Чтение онлайн

Но этот подлый удар по движению «Держава», по нему лично, по сучке Альбине, которая сейчас где-то носится по городу, вся перевязанная, как и он сам. Не простит! Из-под земли достанет!

А все Горденко со своими наемниками! Он их обязательно найдет. Пусть этот офицерик подохнет, как его поганый братец. Вся семейка их ничтожная пусть горит в аду!

Он пыхтел от злобы, пил коньяк крошечными рюмками и не мог успокоиться. И где теперь прикажете искать этих подонков? Упущен целый день. Они уже могли доехать до Киева, до Донецка, до Одессы, куда угодно!

Нет, это вряд ли, у Горденко больная мать, далеко он с ней не уйдет. Нужно проверить все пансионаты, санатории, районные больницы и частные медицинские учреждения.

Черт возьми, Горденко ведь не может сбежать, не поквитавшись с людьми Кондратюка и лично с ним, Василием Егоровичем Матусевичем! Если он прибыл отомстить за брата, то должен располагать хоть какой-то информацией о том, что случилось на самом деле. Ведь чистка главных городских чиновников и ночная свистопляска с поджогами – это только полдела.

Такая мысль была не особо утешительной. Василь Егорович поежился, опасливо потрогал повязку на голове. Ничего, он в безопасности. У входа джип с верными людьми, за шторами стоят еще двое громил.

Сработал сотовый. Матусевич схватил его и подумал, что жутко истосковался по хорошим новостям.

– Василь Егорович? – У абонента был серьезный, но взволнованный голос. – Из милиции беспокоят. Старший лейтенант Рынкевич, уголовный розыск. Ваш номер дал мне капитан Игнатенко. Он сейчас временно замещает…

– Короче, старлей, – перебил Матусевич. – Что надо?

– Тут такое дело, Василь Егорович. Возможно, это ложный след, кто знает. Мне позвонил мой информатор, он работает на заправочной станции в Киржановке – это северный выезд из Калачана, недалеко от Жмыхова. Примерно десять минут назад трое мужчин заправляли «Жигули» фиолетового цвета. Они были очень довольны, смеялись. По приметам один из них очень уж похож на Антона Горденко. Судя по разговору, который перехватил мой информатор, они собираются в Киев. Залились, потом зашли в магазин на заправке, где есть кафе. Один из них сказал, что нужно перекусить перед дальней дорогой. Василь Егорович, я не готов поручиться за достоверность информации, это может быть пустышка, но все трое, по словам источника, слишком возбуждены. Возможно, они выпили…

Матусевич не дослушал, отключил телефон. В следующий миг он уже выносился из своего закутка, позабыв про недопитый коньяк.

– В машину, живо! – проорал Василь Егорович своим ошеломленным охранникам. – Кондратюка мне! Всю его группу в ружье! – Матусевич прыгнул на заднее сиденье машины, дрожа от нетерпения, набрал номер жены. – Альбина, радость моя, мы засекли их! Это Крижановка, автозаправочная станция!

Дисциплина в боевом крыле общественно-политического движения была поставлена хорошо. Карателям дозволялось многое, но и требовали с них по первое число. Собрать группу оказалось делом нескольких минут. Люди прибывали из разных частей города, вооруженные, трезвые, готовые к любой акции.

Уже начинало смеркаться, когда к автозаправочному комплексу, находящемуся практически в чистом поле, подкатили пять мощных внедорожников. Два проехали дальше и перекрыли выезд, три закатились на территорию комплекса.

Из них выгружались хлопцы с сосредоточенными лицами. Все до единого были вооружены пистолетами, помповыми ружьями, у нескольких человек были автоматы Калашникова.

По команде рослого здоровяка боевики разбежались по комплексу. Одни двинулись на заправку, другие – в магазин, совмещенный с закусочной.

Из помпезного белого «Мерседеса» выбрались Василь Егорович и его дражайшая половина. У мужчины была перевязана голова, у женщины – руки от локтей до запястий. На обеих ее щеках красовались крестики лейкопластыря.

Оба дрожали от нетерпения, жадно озирались, но испытывали бездну разочарования! В пределах комплекса не было ни одной машины, похожей на фиолетовые «Жигули». На заправке, в магазине, в кафе тоже не оказалось никого с приметами фигурантов.

Боевики носились по подсобным помещениям, осматривали каждую щель. Они выгоняли испуганных посетителей из магазина и кафе. Их было немного, и явно не те.

Матусевич выл от отчаяния. Он решил, что завтра же лично набьет морду этому горе-менту из уголовного розыска, а потом его с треском уволят оттуда.

– Придурок, ты чего резину тянул? – набросилась на него дражайшая супруга, кипя от бешенства. – Они уже давно уехали!

– Кондратюк, допросить персонал! – прорычал, потрясая кулаками, Матусевич. – Где эти люди, когда уехали, в каком направлении?!

– Сынки, а кого вы ищете? – К ним, прихрамывая, подошел пожилой мужчина в комбинезоне, видимо, работник АЗС.

Матусевич сдержался, не стал орать, понизил голос, обогатил его доверительными нотками:

– Фиолетовые «Жигули», папаша, трое мужчин крепкого сложения. Совсем недавно они здесь заправлялись и, возможно, заходили в магазин…

– Так бы сразу и сказали, – заявил работник. – Да они совсем недавно уехали, может, минуты четыре-пять…

– Куда?! – хором взревели Матусевич с Альбиной.

– Так в поле. Вон туда. – Он показал пальцем в северном направлении. – Проехали метров полтораста, свернули налево, на полевую дорогу, да и покатили по ней вон к тому лесу. Я еще подумал, странные какие-то парни, зачем им к лесу-то?

Матусевичи даже благодарить его не стали. Пусть радуется, что цел остался! Они дрожали от нетерпения. Все по коням! Взмыленные боевики прыгнули обратно в машины, водители ударили по газам.

Колонна вынеслась на шоссе и через сто пятьдесят метров стала сворачивать на грунтовку. Проселок петлял по лугам, среди вянущего клевера и одуванчиков. Дорога постепенно приближалась к опушке леса.

Есть контакт! Попались! Метрах в тридцати от опушки среди кочек стояли фиолетовые «Жигули» седьмой модели с поднятым капотом. Над двигателем склонились трое мужчин. Сломались, болезные! Есть еще Господь Бог в этом мире!