Чтение онлайн

Возможно, и не по привычке.

— Хотя, я рада, что ты спросил, — сказала она. — Спрашивать это сексуально.

Она прижала ладонь к маленькой прохладной монете, что свисала с его шеи, и к его теплой коже. Её пальцы запутались в тонкой цепочке, когда она потянула за неё, придвигаясь ближе к его лицу, ловя исходящий от него крохотный звук своими опухшими губами.

Она улыбнулась и от ощущения того, что её собственные кубы прикасаются к его губам, все её тело пронзил жар.

— А ты? — прошептала она, пряча улыбку, как секрет, на его коже. — Ты в порядке?

— Я тоже не знаю, — сказал он, и она почувствовала, как его рука, касающаяся её лица, дрожала, но затем он уверено прикоснулся ладонью к её челюсти. Он поцеловал её медленно, долго и дрожа, а затем проговорил ей в губы, — Со мной не всегда все хорошо. Но я...я люблю тебя. Боже, не передумай. Не останавливайся.

— Но...Холли, — пробормотала Кэми, выпалив пару слов напротив его рта.

— Мне Холли безразлична, — Джаред зарычал на неё, затем сглотнул и снова прикоснулся к её волосам неловким и не совсем нежным жестом, убирая пряди с её щек и глядя на неё с голодом в глазах.
– Не то, что ты.

Возможно, он говорил ей только то, что она хотела услышать. И она поняла, что именно эти слова хотела услышать.

Она наклонилась вперед и поцеловала его снова. Она отпустила его ворот и прикоснулась к плечам, потому что казалось, что она не могла перестать прикасаться к нему даже для того, что расстегнуть свое пальто.

— Позволь мне, — попросил Джаред тихим голосом, затем отстранился немного, поцеловав место над уголком её рта, расстегивая пальто. Она чувствовала, как дрожат его руки, молния пару раз застревала, а у неё перехватило дыхание.

— Зачем ты это носишь? — спросил Джаред, наполненным эмоциями, шепотом.

— Черт возьми, я даже и не знаю, чем я думала, надевая зимнее пальто милым декабрьским вечером? — Кэми зарылась пальцами ему в волосы, почувствовал кончиками пальцев какие они мягкие и кучерявые на концах. Да, подумала она, и пожелала, чтобы он мог слышать её. Не отпускай меня.

Джаред рассмеялся, звук был едва громче вздоха в беззвучном ярком пространстве между ними.

— Черт побери, — тихонько повторил он, забираясь руками внутрь её пальто. Она почувствовала теплое прикосновение его пальцев на пояснице через тонкий свитер, которое прижимало её ближе к нему. — Я не привык к твоим английским грязным словечкам.

Кэми чуть было не засмеялась, но его рот прикоснулся к её губам, а смех утонул в поцелуе.

— На самом деле, — сказал Джаред, снова легонько целуя её, — я вообще не привык к такому.

Он накрыл её открытый рот своим в этот раз менее осторожно.

— Я не делал этого часто, — добавил он, шепот царапал его горло, а она почувствовала легкое прикосновение зубов к своей нижней губе, что заставило все её тело дрожать. — И я хочу, чтобы всё шло правильно.

Она и не знала, что её губы с дрожью раскрылись, пока поцелуй не стал глубже, а её дыхание не участилось. Каждый раз, когда он прикасался к ней, прикосновение казалось ей в новинку, как будто они только что изобрели его вместе. Её не переставал шокировать тот факт, что это был Джаред. Немного страшило её даже такое легкое движение, как пальцы поглаживающее её шею.

Он немного отстранился, издавая тихий полу изголодавшийся, полу нуждающийся звук. Она заглянула ему в глаза в практически черные, тьма поглотила практически все, кроме исчезающего отблеска серебра.

— Джаред, — сказала она и притянула его обратно.

Её пальцы легонько прошлись по его ключице, ногти очертили впадинку его горла, и она почувствовала, как дрожь пробежалась по его телу. Она ухватилась пальцами за ворот его рубашки и, воспользовавшись этим, снова притянула его к себе.

Она поцеловала его, а он снова издал низкий звук, в этот раз исходивший из глубины его рта. Несколько месяцев назад прикосновение к нему было бы немыслимым поступком. Она чувствовала себя практически опасно счастливой, боясь, что в любой момент у неё отберут это, что разлетится все на кусочки перед ней, что все это окажется ужасной ошибкой.

У неё кружилась голова и, она вся немного дрожала, отодвигаясь от него, но даже после этого она не могла перестать содрогаться, не могла остановиться целовать его. Что-то холодное прикоснулось к её шее, заставляя еще сильнее дрожать её, она подняла голову и осознала, что идет снег, яркие белые пушинки кружились в темном занавесе ночи и в свете их фонаря. Кэми почувствовала, как что-то теплое коснулось её лица и увидела, как Джаред смахивает снежинки с её волос. Она улыбнулась и закрыла глаза напротив танцующих отблесков снега, таявших ледяных поцелуев на её коже, и встретила его губы. Они целовались и целовались, дрожали и распадались на части, никто из них не мог рискнуть прикоснуться к другому, оба боялись и пытались не испугать другого.

Кэми сжала руки за его спиной, ощутив ширину его плеч, а также реальность кожи, мышц и костей, и вновь подумала: «Не отпускай меня».

Кэми распахнула ворота и звук их скрипа пронзил холодный покой такого спокойного и раннего утра. Она следовала по истрескивавшейся дорожке, серая в призрачно серый свет к двери дома. Когда она вошла на кухню, то обнаружила там свою маму, уже закинувшую свою сумку на плечо и готовую уходить.

Мама подняла на неё взгляд.

— Кэми, — сказала она шепотом, — где ты была? Я думала что-то случилось.

Мамин голос оборвался на слове «что-то», словно она даже представить не могла что могло случиться с Кэми, а разве что накручивать себя темными и иллюзорными страхами. Кэми посмотрела на мать, всегда прекрасное лицо над черной толстовкой на молнии и джинсами. Её серые глаза были такими огромными: она выглядела моложе, чем обычно и напуганнее.

Кэми была так зла на мать, но теперь глядя на неё, она ощутила яростное желание защитить ее от всего, что так её пугало.

Это было странно чувствовать защиту собственной матери.

— Прости, — начала было Кэми.

Мама перебила её: её голос был остер, как один из её ножей.

— Ты была с одним из тех мальчиков Линбер?

Кэми сбросила плечами с себя пальто и кинула его на стул.

— Да, — ответила она. Сочувствие к своей маме быстро улетучивалось. — Вообще-то, я целовалась с ним всю ночь напролет. А ты скажи мне, ты сейчас идешь в пекарню или к Робу Линберну? У моего Линберна нет на счету и половины жертв, что у твоего.