Не стоит любить лжеца
Шрифт:
Реми поспешил через танцпол. Шёпот стал громче.
— Не могу поверить, что она пришла сюда.
— Как думаете, она такая же, как и он?
— Это может быть наследственное.
Он был уже практически у двери.
— Близнецы. Говорят, близнецы разделяют… всё.
Гнев прошёл через его тело как удар молота, когда он распахнул дверь. Бальный зал располагался в элегантном отеле Нового Орлеана. Изогнутая лестница (одна линия пышной красной дуги) вела вниз на первый этаж. Кеннеди уже сходила с последних ступеней.
Он поспешил за ней.
А она быстра. Впечатляюще — на её-то каблуках.
Она свернула в узкий коридор. Тот, что был наполнен маленькими елками и бледными белыми фонариками. Бросилась вперёд, её платье развевалось за ней, шурша шёлком.
— Кеннеди!
Она запнулась от его зова, остановившись всего лишь на мгновение, и он увидел рядом с ней ожидающего швейцара. Когда Кеннеди оглянулась на него, Реми мог поклясться, что видел слёзы на её щеках. Да нет — невозможно.
У Кеннеди Кларк сердце должно было вырезано изо льда. Она не может плакать. Не здесь.
Кеннеди отвернулась от Реми и поспешила за дверь. Мужчина быстро открыл и придержал для неё дверь, пока она исчезала в ночи.
«О, чёрт, нет».
Мгновением позже Реми тоже прошёл мимо швейцара. Он ворвался в ночной воздух — воздух, таящий в себе лишь слабое лёгкое похолодание. Праздники приближались, но это же Новый Орлеан. В декабре температура вообще едва ли опускалась.
Кеннеди спешила к ожидающему лимузину, который стоял возле противоположного угла улицы. Она так быстро двигалась…
Так быстро, что не заметила машину, мчащуюся на большой скорости прямо на неё. Машину со слишком яркими фарами, едущую чертовски быстро.
— Кеннеди! — взревел он.
Она замерла. Казалось, что она, как пойманный олень светом фар, уставилась на машину, мчавшуюся к ней на встречу.
«Двигайся, Кеннеди, двигайся!»
Она прыгнула вперёд, но машина… она изменила направление и опять нацелилась на неё.
«Водитель нацелился на неё».
Не в его смену. Используя всю свою энергию, Реми поспешил к ней. Он схватил Кеннеди, и они оба полетели вперёд, когда он толкнул их к стоящему лимузину. Они упали на землю, он схватил Кеннеди и оттащил за заднюю часть лимузина, убирая её с проезжей части в тот момент, когда скрежет металла наполнил воздух.
Этот сукин сын только что протаранил лимузин. Машина, ударившая лимузин, немного накренилась на дороге.
Этот сукин сын чуть не убил Кеннеди.
Завизжали шины, и запах горящей резины наполнил воздух, когда машина умчала прочь.
— Боже, детка… — Реми обнял её крепче. — Ты в порядке?
Слеза соскользнула вниз по её щеке.
Глава 2
Сердце грохотало в ушах. Ладони кровоточили, потому что она поцарапалась о растрескавшийся тротуар, и Кеннеди едва могла перевести дух.
— Кеннеди? — он поставил её на ноги и теперь крепко удерживал. Великолепный незнакомец, которого она встретила на балу. Мужчина, обнимавший её как какое-то хрупкое сокровище на танцполе. Мужчина, не смотрящий на неё, как на уродца недели.
Мужчина только что спасший её задницу.
Его слегка шершавые кончики пальцев пробежались по её рукам, как будто он проверял наличие у неё травм. Но у неё не было никаких травм… ну ладно, кроме царапин. Впрочем, ничего серьёзного, благодаря ему.
— Кто ты? — слова просто взяли и вырвались из неё.
Его глаза (цвета тёмного шоколада) замерцали.
— Я уже тебе говорил, меня зовут Реми Сент-Клэр.
Он вел себя как какой-то супермен. И двигался так быстро. И…
— Тебя могли убить, — она оттолкнулась от него. — Держись от меня подальше, — она стёрла слёзы с щёк.
Его губы немного приоткрылись.
— Кеннеди! — она узнала взволнованный голос своего водителя. Генри, казалось, работал в её семье вечность. Он был не просто водителем. Он был советником, телохранителем, другом… чёрт подери, он был семьей. Практически единственный член семьи, что у неё остался. Генри оббежал лимузин, на его лице был написан страх, когда на него упал свет с соседнего уличного фонаря. — Ты в порядке?
«Вообще ни разу».
— В порядке.
Генри обвёл её взглядом. Ему было около шестидесяти, и он был в отличной форме и силён, как мужчина младше его в половину. Его работа — его религия, и мужчина сделал безопасность своим главным приоритетом.
— Это кровь на твоих руках?
«Да, чёрт возьми». Она спрятала руки за спину.
— Я в порядке, правда.
Реми заворчал.
— Её чуть не убили. В порядке даже не близко к тому, как она себя сейчас чувствует.
Она проигнорировала его.
— Ты в порядке, Генри?
— Я был на другой стороне машины, — он резко вдохнул и выдохнул. — Видел, как парень приближается. Как нацелился на тебя.
Да, и она тоже думала, что машина нацелилась на неё. Её взгляд упал на лимузин… левая сторона была искорёжена… рама смята, сильные следы удара от другой машины.
— Не волнуйтесь, видеокамеры уловили водителя, — голос Реми был глубоким и странно вкусным звуком. Она не должна считать его сексуальным не тогда, когда они стоят на уличном тротуаре на обозрении у всех вокруг. Не тогда, когда несколько сантиметров отделяли ее от удара внедорожника.