Чтение онлайн

Искать засранцев, которые хозяйничают на моей земле и насилуют без меня, пришлось недолго. Я просто подошёл к лошадям, после чего было достаточно повернуть голову направо, чтобы увидеть чуть выше по склону трёх человек: двух парней и одну девушку.

Догадаться, кто кого насилует, было несложно. Парни вдвоём уже завалили какую-то девчонку прямо на листву, и пока один её держал, второй уже задрал юбку и стащил с девчонки панталоны, пытаясь пристроиться к брыкающейся между ног, пока она упрашивала их остановиться. Они были так увлечены своим занятием, что даже не услышали, как я подошёл, хрустя листвой под ногами.

Вообще, по мне, упрашивать насильников остановиться довольно странно. На что она надеется? Что они такие: «Ой, извините, пожалуйста, а мы думали, можно», — ответят и уйдут? Нет, может быть, конечно, такой вариант тоже нельзя исключать, и тем не менее, как по мне, шансов на такой исход было маловато.

— Эй, парни, — позвал я.

Ноль реакции. Им было куда важнее сейчас забороть девушку.

— Эй! — уже громче позвал я.

— Проваливай, смерд, пока мы тебя не убили! — огрызнулся один из них, даже не обратив на меня никакого внимания.

Ага, благородные…

Это понятно просто потому, что, во-первых, они назвали меня смердом, как обычно простолюдины друг друга не называют; во-вторых, даже не испугались и не прекратили, а значит, не боятся последствий и чувствуют себя хозяевами. Обычно такое можно было наблюдать только за аристократами, для которых обычные люди где-то между вторым сортом и скотом, с которым можно делать всё, что угодно.

Но не на моей земле!

Я огляделся, после чего поднял несколько камней. Подкинул один в руке, взвешивая его, после чего замахнулся и швырнул прямо в задницу тому, что забрался уже на девушку.

Эффект был мгновенный: тот вскрикнул, как баба, подпрыгнул, слетел с девушки и начал кататься по листве, как после укола цефазолина, держась за задницу. Да, признаюсь, я не сдерживался. Второй тут же подскочил, выхватив какой-то тонкий меч, и обратился ко мне.

— Теперь вы меня услышали, — произнёс я спокойно, подкидывая в руке камень.

— ТЫ! — он аж задыхался от ярости. — ТЫ КАК ПОСМЕЛ, ГРЯЗЬ, ПОДНЯТЬ РУКУ НА НАС?! ТЫ ЗНАЕШЬ, КТО МЫ?! ЧЬИ МЫ ДЕТИ?!

О, ну началось, ссыкливые детишки прикрываются своим положением…

— Да мне насрать, чьи вы дети. Это не ваша земля, и вы не имеете здесь права ничего делать. Оставили девчонку и проваливайте, — кивнул я на лошадей.

— Я барон Ван Крайдерс, смерд! За это с тебя снимут кожу и бросят на съедение свиньям… — шагнул он ко мне.

— Ещё шаг, и я брошу камень тебе в лицо, — предупредил я.

К тому моменту уже и второй оклемался. Только его жизнь ничему не учила — вскочив, он выхватил меч и попытался броситься на меня.

— Я ТЕБЯ…

Что он там меня, я не услышал, потому что остальная часть исчезла в его вскрике, когда камень прилетел ему прямо в колено, заставив запнуться и упасть, корчась на земле от боли и скуля.

— Я Самсон фон Хертвёрд, полноправный хозяин этих земель, поэтому, пока я вас тут не закидал камнями, подняли свои жопы и свалили, — предупредил я. И, заметив, что второй явно раздумывает, напасть или нет, добавил: — Если я не промахнулся по ноге с такой дистанции, не промахнусь и в голову.

А кидал я камни метко. В снежки ещё в школе натренировался, простреливал восемь из десяти рож. А ещё иногда мы делали бронебойные снежки, пряча там камень, поэтому опыт метания у меня был.

— Ты только что кинул камень в виконта Нойберга, — предупредил тот сквозь зубы. — Кем бы ты ни был, ты не жилец. Его отец…

— Тебе глаз, что ли, выбить? — уточнил я, подбросив камень и замахнувшись.

Тот трусливо дёрнулся, прикрывая голову, даже несмотря на то, что держал в руках меч.

— Проваливайте.

— Это тебе с рук не сойдёт, кусок говна… — проскулил раненный в ногу. — Ты будешь подыхать очень и очень долго, а я нассу тебе на лицо прямо перед твоей смертью и…

И получил ещё один камень в плечо, только на этот раз я кидал не так сильно.

— Ещё слово, говнюк, и я выбью тебе зубы, — предупредил я.

Они были не более чем избалованными детьми, которые залезли в чужой огород. Я отвечаю, даже если мы сразимся на мечах, я смогу их победить. Даже с тем, что сам фехтованием занимаюсь всего ничего. Во-первых, потому что я просто физически сильнее из-за того, что небесный всадник, а потом, очень сомневаюсь, что такие избалованные куски говна вряд ли уделяли ему действительно много времени.

Ненавижу таких тварей. Этих скользких мелких уродцев, этих гопников, которые выбирали себе в жертвы тех, кто слабее. Мне и в школе они создавали проблемы, так потом ещё и стучать бежали первее всех. Поэтому да, желание забить обоих здесь и сейчас было высоким.

Но ничего, придут ко мне ещё раз, можно будет взять дракона и сжечь их всех дотла. Как там Серафина рассказывала мне? Что однажды им какой-то влиятельный герцог перешёл дорогу, и они его сожгли, а им даже слова не сказали? Думаю, и в моём случае тоже все закроют глаза, если я тут филиал ада устрою, тем более я персона довольно особенная.

Я отошёл в сторону, пропуская обоих мимо, красноречиво подкидывая в руке камень. Они смотрели на меня взглядом, будто пытались силой мысли заставить меня загореться. Не получилось. Спустились к дороге и уже оттуда виконт крикнул:

— Мы ещё встретимся, ублюдок!

— Жду с нетерпением, — помахал я им рукой, после чего оба были таковы.

Теперь мы были здесь одни. Ну, то есть я и девушка. Она смотрела на происходящее и пыталась не отсвечивать, притворившись частью пейзажа. Ну а что ей ещё оставалось делать?

Оглядевшись, я поднял панталоны с земли и протянул ей.

— С-спасибо… — промямлила она.

— Не за что, — пожал я плечами. — Они часто сюда захаживают?

— Как не стало хозяев — да. Схватят кого-нибудь, снасильничают, и ничего с этим поделать нельзя. А теперь станет только хуже, — посмотрела девушка на меня с жалостью. — Они придут за тобой.