Чтение онлайн

— Никто из замка не идет сюда, — огорчился Ральф.

— Ральф, кучер в экипаже дожидается нашего возвращения, но я не могу уйти отсюда без Тристана. Если сию же минуту никто к нам не выйдет, я стану звонить в колокол, пока не сведу их с ума этим звоном, — распалилась Камилла.

Она стояла, выжидая, скрестив руки на груди.

Теперь Ральф принялся расхаживать перед воротами.

— Никто не идет, — повторил он.

— Ральф, но ведь замок не рядом с воротами. Слуге наверняка пришлось доехать до замка, найти хозяина, а затем нужно еще возвратиться к нам.

— Мы так и заночуем под воротами, — пророчествовал Ральф.

— Что ж, тебе ли не знать, как нарушать границы частных владений, — поддразнила Камилла.

— Тогда надо приниматься за дело.

— Надо ждать, — твердо сказала Камилла.

Она боялась, что Ральф окажется прав — ее проигнорировали, и оставалось только ждать под воротами, не смея уйти без ответа. И совсем было отчаялась, но послышался топот копыт и громыхание колес.

На дорожке показался кабриолет с изящным кожаным верхом. Гигант, правивший лошадью, спрыгнул с сиденья и подошел к воротам. Он отомкнул висячий замок большим ключом, снял задвижку и распахнул ворота.

— Не откажите в любезности проследовать со мной. — Эти вежливые слова он произнес все тем же суровым тоном.

Камилла ободряюще улыбнулась Ральфу и последовала за ним. Ральф замыкал это шествие. Гигант подал Камилле руку, помогая подняться в коляску, а Ральф вспрыгнул следом за ней.

Экипаж покатил по длинной извилистой аллее. Их окутала тьма, казалось бесконечная и непроглядная. Но Камилла понимала, что днем они видели бы мощные стволы деревьев, нависающих над густым подлеском вдоль аллеи. Видимо, хозяину Карлайла нравилось жить в одиночестве, уж слишком его владения походили на некую богом забытую глухомань. Конь рысью мчался по аллее, и Камилле казалось, что лес, захлебываясь эхом, разинув пасть набегает на них, стремясь поглотить заблудшую душу.

— Вы что, и вправду мечтали найти здесь сокровища? — прошептала она Ральфу.

— Ты еще не видела замок, — шепнул он в ответ.

— Вы оба спятили! Пусть Тристан остается здесь, — медленно произнесла она. — Такой беспросветной глупости я еще не видела.

Наконец из темноты проступили очертания замка. Сохранился даже ров с водой и широкий подъемный мост, но его, видно, давно не поднимали, подумала Камилла, поскольку вряд ли сюда рвались армии, призванные осаждать эту крепость. Однако с первого взгляда было ясно: не так-то просто проникнуть сюда. Стены замка весьма внушительны, и окошки расположены достаточно высоко, видны лишь узкие прорези.

Всю дорогу она посматривала на Ральфа, и злость ее нарастала. О чем думали эти двое болванов?

Экипаж прогромыхал по мосту. Они въехали на большой внутренний двор, и она увидела то, что могло привлечь Тристана: двор был уставлен пленительными статуями и изящными поделками античных веков. Вот ископаемая ванна для купания — греческая или римская, подумала она, — красиво вписанная в интерьер двора в качестве современного корыта-поилки. Вдоль внешней стены тянулся ряд саркофагов, и дорожка к парадному входу тоже была обставлена всяческими редкостями. Замок явно подвергался перестройке, с тем чтобы сделать его пригодным для обитания в нынешнем, XIX веке. Входные арки были красиво скруглены, а с башенки сверху свисали виноградные гроздья, гостеприимно изливая свою благодать.

Пока Камилла обозревала двор, подошел гигант и помог ей выйти из коляски. Эти артефакты должны находиться в музее, подумала она с негодованием, но в то же время сознавая, что многие вещи, почитавшиеся ею за ценности, запросто приобретают богатые любители заморских путешествий. Она краем уха как-то слышала странные новости о том, что за мумиями теперь не приходится ездить в дальние края — их во множестве продают для растопки каминов, ради развлечения гостей. Но здесь были представлены незаурядные образцы древнеегипетского искусства — пара огромных ибисов, несколько изваяний Изиды и статуэтки неких неизвестных фараонов.

— Пойдемте, — сказал гигант.

Они поднялись вслед за ним к парадной двери. За ней оказался овальный вестибюль, его форма была некогда задумана с тем расчетом, чтобы прорвавшиеся враги могли быть окружены здесь и отсечены от узкой горловины длинного коридора. Теперь здесь просто стряхивали уличную грязь.

— Позвольте?

Мужчина взял накидку Камиллы, а Ральф же мертвой хваткой вцепился в свое пальто. Гигант пожал плечами:

— Пройдемте.

Они прошли в следующую дверь и оказались в великолепном зале. Современная отделка выгодно подчеркивала старинный интерьер, и комната выглядела божественно. Каменная лестница поворачивала наверх, к балкону, ступеньки были покрыты пушистой ковровой дорожкой благородно-синего цвета. На стенах, под потолком, было развешано оружие, с ним соседствовала прекрасная живопись — портреты, религиозные сцены и пасторали. И многие холсты, несомненно, принадлежали кисти великих художников.

В массивном очаге пылал огонь. Мебель вокруг очага была обита темно-коричневой кожей, но тем не менее нисколько не казалась суровой. Уютные плюшевые накидки располагали к беседе.

— Вы подождите здесь, — приказал мужчина Ральфу. — А вы, мадам, пойдете со мной, — обратился он к Камилле.

Ральф посмотрел на нее, как напуганный щенок, оставленный в канаве. Она чуть склонила голову, дав ему понять, что все идет как надо, и пошла вслед за мужчиной вверх по лестнице.

Он провел ее в комнату, где громоздилось тяжелое бюро и тянулись бесконечные полки с книгами. Сердце прыгнуло у нее в груди: их так много! И она сразу наткнулась взглядом на главный предмет ее страсти. Внушительный том «Древнего Египта» соседствовал с книгой, озаглавленной «Жизнеописание Александра Великого».

— Хозяин скоро к вам выйдет, — сказал гигант, выходя из комнаты и закрывая за собой дверь.

Камилла осталась одна в огромном помещении и сразу ощутила, насколько здесь тихо. Но постепенно в ночной тишине начали проявляться разные звуки. Откуда-то издалека донесся заунывный волчий вой. Затем, словно в ответ этому зову, веселый сноп искр с треском метнулся в очаге слева от входа.

На маленьком столике стоял хрустальный графин с бренди в окружении изящных бокалов. Камиллу так и подмывало схватить бокал, наполнить его спиртным и осушить до дна.

Она отвернулась и заметила позади бюро большой живописный портрет красивой женщины, одетой по моде прошлого десятилетия. Прелестные золотистые локоны обрамляли лицо, сиявшее улыбкой. Особо выделялись ее глаза — ярко-синие, как сапфиры. Камилла завороженно подошла поближе.

— Моя мать, леди Абигайл Карлайл, — услышала она глубокий низкий голос с грозными нотками.

Камилла повернулась, удивляясь, что не слышала, как открылась дверь. Но тут же изумилась настолько, что вынуждена была старательно следить за собой, чтобы невзначай не застыть с разинутым ртом — настолько ужасен был вид этого лица в маске.