Чтение онлайн

Кира остановилась, но не повернулась к Эдерику лицом, хотя его колючий взгляд жег спину и затылок. Она переспросила:

– Простите, как вы меня назвали?

Воин тоже остановился, в паре шагов от подопечной, но на этот раз не спешил вести разговор. Подумал, взвесил все «за» и «против» и лишь после произнёс, правда иное:

– Наша раса гораздо многочисленнее, чем думают люди. И им следовало бы быть нам более благодарными.

«Выразился, будто я не отношусь к их числу…»

Затея разболтать угрюмого охранника Кире уже не казалась такой радужной. И она не сдержалась, резко обернувшись, прошипела Эдерику в хмурое лицо:

– Благодарными за что? За то, что вы вынуждаете их идти на смерть? За то, что матеря и отцы вынуждены отдавать вам своих дочерей, дабы спасти поселения?

Синие глаза Киры горели огнём негодования, губы поджаты, кулаки стиснуты, рыжие волосы каскадом раздувал ветер. Весь вид девушки говорил, что она думает обо всех мегиллах вместе взятых.

Эдерик в свою очередь пристально следил за мимикой подопечной. И понял, что ранее сложенное о ней мнение, оказалось ошибочным. Он–то думал, девица глупа и недалёка. Шипит, точно змея, отвергая лианда, не понимая, как ей повезло, что один из верховных мегиллов потерял от неё голову. А то, что потерял, воин теперь не сомневался. Сейчас Эдерик видел непокорный, вздорный характер, не по возрасту умные глаза. Видел крепкий стержень в хрупком стане. А ещё ощутил её тоску и боль…

– Однако, взамен мы выполняем любое условие кровной сделки. Согласитесь, Кириния – это ценный обмен.

– Но это не отменяет тот факт, что вы просто шантажируете людей, – припечатала пленница лианда.

Страж хмыкнул, девушке даже почудилось, будто тот чуть улыбнулся. И Эдерик парировал:

– В мире выживает сильнейший, ринари, – воин сложил руки на груди, его крылья за спиной шелохнулись. Он смотрел прямо красными, сродни крови глазами, давая понять, что принимает вызов Киры. Её точку зрения.

– Когда–нибудь, люди найдут способ, как бороться против вас, мегиллы, – Кириния отвернулась, устремив взор вглубь аллеи.

– Не сомневаюсь, ринари.

– Оставьте меня, пожалуйста. Я хочу побыть одна. Уверяю, что не покину пределы этой аллеи.

Эдерик оставил, молча удалился. Но Кириния знала, что тот всё равно наблюдает за ней. Пусть и так, главное, она не ощущает его присутствия. Обманчивое, но всё же одиночество.

Девушка побрела вперёд, повинуясь своей интуиции. Аллею украшали различные громоздкие кованые фигуры птиц и статуи дев. Художнику настолько удалось передать грацию нимф, что казалось, будто те просто замерли в движении. Заснули вечным сном. Множество цветов и свисающих с деревьев лиан, чудно дополняли заданный образ, заставляя наблюдателя, верить в иллюзию приостановившегося времени.

Не удержавшись, Кириния провела ладонью по силуэту каменной девы, затем дальше, она перебиралась от одной нимфы к другой, чувствуя в душе странное умиротворение. Но когда коснулась в очередной раз, ей вдруг послышалось тихое:

– «Больно… одиноко и больно…»

Кириния испуганно одернула ладонь, ту покалывало, и заозиралась по сторонам. Но никого больше не было на аллее, лишь протяжно завывал ветер, да стояли статуи. Неверующе девушка снова прикоснулась к последней нимфе… и никакого голоса не раздалось.

– Наверное, воображение разыгралось.

Кира уже успокоилась и поспешила уйти, однако, в спину долетели слова:

– «Тяжело… говорить… Приходи в полнолуние… и узнаешь, кто ты…»

На сей раз Кира вскрикнула, сердце зашлось в быстром ритме, пульсирующие удары отдавались в голове. Девушка в панике оглядывалась, и ноги её подкосились от накатившей вмиг слабости.

– Кириния! – сквозь звон прорывался голос Эдерика, страж похлопывал подопечную по побледневшим щекам. – Кириния, очнитесь!

Оглушающий звон стих, и девушка сфокусировала взгляд на воине. Тот облегчённо выдохнул и спросил:

– Что произошло?

– Не знаю… – Кира растерялась, не желая говорить правду. Но Эдерик выдвинул предположение сам.

– Должно быть, привязка. Лианда долго нет рядом, и контракт высасывает силы.

Эдерик подхватил на руки подопечную и понес в замок. Кира радовалась такому умозаключению и в последний раз бросила взгляд на статуи. Те по–прежнему стояли неподвижно в своей красоте.

***

На закате замок всполошился, будто улей с дикими пчелами. Кириния после приключений отдыхала в покоях лианда, туда впопыхах нагрянула рабыня и сообщила Эдерику, что наконец, вернулся верховный Хандер. Страж скоро засобирался и покинул гостиную, пообещав девушке, позже всё рассказать.

Но время текло, а известий так и не было. И Кира сама того не ожидая, начала волноваться. Предчувствие шептало, что мегилл может оказаться ранен, но тогда, почему же он не призовет её? Ведь ему нужна её энергия для регенерации.

«Может, ему уже помогли другие…?» – шептал внутренний голос.

Это не являлось отголоском ревности, нет. В другой ситуации, Кира бы только порадовалась сей перспективе. Но… что если он всё–таки охладел? Что если в странствиях ему повстречалась другая? И мегилл разорвет путы контракта, а Кириния обретет долгожданную свободу.

Но нужна ли свобода, когда остались не разрешённые вопросы?

Любознательность являлась неотъёмной чертой характера Киры. Да и кому бы не хотелось узнать правду о своём происхождении? Однако, если пыл мегилла действительно остыл, то это станет невозможным.

«Что ж, нужно действовать, а не сидеть сложа руки!»

Девушка метнулась к зеркалу, поправила прическу, разгладила складки синего платья, чувствуя себя при этом мерзко: «Будто наложница, спешащая ублажить своего прогневанного хозяина!»

Скривив гримасу, Кириния коснулась граней бардового камня на браслете, его дал ей Эдерик – амулет вызова на случай опасности. Хотя девушка почти и не надеялась, что воин явится. Но страж вошёл в покои через пару мгновений, точно только и ждал, когда его позовут.