Чтение онлайн

Темница. В Вотскоэке.

«Как мне выбраться отсюда?» — спросил сам себя Дортмундер, когда мимо промаршировал солдат, который нес воинскую службу. На нем красовалась мешковатая униформа ужасного грязно-голубого цвета и убогие черные сапоги. Пистолет-пулемет висел на кожаном ремешке, перекинутом через плечо.

Дортмундер вздрогнул при виде этого парня, а когда он набрался смелости еще раз подойти к окну, солдат исчез. Через окно по холодному воздуху (морознее, чем в Нью-Йорке, он заметил) до него донесся тонкий, слабый, еле слышный, без сомнений, человеческий крик.

«О, Боже» — подумал узник. Он осмотрел свое подземелье. Здесь не было ни одного предмета мебели, за исключение невероятно тонкого грубого одеяла коричневого цвета на полу, на котором он пришел в сознание. Прислонившись к стене возле окна, он соскользнул вниз. И теперь сидел на сыром полу, прижавшись спиной к твердому камню, и снова подумал: «О, Боже».

Отсюда невозможно выбраться, из этого подземелья, из этой тюрьмы или чем это было. И даже, если выход есть, что тогда? Я нахожусь в Вотскоэк совершенно без каких-либо документов на мое имя. Нет паспорта, нет правдоподобной истории, и я не говорю на их языке.

«Возможно, я смогу предложить им кость взамен на мою свободу» — подумал он и когда он подумал, он также подумал что: — «Так вот, что они хотят, чтобы я думал. Ладно, хорошо, это, чего они хотят: они хотят, чтобы я думал, и я сделаю это. Возможно, я смогу обменять кость на свою свободу. Потому что другого выхода у меня нет?».

Но, одну секундочку. Если это то, что они хотят, чтобы я думал таким образом, так о чем же я не должен думать?

Ну, они хотят, чтобы я думал, что отсюда нет другого выхода. И в этом они правы. Я не думаю, что отсюда можно выбраться.

Надеюсь, парни позаботятся о той реликвии.

Тини зарычал:

— Ты потерял ее?

— И Дортмундера тоже, — заметил Келп. — Мы также лишились Джона.

— Плевать я хотел на Дортмундера, — был ответ Тини. — У него нет знакомого в ООН.

— Он может пробраться туда, — прокомментировал Марч.

— Пускай для начала выберется, — начал Тини, — оттуда, где сейчас находится. Меня волнует только одно: где это гребаное бедро Санты Ферганы?

— Федералы сперли его, — защищался Келп.

Грийк Крагнк сидел в любимом кресле Ж. К, поскольку она до сих пор не вернулась в город, и тихо стонал.

Сегодня должна была состояться триумфальная встреча, празднование, вечеринка в честь победы. Тини и Грийк дома у Тэйлор ждали, выжидали, переживали, чтобы задуманный план начался и закончился успешно, а тут пришли Келп и Марч с плохими новостями.

И Тини с Грийком им не обрадовались. Тини все больше и больше накалялся, становился агрессивным и вообще с каждой минутой все опаснее. С Грийком случился полный упадок сил. Судя по всему его, благородные надежды рухнули и похоронили под собой его бренное тело. Поскольку он просто резко свалился в кресло и растекся по нему как тающее мороженое, время от времени постанывал и часто бормотал себе под нос различные проклятия на венгерско-хорватском. Его слова точно звучали как проклятия.

— Мы должны вернуть ее обратно, — заявил Тини.

— Я знал, что ты так и скажешь, — сказал Келп.

— Они конфисковали ее, Тини. Ведь это отдел по борьбе с наркотиками. Если они конфискуют какую-либо вещь, то с ней уже можно попрощаться навсегда, они не вернуть ее. Все их вещдоки в дальнейшем используются спецгруппами, — пробовал объяснить Стэн.

Тини бросил на него быстрый взгляд:

— Интересно, каким боком нарки будут пользоваться костью в предстоящих спецоперациях?

— Покормят косточкой служебных собак? — предположил Марч.

И это было очень некрасиво, невежливо с его стороны по отношению к Грийку Крагнку, так как тот подорвался на ноги, и из его глотки вырвалось несколько коротких и резких замечаний на его родном языке.

Тини кивнул. Он не понимал венгерско-хорватского, но общий смысл душевных страданий своего брата он понял:

— Мы не можем так просто потерять кость, — не сдавался он. — Ведь это реликвия, священная католическая святыня и важный памятник истории.

— Артефакт, — догадался Келп.

— Верно, — согласился Тини. — Как бы то ни было, они сражались за нее и они верят, что где-то, но она по-прежнему существует, не затерялась. И если она исчезнет навсегда…

Грийк застонал.

Тини старался перекричать «музыку»:

— если никто не вернет ее, то прольется много крови на улицах. Эти люди будут убивать друг друга вплоть до последнего дитя, поверьте мне, они способны на такие зверства. Все дело в том, что у них нет чувства юмора. Я имею в виду… посмотрите на Грийка.

Так они и сделали. Кивнули. Они осознали, какую мысль хотел до них донести Тини.

Тини развел огромными ручищами и продолжил:

— Я говорю вам, парни. Вы должны пойти туда и забрать кость. И вы обязаны вернуться с нею обратно сюда. Или вы будете иметь дело со мной.

— Я знал, что ты так и скажешь, — сказал Келп.

Тини сердито смотрел на него:

— Если ты знал, что я поведу себя таким образом, да? Тогда, что ты до сих пор здесь делаешь?

— Ну, такие дела требуют времени, — оправдался Келп.

Тини приподнял одну бровь:

— Какие это дела?

— Ну, — начал объяснять Келп, — во-первых, если DBA конфискуют имущество, то, что они делают с ним? Где хранят? Тот пацан не захотел поделиться со мной информацией, но я позвонил другому пацану и мы договорились пообедать вместе.

Тини приподнял вторую бровь. Теперь он выглядел как взъерошенный ковер.

— Ты собираешь на обед? Что это за парень, из киноиндустрии?

— Нет, — ответил Келп. — На самом деле, он коп.