея себя. Экран телефона загорается, звонит Мартынов. Господи, какой стыд. Еще не начала работу, а уже подвела его. Поднимаю трубку, ничего не говоря.

— Полина, я на счет завтра хотел уточнить…

Всхлипываю, не могу ничего сказать. Зачем я вообще ответила на вызов.

— Полина, ты что там, плачешь что ли? — он осторожно спрашивает, а у меня начинается настоящая истерика. — Полина! Поль! Что произошло, — в его голосе беспокойство. — Поля, ты где? Что случилось? Не молчи! Где ты?

— Я дома, — выдавливаю из себя слова и всхлипываю вновь.

— Поль, никуда не уходи, я еду… — он завершает вызов, а я думаю про себя, ну куда я могу уйти? Как же жалко я сейчас выгляжу… Тушь растеклась по щекам, нос распух. Меня опять накрывает истерика, но реву беззвучно, оседая на мягкий коврик перед раковиной. Дима продолжает барабанить в дверь, но я не отвечаю, и он говорит что-то вроде: «Ну и сиди там дальше, истеричка б…ть», и в последний раз чем-то шарахнув по двери, уходит. Я слушаю его отдаляющиеся шаги и немного успокаиваюсь.

Не знаю, сколько так сижу. Прихожу в себя от звонка во входную дверь. Дима ворчит, что не дают ему смотреть фильм, но идет открывать. Прислушиваюсь, Дима громко возмущается:

— Какого черта, б…ть!

Дальше торопливые шаги, какая-то возня в коридоре.

— Да кто вы такие, мать вашу!

Слышу шаги в сторону двери, за которой прячусь и сжимаюсь еще больше.

— Полина… — знакомый голос звучит приглушенно из-за двери. Ручка приходит в движение, но щеколда не дает двери открыться. — Поль, это я, открой, пожалуйста, дверь, — просит Мартынов. Мартынов!

Я медленно, держась за раковину, встаю и открываю щеколду. Дверь тут же открывается и на меня смотрит три пары глаз: Мартынова — обеспокоенные, Василия — злые и мужа — удивленные. Василий заломил руки Димы за спину, от этого муж сложился почти пополам. Оценить ситуацию не успеваю, Мартынов заходит в ванную комнату, отчего свободного пространства почти не остается. Осматривает меня и, быстро сняв с себя пиджак, заворачивает меня в него. Какой стыд! Я и забыла, что без рубашки стою!

Мартынов обнимает меня, поглаживает успокаивающе по спине.

— Зая, я не понял, это что за хмырь… — Дима не успевает закончить, Василий поднимает его заломанную руку выше, отчего муж почти заваливается на пол и кричит.

— Куда его, Максим Георгич? — спрашивает Василий у Мартынова.

— В кухне закрой и присмотри, — отвечает Максим и, дождавшись, пока Василий скроется из коридора, аккуратно отстраняет меня от себя и командует:

— Поль, ты здесь не останешься! Вещи собери себе и детям, на первое время. Все необходимое. И переоденься.