Чтение онлайн

Верховный Приам рассказал Еве оставшуюся часть истории, когда та очнулась.

Савьен и Виттарион были тогда лучшими друзьями, первый, применяя магию земли, добывал драгоценные камни из недр островов, изучал их и коллекционировал, а Виттарион готовился к будущему посвящению третьего глаза. Они были молоды, амбициозны и полны решимости изменить этот мир. Савьен в погоне за своей мечтой раскрыть тайну кровавого камня, был убежден, что в камне скрыта совсем иная тайна, чем та, что знали все. Так, например, благодаря, своим исследованиям, Савьен сделал вывод, что кровь nebesis до восемнадцатилетия и кровь после образует сангетумы, с совершенно разными свойствами. Когда Виттарион ради сына нарушил законы, Савьен помог ему, ничего не требуя взамен, у него не было ни жены, ни детей, только лучший друг, ради которого он пошел на все. Но спустя год случайная связь пророчила и Савьену стать отцом, от роли которого он сразу отрекся и попросил Виттариона избавиться от ребенка, независимо от наличия метки. Но одно дело пойти против природы ради спасения, ради выживания, ради любви, и другое… И Виттарион отказал, отказал лучшему другу. Это рассорило друзей, с тех пор они не общались и не пересекались целых двадцать лет.

Кто бы мог подумать, что этим ребенком буду я. И уже тогда он хотел избавиться от меня, и видимо метка моей матери, сыграла ему на руку, и я не осталась на Небесах.

А теперь, Савьен схвачен, и ожидает своего приговора. Скорее всего, он будет изгнан, как и Фейерия, и я не стала этого дожидаться. Единственным моим желанием, как только я пришла в себя и узнала, что портал открыт, было – вернуться. До боли в глазах пройти через кровавое туманное марево, содрогаясь от мысли, что вокруг одна сплошная кровь, моя кровь.

Теперь я понимала, что именно открыло портал, но вместе с некоторыми ответами, возникали и новые вопросы. Почему это было единственным условием Юлиана? Знал ли он, что расплавленный предсмертным вздохом хозяина, сангетум открывает портал? Если знал, означает ли это, что он причастен к этому? А может и рука, вонзившая рукоять кинжала мне в грудь, была направлена им?

Я обернулась, портал светился и даже не пытался исчезнуть. Не оставлять же его открытым?! Даже если случайно забредших сюда не было и быть не могло – кому понадобится столь отдаленное и заброшенное место на краю города?

Но все же, стоило подстраховаться, легкий налет иллюзии лег на стены старой часовни, скрыв ее от посторонних глаз.

Я спешила, утро уже было в самом разгаре и мне так хотелось наконец-то обнять тех, кого я покинула. Порталы на расстоянии уже были для меня привычным делом и, пересекая расстояние от часовни до своего дома, я все время ощущала, как сильно бьется мое сердце.

Волнение лишь усилилось, стоило мне увидеть знакомые очертания домов. Всколыхнулось самое родное чувство – я дома!

– Мама! – крикнула я у порога, – Лаура!

Дернув за ручку двери, с некоторым разочарованием поняла, что она заперта. Я конечно и не надеялась на пышную встречу, но не думала, что дом окажется пуст.

Оглянувшись вокруг, прикоснулась ладонью к двери и замок тут же щелкнул.

– Глория!? – позвала я, углубляясь внутрь гостиной. Я осматривалась, касаясь всего, что ловил мой взгляд, проводя рукой по перилам лестницы, вспоминая, не только следы от незваных гостей на них, но и как Лаура спустилась с нее, обнимая и впервые называя сестрой.

Воспоминания одно за другим всплывали в моей памяти, а я, улыбаясь, наслаждалась ими.

Куда же так рано они отправились? Внезапная мысль сорвала меня с места и подтолкнула на лестницу, вверх. На второй этаж я не вбежала, а взлетела, настежь распахнув дверь в свою спальню.

Комната была пуста, как и весь дом, кровать заправлена, вещей нет. Во мне просыпалась паника – что случилось за время моего отсутствия? Где Томас? Входя в портал, я была готова к тому, что проход через него заберет у меня пару месяцев жизни, именно поэтому старалась сократить это до минимума. И теперь страх, что за этот срок могло произойти неотвратимое, проснулся во мне.

Я рванула к окну – новая надежда вспыхнула во мне. Только бы застать Алана и Лею! Перебегая дорогу и приближаясь к ограде соседского особняка, я молила небеса, чтобы те оказались дома.

Но и тут меня ждало разочарование. Куда же все подевались? Я прошлась по пустому дому, слушая свой шорох и мерное раскачивание маятника часов. Орден распущен, – мелькнула мысль, стоило скользнуть взглядом в темноту знакомого коридора.

Я вернулась, но где-то внутри меня уже прорастало зерно сомнений, а нужна ли я этому миру?

Стопка бумаг на камине, привлекли мое внимание, как только я вновь окинула взглядом гостиную, вернувшись, домой. Я подошла ближе, взяла белый конверт в руки и развернула его. Пробегая глазами по строчкам, неожиданно наткнулась на свое имя – положительный ответ дирекции Транснационального университета Швейцарии принять Еву Гиллмор на первый курс обучения с выбором факультета по желанию.

Сердце взволновано забилось. Они не забыли обо мне – помнили! Сладкой радостью наполнилось мое сердце, и, не мешкая ни минуты, я пробежалась взглядом по адресу и глубоко вздохнула.

Портал быстро перенес меня в нужном направлении, мягко скрыв иллюзией. Передо мной раскинулась центральная площадь университета, огромное трехэтажное здание которого возвышалось полукругом над торжественным собранием перед входом.

– Сегодня мы приветствуем своих новых студентов, изъявивших желание продолжить обучение в стенах нашего университета, – услышала я часть приветственной речи, подходя ближе, – Перед вами открываются двери в мир науки, творчества и искусства. Мы надеемся, что вы проявите во время обучения свои самые лучшие качества – любовь и преданность своему выбору, трудолюбие, человечность, постоянное стремление к новым знаниям, уважение к традициям университета и факультета, заложенные предшествующими поколениями!

Дальше я не слушала, потому что мои глаза наполнились слезами, а сердце потянулось вперед. Среди стоявших, в толпе, я увидела знакомые лица. Лаура, Таша и Алан, ожидающие вручения студенческого билета из рук главного ректора университета.

Ректор называл имена, и новоявленный студент поднялся за блестящей корочкой билета.

– Лаура и Ева Гиллмор!

– Здесь! – крикнула я следом и, улыбаясь сквозь слезы, слилась в толпе ожидающих будущих студентов. Я поднялась на сцену первая, Лаура, все еще не веря своим глазам, замешкалась на долю секунды и в порыве бросилась ко мне.