Чтение онлайн

Тимур ко мне направился, намереваясь на руках понести. Только за талию успел обхватить руками, как раздался мощный взрыв, заставляющий умолкнуть все живое вокруг. Тим поддался вперёд, прикрывая меня своим телом, а затем нас просто оглушило, наверное, как при контузии.

Ночную тишину нарушали звуки кричащих автомобильных сигнализаций, а где-то за спиной догорал наш свадебный автомобиль. Перед глазами всё пеленой покрылось, туманом. Сознание сковало необъятным страхом. Я боялась открыть глаза и посмотреть перед собой.

— Живая? — Тимур тряс меня за плечи, добиваясь ответа. А я только глазами быстро-быстро моргала, не сумев прийти в чувства так быстро, как сделал муж.

В скором времени подбежали гости. Так и окружили нас со всех сторон. Я никак не реагировала на происходящее. Просто сидела на асфальте, прижимая дрожащие пальцы к груди.

— Нас хотели убить. Нас хотели убить… — повторяла снова и снова, когда вернулась речь.

Черный брабус увозил нас прочь от гостиничного комплекса. Я сидела на переднем сиденье, нервно теребя пальцами грязное свадебное платье. Тимур сосредоточенно крутил руль, время от времени поглядывая на меня. Мы молчали, каждый о своем. Вольский не посвящал в свои планы, лишь один раз обмолвился, что нам небезопасно оставаться в родном городе. Поэтому наш автомобиль держал курс в сторону столицы.

Я даже не пыталась задавать вопросов. Слишком много событий произошло в день свадьбы. Сначала Ариевский, который заявился пьяным и поставил ультиматум: "Через минуту придёт твоя подруга. Решай, ты готова уйти со мной?". Но я не ушла, хоть внутренний голос твердил о совершенно другом. Безусловно, я думала о нем. Думала, что наша любовь взаимная и лишь из-за стечения обстоятельств мы не могли быть вместе. Оказалось, так думала только я, иначе — что это вообще было с его стороны? Почему не потрудился всё объяснить, а целоваться сразу полез? Ещё этот сарказм, что сквозил в каждом слове просто: "Ты счастлива? А, лисёнок? Ты счастлива?". Издевался, что ли? Ведь знал, как сильно хотела быть с ним. Не мог забыть последнюю встречу, когда я сидела на полу лестничной площадки и умоляла его быть вместе, несмотря на все трудности! Струсил тогда или, может быть, не нужна была ему я? А я всё помнила, хоть и старалась забыть. Помнила тот холодный взгляд глаз цвета стали и кривую улыбку, с которой он говорил: "Исчезни навсегда из моей жизни. Не люблю я тебя, понимаешь? У нас с тобой был только хороший секс, вот и всё".

А я и исчезла, почти. С моста в тот вечер хотела спрыгнуть, настолько больно было в сердце, будто по нему танком проехались. Но Тим вовремя появился и увел меня с того проклятого моста. И, вроде, жизнь наладилась. Я даже думать о нем почти перестала. Замуж вышла за хорошего человека, как он и просил. Но он снова появился в моей жизни. Сам появился, когда я об этом и не просила даже. Оказалось, я только в мыслях своих такая смелая была, представляя, как сбегаю со свадьбы с любимым мужчиной, да жизнь по-другому решила. Тогда в беседке я поняла, что не смогу быть настолько жестокой по отношению к Тиму. Что неправильно будет выставлять его дураком перед всеми гостями, да и не только. Я же обещала никогда не предать Вольского, обещала быть вместе и в горе, и в радости, когда он надевал на мой безымянный палец правой руки платину.

А затем прогремел мощный взрыв. От страха сердце в пятки ушло и сидело там, пока Тимур в брабус не усадил и не увез из того гостиничного комплекса. У жизни были припрятаны сюрпризы на каждом углу, получается. То, что мой муж был необычным человеком — я давно поняла. Поняла с того раза, когда на моей работе Тим устроил цветочную лавку. Но я никак не предполагала, что за необычностью может скрываться гораздо больше. Было страшно, как никогда. Страшно от того, что в день свадьбы нас чуть не убили. Да и вообще, с какой «кстати» кому-то понадобилась наша смерть? А, может быть, всё было нелепой случайностью?

Я продолжала молчать всю дорогу. Глаза сонно слипались, но я не хотела засыпать. Боялась закрыть глаза и никогда больше не проснуться. Тимур, шумно дышал, куря сигареты одну за другой.

— Ты действительно готова была уйти с ним? — Низкий голос раздался, вырывая меня из пучины раздумий.

— Нет, — ответила, не сомневаясь и секунды. — Высокого же ты обо мне мнения, муж.

— А чего так, жена? Мне ведь не показалось, что ты с особым энтузиазмом отвечала на его поцелуи. — В его словах сквозила неприкрытая горечь, отчего надрывались струны в душе.

— Ты тогда там был и все…

— Видел. Собственными глазами, Алеся, — закончил за меня Тимур, а затем как-то резко засмеялся, будто наигранно. — Вот видишь, как получается, жена. Нас чуть не грохнули два часа назад, а я не могу ни о чём другом думать, как о тебе. Не получается стереть тот маленький эпизод, который для меня был ударом в под дых. Ну, как ты, Лисёнок, счастлива со мной, а?

Думала, сквозь землю провалюсь от подобной прямолинейности. Не ожидала, что Вольский тогда рядом был и всё видел. Когда в ресторане давал носовой платок, чтобы стереть следы от помады, думала, просто обо всем догадался. А оказалось всё гораздо прозаичнее.

— Я не знаю, что тебе ответить, — только и смогла выдавить из себя, хотя в голове крутились совсем другие словечки: колкие и обидные.

— Тогда не отвечай. В себе лучше разберись. Сама у себя спроси, чего ты хочешь. Если ты готова перечеркнуть всё, что нас связывает, то только скажи. Прямо скажи, без вранья. Я тут же разворачиваю машину и отвожу тебя, куда скажешь. Решай, Алеся. Готова пойти за ним или останешься здесь, со мной? — Тимур действительно остановил автомобиль. Вышел из него и закурил сигарету, нервно затягиваясь серым дымом.

Свет, исходящий от фар, освещал мужской силуэт. Я смотрела на него, пытаясь понять, о чём думал владелец силуэта. Но все было тщетно. Я не умела читать мысли. Из машины вышла. На шатающихся ногах подошла к Тимуру и остановилась на расстоянии вытянутой руки. Обнять его захотелось, да только Тим отряпнул, едва я успела коснуться плеча.

— Решила? — Искоса посмотрел, а затем глубокий вдох сделал, ожидая ответа.

— Я с тобой, — сделала ещё одну попытку обнять, и в этот раз он сам прижал к своей груди.

Зарылся лицом в волосах, а рукой за затылок ухватился, слегка вонзая пальцы:

— Если ты решила остаться со мной, то это до конца, чтобы тебе не пришлось пережить. Обратной дороги не будет, ты поняла? Ты теперь только моя, — его голос хрипел. Он шептал мне на ухо "моя", а у меня мурашки ползли по спине.

Я не знаю, сколько мы вот так стояли, плотно прижимаясь друг к другу, но трель мобильного телефона Тимура заставила вернуться в реальность. Вольский потянулся к карману брюк, едва не кривляясь, прочитав имя абонента.