Недотрога для босса
Шрифт:
Дверь резко распахивается.
— В чем дело? — Слышу за спиной голос своего начальника.
Не дожидаясь от меня ответа, он отодвигает меня в сторону и пытается хоть как-то повлиять на ситуацию. Когда понимает, что кран безнадежно испорчен, кидает на меня быстрый взгляд и хмуро уточняет:
— Где перекрывается вода?
— Не знаю… — растеряно отвечаю я.
Опять отодвигает меня в сторону. Идет в туалет, что-то там делает и, Аллилуйя, кран перестает извергать фонтан из воды!
Стою просто в ступоре. Я мокрая. Все в воде. Мой шеф, который в этот момент выходит из санузла, тоже промокший насквозь.
Футболка облепила его мощный торс, прокачанные мышцы… Темные волосы тоже мокрые. И он выглядит так… Просто дух захватывает!
Понимаю, что стою и таращусь на него. А он в ответ смотрит на меня немигающим взглядом.
Медленно подходит вплотную ко мне. И я, вместо того, чтобы уйти, оттолкнуть его или сделать хоть что-то, просто стою и смотрю на него, не в силах отвести взгляд.
Он мягко берет меня двумя пальцами за подбородок и поднимает мою голову. Встречаюсь взглядом с его потемневшими глазами. И в них читается что-то такое, что заставляет меня опять дрожать, но уже не от страха…
Он наклоняется и целует мои губы, сначала нежно, а потом жарко впивается в них. Рывком притягивает меня к себе плотнее, прижимая к своему крепкому торсу.
Жадно терзает мои сомкнутые губы, таранит их языком. Заставляет подчиниться.
И я подчиняюсь, сама того не желая, подчиняюсь, слегка приоткрывая рот.
Другого приглашения ему и не надо. Он сразу врывается в мой рот своим горячим языком, ласкает, дразнит, подчиняет…
И я понимаю, что хватаюсь руками за его широкие плечи, боясь упасть. А он сильнее притягивает меня к себе, еще больше вжимая в свое сильное тело.
Его руки жадно скользят по моей спине, талии…
От странных ощущений у меня начинает кружиться голова. Как со стороны слышу приглушенный стон, и с опозданием понимаю, что он мой…
В какой-то момент его ладонь опускается ниже и стискивает мою попу. Я дергаюсь в руках Матвея Александровича, как будто просыпаясь от сладкого дурмана.
— Тшш… — Шепчет он мне в губы и сразу же убирает руку с моей попы. — Я не сделаю того, чего ты не захочешь.
Опять жадно целует мои губы, крепко держа меня за талию. Потом начинает скользить губами по моей шее, целуя, дразня, прикусывая…
Что же он со мной делает?
Упираюсь руками в его плечи, но даже не могу найти в себе силы, чтобы попытаться его оттолкнуть.
Ноги подгибаются, и я понимаю, что просто хватаюсь за его сильные плечи, чтобы не упасть.
— Матвей Александрович… — Шепчу я.
Если я сейчас не остановлю его, то будет поздно. Я уже еле соображаю. Своими поцелуями и ласками он творит что-то необъяснимое со мной, отключая мой здравый рассудок.
— Матвей Александрович, остановитесь… — Опять шепчу, но он как будто меня не слышит.
Внезапно в дверном замке начинает ворочаться ключ. Я резко дергаюсь в его руках и, наконец, немного прихожу в себя. Вырываюсь из его рук и отскакиваю, тяжело дыша и перепуганно смотря на него.
Ооо, какой у него взгляд в этот момент! От одного этого взгляда мурашки бешено бегут по моей спине. Еле сдерживаю дрожь…
В следующую секунду дверь распахивается, и на пороге появляется Катя. Какое счастье, что она пришла!
Чуть не кидаюсь к ней на шею!
— Катя! — Восклицаю я.
Она замирает и подозрительно смотрит на нас. Переводит взгляд с меня на моего босса, и обратно.
— А что вы делаете? — Медленно спрашивает она.
— Мы… мы… — Начинаю я и замолкаю.
— А ты как думаешь? — Отвечает вопросом на вопрос мой босс и усмехается уголком губ.
А потом кладет свою большую ладонь мне на поясницу и слегка подталкивает меня:
— Иди, переоденься.
Катя молчит. Просто глазеет на нас. Вообще это большая редкость, чтобы что-то лишило мою подругу дара речи, но сейчас, видимо, именно такой момент.
Я нерешительно иду в свою комнату, поглядывая на этих двоих. Но Матвей Александрович прав — мне надо переодеться.
Через пару минут выхожу из комнаты уже переодетая в домашнее платье. Застаю своего босса на кухне.
Катя поставила чайник, и молча смотрит на нас. Повисает напряженная пауза.
— Пойду в свою комнату, — говорит Катя и уходит.
Мы остаемся одни.
— Вы весь мокрый, — тихо говорю я, стараясь не смотреть в глаза своему боссу. — Надо бы вашу футболку просушить…
Чувствую неловкость после всего, что было десять минут назад.
В эту же секунду Матвей Александрович молча стягивает с себя мокрую футболку. У меня даже рот открывается от неожиданности.
Чувствую, как вспыхивают щеки и поспешно отворачиваюсь. Слышу смешок.
Ну да, ему смешно…
Даже не успеваю понять, как он оказывается за моей спиной и мягко сжимает мои плечи своими сильными ладонями.
— Я всего лишь снял футболку, — шепчет, касаясь губами моего уха. — Нет поводов так пугаться…
А я опять уже дрожу. Дергаюсь в его руках и отхожу на шаг. Пытаюсь говорить так, чтобы голос не выдавал моих странных эмоций:
— Матвей Александрович, лучше снимайте футболку перед своей невестой.
С этими словами я выхожу из кухни и через несколько мгновений возвращаюсь с его рубашкой. Не сильно-то она и пропахлась теми отвратительными духами. Больше досталось пиджаку.
— Вот, наденьте. Завтра отдадите мне ее, я постираю.