Не убежать от любви

Итак, он снова попал в немилость к прессе. Слова Доминика были во всех печатных изданиях и телевизионных новостях, но их смысл, как обычно, извратили.

Доминик с такой силой ударил кулаком по столу, что его руку пронзила боль. Он вовсе не отказывался поддержать благотворительный проект. Он отказался провести ночь в одной из картонных коробок перед зданием Сиднейского оперного театра. Его пожертвование было щедрым, но анонимным. Почему этого недостаточно?

Доминик закрыл лицо руками. В его жизни был период, когда ему приходилось ночевать на улице. Он не может к этому вернуться, даже если речь идет всего лишь о благотворительной акции. Его прошлое настолько ужасно, что он не может даже вспоминать о нем без содрогания.

Испытывая нехорошее предчувствие, он продолжил просматривать на экране статейки с негативными отзывами о нем и его компании, которые Роб Кретчит, директор отдела по связям с общественностью, предусмотрительно собрал в один файл.

Как и следовало ожидать, нахальные щелкоперы снова заговорили о его нелюбви к Рождеству, о которой всем уже давно было известно. Его в очередной раз неправильно процитировали. Да, он действительно не праздновал Рождество, но вовсе не по тем причинам, которые называла пресса. Больше всего его возмущало то, что его считали скрягой и что он попал в список самых скупых богачей Австралии. Это было очень далеко от правды.

Доминик был абсолютно убежден в том, что жертвовать деньги на благие дела нужно анонимно. Что на этом не следует делать себе рекламу. До сих пор он не обращал внимания на то, что о нем писала пресса, но на этот раз был вынужден прислушаться к общественному мнению. Он был в одном шаге от создания совместного предприятия с американской корпорацией, которую возглавлял человек, известный своей филантропической деятельностью и строгими нравственными принципами.

Поэтому у него нет другого выхода, кроме как публично доказать всем, что он не скряга. Он по-прежнему не желал рассказывать обо всех своих пожертвованиях на благотворительные нужды. Это было рискованно. Если бы он это сделал, охотникам за сенсациями не составило бы труда сорвать завесу с его прошлого.

Он пребывал в растерянности, пока Роб не предложил ему устроить у себя дома роскошный благотворительный прием, который запомнился бы всем надолго. В этом случае клеветникам пришлось бы надолго заткнуть свои грязные рты.

Доминику не хотелось впускать в свой особняк сотни людей, но он был вынужден пойти на эту жертву. Ему была очень нужна эта сделка, и если для того, чтобы она состоялась, нужно устроить в своем доме большую вечеринку, он ее устроит.

Проблема состоит в том, что все три организатора мероприятий, которых к нему на данный момент прислали, оказались некомпетентны, и он ответил каждому из них отказом после трехминутного собеседования. Сейчас пришла очередь четвертого. Доминик посмотрел на визитку, лежащую перед ним на столе. На ней было написано: «Андреа Ньюмен, компания „Королевы вечеринок“».

«Королевы вечеринок». Какое интересное название для компании. Оно не такое строгое и скучное, как у трех других фирм, с представителями которых он общался до этого. Но вот насколько высока деловая репутация этой фирмы? В конце концов, от успеха запланированного им мероприятия зависит выход его компании на международный уровень.

Доминик посмотрел на часы. Сегодня утром он работал дома. Андреа Ньюмен должна была прийти через несколько минут. По правде говоря, он сомневался, что четвертая претендентка произведет на него лучшее впечатление, чем три ее предшественницы. В любом случае он был готов ее выслушать.

Только он об этом подумал, как в дверь позвонили. Что ж, по крайней мере, Андреа Ньюмен пунктуальна.

Спустившись по мраморной лестнице, он открыл дверь. Стоящая на крыльце женщина не обладала классической красотой, зато в ней было что-то более интересное. У нее было скуластое лицо, обрамленное мелированными светлыми волосами. Но больше всего его поразили ее яркие зеленые глаза. Она показалась ему привлекательной, и он рассматривал ее чуть дольше, чем следовало. Судя по тому, что один уголок ее рта приподнялся, она это заметила.

– Доброе утро, мистер Хант. Я Энди Ньюмен из «Королев вечеринок». – В ее голосе слышалась приятная хрипотца. – Спасибо, что дали мне код от ворот. Ваш дом напоминает неприступную крепость.

– Код обновляется после каждого использования, мисс Ньюмен, – ответил Доминик, продолжая ее рассматривать.

Она была высокого роста. На ней была пестрая многоярусная юбка из тонкой шелковистой ткани, облегающий рыжий жакет и босоножки на каблуках с ремешками, обвивающими ее стройные лодыжки. На плече у нее висела мягкая кожаная сумка. Она выглядела стильно и необычно для деловой женщины. Это давало надежду на то, что ее идеи окажутся более оригинальными, чем у трех ее предшественниц, которые пришли сюда в строгих офисных костюмах и с портфелями.

– Энди, – повторила она и продолжила что-то говорить о системе безопасности.

Внезапно подувший ветер поднял спереди ее юбку, обнажив стройные бедра и край красных трусиков. Доминик старался смотреть куда угодно, только не на ее ноги, но это было невозможно.

– Ой! – воскликнула она и, поймав передний край юбки, опустила его. Едва она успела это сделать, как ветер поднял юбку сзади.

Пока она пыталась поймать и опустить подол, ее волосы разметались, а на скулах проступил румянец. Она непринужденно рассмеялась, и Доминик сжал руки в кулаки, чтобы не броситься ей на помощь.

Ветер стих так же внезапно, как и начался, и ее юбка опустилась, но женщина на всякий случай прижала ее рукой к бедру.

– Вот тебе и произвела первое впечатление, – печально улыбнулась она.

На мгновение их взгляды встретились, и Доминик снова отметил про себя, что она красива.

– Бывает и хуже, – сказал он. – Мне интересно узнать, что за этим последует.

Энди не знала, что на это ответить. Стоя на пороге фешенебельного особняка Доминика Ханта, находящегося в престижном районе Воклюз, она впервые за все время своей карьеры чувствовала, что может потерять самообладание, которым всегда так гордилась.